«Дикий гул, отовсюду вода». Что вспоминают пережившие наводнение в Крымске

Восемь лет назад в Крымске произошло одно из самых страшных наводнений в Краснодарском крае. Семиметровая волна из воды, грязи, камней и деревьев смела со своего пути полгорода. Это произошло ночью, пока жители спали и не подозревали о надвигающейся трагедии. С шестого на седьмое июля 2012 года в одночасье погиб 171 человек, а больше 34 тысяч – пострадали и лишились имущества, развалились почти семь тысяч домов. «АиФ-Юг» вспоминает события роковой ночи вместе с теми, кто их пережил.

Заблокированы в собственном доме

На Крымск в начале июля обрушился ливень, шел он несколько дней. Вода постепенно скапливалась на возвышенностях, а потом рванула вниз. К городу волна добралась в два часа ночи. Поток ворвался в дома, унося за собой людей, домашних животных, скот, автомобили. Люди забирались на крыши, деревья, сараи - пытались спастись от стихии.

«В ту ночь муж уехал на работу, мы остались дома с полуторагодовалым сыном Георгием, - рассказывает жительница Крымска Евгения Шепелева. – Около полуночи я проснулась от шума, вышла во двор. Воды еще не было, но почему-то жутко скулила собака. Вернулась, легла... И тут начался дикий гул, отовсюду, в том числе из канализации, начала бить вода. Я испугалась, проснулся сын. Все выходы заблокировало, выйти из дома не получалось. Я начала звать на помощь – удалось немного приоткрыть окно.

Не знаю как, но меня услышали. Рядом случайно оказались девушка и двое парней. Я передала малыша через щель в окно. А потом мужчины его выбили и помогли выбраться мне. Нас погрузили на КамАЗ и вывезли в центр города. Там ребенку оказали первую помощь. После мы уехали к родственникам. Муж прибыл только через сутки – он работает на железной дороге и никак не успел бы к нам в момент трагедии.

Утром мы были рядом с затопленным нашим домом, из-под воды видна была только малая часть крыши. К часу дня вода отступила. Мы смогли пробраться внутрь. Потолки были черные от грязи. Страшно представить, если бы нам не помогли прохожие. Мы с сыном бы оказались заблокированы в собственной квартире, как в ящике, гробу, наполненном водой.

Что я чувствовала тогда? Не понимала, что происходит. Все случилось слишком громко, быстро, нежданно. Не осознавала в тот момент масштабов. Принятие пришло уже через неделю, когда начался сбор документов, бумажная волокита. Только тогда я с ужасом представила, что мы с малышом могли остаться там навсегда. Такая участь постигла мою коллегу. Мы вместе работали на плодоовощной базе в Крымске. Она и ее ребенок (1,7 годика) не смогли выбраться из дома, утонули. Также как и у нас, у них заблокировались все выходы. Только вот на помощь никто не пришел.

После трагедии нам сильно помогли волонтеры из сочинского штаба. Вместе с ними мы выгребали грязь из развалин. Позже дом снесли, признали непригодным для жилья, а уже десятого ноября мы получили новую квартиру в городе. Несколько раз мы виделись с той девушкой, что откликнулась на зов о помощи в ночь трагедии. Но потом она исчезла. У нас сейчас все хорошо, живем дальше и стараемся не вспоминать о страшных событиях».

Через неделю в Крымске стояла жара и вонь

«Мы приехали в Крымск через десять дней после наводнения, - рассказывает журналист Алина Уварова. – Помню невыносимую жару. Воздух будто сгустился. В разгаре - работы по очистке того, что осталось от частных домов. Волонтеры, жители, казаки, чиновники - все в масках. Потому что кругом вонь - сладковатая и тошнотворная - от мертвых разлагающихся животных.

Местные у пунктов гуманитарной помощи с пустыми глазами перебирали вещи. Рядом большие емкости с водой, где пострадавшие бесплатно могли принять душ. В основном прохожие молчали – о чем тут говорить. Почти каждый кого-то потерял.

Вода еще не ушла до конца. У затопленного двора стояла женщина, плакала. Внутри работали волонтеры. Чтобы спастись, ей ночью пришлось голыми руками выламывать шифер, нужно было вылезти на крышу. Сама не зная как, она справилась. Три ее собаки, козы и куры погибли.

Михаил во время наводнения потерял мать - просто не успел вытащить ее из дома, - вода заполнила помещение всего за семь минут. На квартале, где он жил, в сорока домах - десять погибших. В доме напротив утонули пожилые супруги».

Сегодня в центре Крымска о наводнении почти ничего не напоминает, кроме памятника с именами и фамилиями погибших. Город давно очистили и отстроили заново. Но те, кому повезло выжить, даже сегодня не могут оправиться от шока и стараются забыть о трагедии.

Такое бывает раз в тысячу лет

«Наводнения в Краснодарском крае случаются регулярно, практически каждый год. Но такое катастрофическое, как в Крымске, происходило только в июне 2002 года, когда была затоплена вся верхняя и средняя Кубань. Подобные явления – редчайшие, они происходят раз в тысячу лет, - рассказывает кандидат географических наук, профессор Юрий Ткаченко. - В истории региона - и менее крупные, но также сильные наводнения, которые принесли значительный ущерб экономике края.

Это первое августа 1991 года, когда смерч обрушился на побережье Черного моря, и была затоплена значительная часть Туапсе, а также сильное наводнение, произошедшее 15 и 16 октября 2010 года, которое затронуло районы Архипо-Осиповки, Лермонтовки Туапсинского района, Апшеронский район. Тогда же был затоплен Хадыженск, сам Туапсе, станицы Анастасиевская, Кирпичная, были человеческие жертвы.

Что касается мелких наводнений, то они отмечаются на Кубани и вовсе с завидной регулярностью, на что влияет характер горных рек, паводочные процессы. Паводки развиваются стремительно, поэтому они носят разрушительный характер. В качестве примера можно привести наводнение 1933 года, когда была затоплена вся Кубань от Усть-Лабинска до населенных пунктов у Азовского моря.

Самая главная мера, которая способна предотвратить трагедию в случае крупного затопления - не допускать строительства жилых домов в зонах риска. Департамент архитектуры и градостроительства края выполнил очень большую работу, составив карту участков, где затопление бывает раз в 20 лет или в 50-100 лет. Исходя из этих сведений, там не должно допускаться строительство никаких зданий и сооружений, потому что опасные территории будут затоплены если не сейчас, не в ближайшие годы, то обязательно, например, раз в сто лет. И вторая эффективная мера – переселение людей из такой местности».