Сухие цифры статистики, которые я постарался суммировать в статье: "Разгром ленинской гвардии", казённые фразы судебных решений и даже рассекреченные показания обвиняемых не дают полного представления, что за "элиту" пришлось утилизировать в тридцатые годы. В прошлом материале "Товарищу Сталину с Алтая" можно было познакомиться с частными наблюдениями партийного журналиста об увиденном в глубинке.  Некоторые читатели поспешили назвать прочитанное "случайными перегибами на местах" и "свинья всегда грязь найдет"... Ах, если бы оно так и было, то, предполагаю, никаких репрессий партийных работников в тридцатые вообще не случилось  бы.

К сожалению, проблемы, описанные товарищем Парфеновым  в своих письмах Сталину были не исключением, а правилом.

Из воспоминаний С.Н. Данетова.  Находятся на хранении в Краеведческом музее с. Половинки Увельского района Челябинской области. (По материалам научной конференции в СПБ 25.04.2009)

Зачастую сельский партиец не знал даже, кто в стране генеральный секретарь или какова высшая власть в СССР.

 «В. Кто такой Сталин? 

О. Не знаю (указывает на портрет Ленина). Вот он». 

«В. Есть ли на каком то портрете тов. Ленин?

О. Не знаю. 

«В.«А про тов. Молотова слышал? 

О. Он у нас был в Красноселке, а кто он, я не знаю»

Не менее эффектными в то время  был не только уровень образования, но и моральный  облик "ума, чести и совести нашей эпохи".

«В. Вам известно, что он заразил мою жену сифилисом и потом выгнал ее, он имеет в избе иконы, не признает, что бил жену и пьет». Прозвучал вопрос: «Заразил ли чужую жену сифилисом? 

О. Она меня сама заразила»

«Занимался половой распущенностью, имея в каждом сельсовете по нескольку жен»; 

«В. Занимался ли многоженством? 

О. Занимался». 

Коммунист К. «имеет половую распущенность, т. к. у него в Устюйске было 3 женщины..»

Можно подумать: ну, это село, что с селян взять? Какое там вообще может быть образование?  Какие нормы нравственности? Однако беда в том, что безграмотность, да  плюс абсолютно ничем не подкрепленное чванство присутствовало и на высшем уроне. Интересен эпизод посещения Александровского дворца Генрихом Ягодой с сопровождающими его лицами, имевший место в 30-е годы. Сохранилась запись основательницы краеведческого музея Н.А.Трофимовой "Как я вела по Александровскому дворцу генерала НКВД Ягоду":

"Генерала окружали несколько женщин, одетых, как дворцовые дамы, в пышные платья с кружевами и белые туфли. Лица надменные и презрительные ко всему. В портретном зале долго смотрели на портрет Александра I. Оценивали его статность, красоту, но не спросили – кто это. Только одна из женщин, обращаясь ко мне, спросила: “Кто это, царь?” Я не успела раскрыть рот, как генерал сказал: “Ну не все ли равно, кто это – царь или солдат!” Я промолчала. Шли кучкой, говорили о чем-то своем, шли не за мной – экскурсоводом, а впереди меня. Я шла оскорбленной, отстала от них на комнату. Их это не обеспокоило, они остановились меня дожидаться только в Угловой гостиной."

То есть рыба активно гнила вся и сразу.  Чтобы не было обидно сельским партийным лидерам за свою распущенность, приведем примеры из высших сфер, описанные Александром Широкорадом:

"Товарищ Луначарский умудрялся совмещать кипучую деятельность по образованию страны с не менее кипучей личной жизнью: развёлся с первой женой Анной Малиновской и женился на 20-летней актрисе Наталье Розенель, заведя дополнительно ещё более юную любовницу — 16-летнюю балерину Надежду Надеждину. Переехал из кремлевской квартиры в особняк в Денежном переулке, чтобы госпоже, то есть, простите, товарищу Розенель было где устроить светский салон. Салон действительно состоялся и имел шумный успех - постоянными посетителями его были Юрий Олеша, Борис Пастернак, Маяковский, Довженко, Эйзенштейн, Мейерхольд, Буденный, Егоров и другие влиятельные и популярные лица. И при этом социально активный нарком просвещения ещё выкраивал время для ежегодного отдыха с супругой в Европе.

Или вот, к примеру, история командующего Каспийской флотилией Раскольникова, которого перевели на Балтику. И он ехал туда месяц на бывшей царской яхте «Межень», которую облюбовала его жена Ляля Рейснер. В Петрограде «сладкая парочка» заняла роскошную квартиру морского министра Григоровича (за огромные взятки он получил прозвище «Вор-Ворович»). У Ляли был свой автомобиль и даже своя конюшня для выездов с богемой".

И это только отдельные примеры широкого полноводного потока стремительного перерождения вчерашних несгибаемых борцов с сословными привилегиями в новое сословие партноменклатуры, которое в конце концов и похоронит советское государство. 

Постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 8 февраля 1926 г. «Об условиях труда работников по найму, выполняющих на дому у нанимателя (домашние работники) работу по личному обслуживанию нанимателя и его семьи» откидывало в сторону всю трескучую пропаганду про ликвидацию эксплуатации. "Комиссары в пыльных шлемах" так обросли прислугой, что потребовалось хоть как-то узаконить их многочисленную дворню. "Слуги народа" срочно нуждались в слугах из народа.

Официально номенклатура в СССР появилась в 1925 г. 16 ноября 1925 г. Оргбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление “О порядке подбора и назначения работников”, которым утверждалась номенклатура должностей № 1 (утверждаемые ЦК), № 2 (утверждаемые Орграспредотделом ЦК) и №3 (ведомственные номенклатуры). 

Прилагаемая к этому постановлению инструкция указывала:

“Все предложения местных партийных органов о перемещениях и назначениях работников, перечисленных в номенклатурах № 1 и № 2, должны ставиться через Орграспред ЦК на решение ЦК партии. Самостоятельно назначать и смещать этих работников местные партийные органы не могут”. 

(Коржихина Т.П., Фигатнер Ю.Ю. Советская номенклатура: становление, механизмы действия //Вопросы истории. 1993. № 4. С. 26-27).

Таким образом с принципом всеобщей выборности и сменяемости в любой момент чиновников, заложенном в диктатуре пролетариата в Октябре 1917 г. и описанным В.И.Лениным в "Государстве и революции", было покончено. Что же касается системы привилегированного снабжения высшего чиновничества, то она начала складываться в Советской России еще в период “военного коммунизма”.

 Ранее я подробно писал про материалы комиссии Муратова и секретный доклад Авеля Енукидзе, не буду повторяться. Барство, дурость и чванство новых дворян, которые шустро уселись в кресла и заняли будуары дореволюционных эксплуататоров, известны были всем и каждому. Ильф, Петров и Булгаков - самые известные из очень многих литераторов, приложивших руку к художественному описанию швондеров и шариковых, колонизировавших империю.

Пропасть, образовавшуюся между правящим классом и трудящимися массами, ярко описал в 1932 г. лидер член РСДРП (б) с 1914 года, участник гражданской войны и подавления восстания в Кронштадте М.Н. Рютин:

"Наркомы, заместители наркомов, члены коллегий, руководители трестов, видные работники партаппарата, редакторы крупных газет, председатели ЦК профсоюзов, руководители областных отделов советского и профсоюзного аппарата также захвачены в значительной части процессами перерождения. Все они, даже бывшие рабочие, никакой связи с массами, кроме официальных докладов на собраниях, давно уже не имеют. Они обеспечены высокими ставками, курортами, пособиями, дачами, великолепными квартирами, прекрасным явным и тайным снабжением, бесплатными театрами, первоклассной медицинской помощью и т.д., и т.п. И это при невероятном обнищании и полуголодном существовании всей страны".

 (Рютин М.Н. На колени не встану. М.1992. С.227).

Для 1924 года есть цифровые данные: в этом году числилось около 3500 должностей, замещение которых должно было осуществляться через ЦК, и около 1500 должностей, на которые назначали ведомства с уведомлением Учраспреда ЦК». Еще более обширной была номенклатура губернских, волостных и прочих партийных комитетов. В 1925 году платный партийный аппарат ВКП(б) составлял 25 000 человек — по одному на каждые сорок коммунистов. В одном только аппарате ЦК насчитывалось 767 человек.

Беда в том, что несмотря на численность и неограниченные полномочия, эта шумная братия даже не пыталась заниматься тем, для чего была предназначена. Во всяком случае на рабочих, от имени которых они рулили, им было точно плевать:

«Возьмите площадку завода No 19 – красивейшее место, культурный оазис в нашем городе», – говорил секретарь городского комитета ВКП(б) . Рабочие, обслуживающие конвейер, были одеты в белые халаты. В цехах были расставлены горшки с цветами: 

«В технологию конвейера включены такие мероприятия, как рабочие в белых халатах, белые колонны, белое..., если выражаться грубо, то все в белой форме, – рассказывал директор завода И. Побережский. 

И эти же рабочие уходили в грязные, полуразрушенные бараки общего типа – там было их постоянное жилище. «Бараки у нас находятся в таком состоянии, что говорить об этом жутко. Здесь вы найдете пьянство, воровство, хулиганство, разврат, проституцию, в конце концов, найдете вшивость и найдете разные другие инфекционные заболевания – кожно-венерические. Все это вы найдете в наших бараках», – так описывала их состояние работница завода No 19...

(Стенограмма V Пермской городской партийной конференции. Т. 3. 13.07. – 18.07.1936 // ПермГАСПИ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1102. Л. 298–299.)

Сталин, понимающий, что мир катится к войне, прекрасно осознавал, что с такой элитой страна не выстоит. 1936 год, новая Конституция, попытка "зарядить" выборы с альтернативными кандидатами, привела только к тому, что партийные аристократы окрысились и начали тупо уничтожать  всех потенциальных соперников, то есть всех социально-активных граждан. Это была уже война, которую они объявили собственной стране. И полетели головы...

https://cont.ws/@sevariga/1803778