На почитать
Цитата:
В первой половине XIX в. Англия уверенно лидировала в торговле с Россией: экспорт английских товаров составлял в среднем 37 %, импорт — 29,2 % [4]. В 1842 г. между двумя странами был подписан договор, который обозначил переход к принципу наибольшего благоприятствования. Торговля Англии с Россией не прерывалась даже во время Крымской войны — она шла транзитом через Пруссию и другие государства Таможенного союза немецких государств. Статистические источники свидетельствуют о том, что британский экспорт в Пруссию с 1854 по 1856 г. вырос с 9 до 12 млн фунтов стерлингов. Рост импорта был еще более значительным [5, р. 28 — 29]. В частности, по данным «Таймс», импорт льна в период Крымской войны увеличился в 500 раз, а конопли — в 100 [6]. Нет оснований сомневаться в том, что большая часть импорта имела русское происхождение.
Факт сохранения англо-русских торговых связей в годы Крымской войны подтверждают слова лидера английских фритредеров и манчестерского фабриканта Ричарда Кобдена: «Во время Крымской войны, пока мы блокировали нашими кораблями Кронштадт, — отмечал он, — мы сквозь пальцы смотрели на импорт через Пруссию жиров, конопли, льна и т. д. из России; наши фабриканты открыто заявляли, что им необходимо получать это сырье» (цит. по: [7, р. 354]). О чрезвычайной заинтересованности Англии в торговле с Россией писала лондонская газета «Морнинг пост»: «...запрещая провоз русских товаров через прусские порты, мы наносим ущерб самим себе» [8]. Кстати, важная роль в этой торговле отводилась Восточной Пруссии, точнее, кёнигсбергскому порту. После Крымской войны он способствовал поддержанию российской торговли с Западом, в том числе и с Англией. В 80-е гг. XIX в. кёнигсбергский порт стал монополистом по поставке английского чая в Россию.
По окончании Крымской войны торговые связи между Англией и Россией получили новый импульс благодаря принятому в 1857 г. в России фритредерскому тарифу. Он «подготовил» условия для подписания в конце 1858 г. англо-русского договора о торговле и мореплавании, который предоставил новые выгоды обеим сторонам и способствовал сохранению в последующие полвека устойчивых торгово-экономических отношений между ними. По мнению Д. И. Менделеева, который много и серьезно занимался экономическими вопросами и принимал участие в составлении таможенного тарифа 1891 г., «это, быть может, избавило Россию и Англию от новой Крымской войны, но послужило к тому, что русская промышленность не развилась в той мере, в которой она могла бы иметь серьезное значение во всемирном промышленном соперничестве» [9].
КиберЛенинка: https://cyberleninka.ru/article/n/rol-torgovo-ekonomicheskih-faktorov-v-anglo-russkih-otnosheniyah-vtoroy-poloviny-xix-nachala-hh-veka
Собственно все то, о чем я уже не раз говорил в своем ЖЖ. И по Крымской, и по временам Александра II.
В первой половине XIX в. Англия уверенно лидировала в торговле с Россией: экспорт английских товаров составлял в среднем 37 %, импорт — 29,2 % [4]. В 1842 г. между двумя странами был подписан договор, который обозначил переход к принципу наибольшего благоприятствования. Торговля Англии с Россией не прерывалась даже во время Крымской войны — она шла транзитом через Пруссию и другие государства Таможенного союза немецких государств. Статистические источники свидетельствуют о том, что британский экспорт в Пруссию с 1854 по 1856 г. вырос с 9 до 12 млн фунтов стерлингов. Рост импорта был еще более значительным [5, р. 28 — 29]. В частности, по данным «Таймс», импорт льна в период Крымской войны увеличился в 500 раз, а конопли — в 100 [6]. Нет оснований сомневаться в том, что большая часть импорта имела русское происхождение.
Факт сохранения англо-русских торговых связей в годы Крымской войны подтверждают слова лидера английских фритредеров и манчестерского фабриканта Ричарда Кобдена: «Во время Крымской войны, пока мы блокировали нашими кораблями Кронштадт, — отмечал он, — мы сквозь пальцы смотрели на импорт через Пруссию жиров, конопли, льна и т. д. из России; наши фабриканты открыто заявляли, что им необходимо получать это сырье» (цит. по: [7, р. 354]). О чрезвычайной заинтересованности Англии в торговле с Россией писала лондонская газета «Морнинг пост»: «...запрещая провоз русских товаров через прусские порты, мы наносим ущерб самим себе» [8]. Кстати, важная роль в этой торговле отводилась Восточной Пруссии, точнее, кёнигсбергскому порту. После Крымской войны он способствовал поддержанию российской торговли с Западом, в том числе и с Англией. В 80-е гг. XIX в. кёнигсбергский порт стал монополистом по поставке английского чая в Россию.
По окончании Крымской войны торговые связи между Англией и Россией получили новый импульс благодаря принятому в 1857 г. в России фритредерскому тарифу. Он «подготовил» условия для подписания в конце 1858 г. англо-русского договора о торговле и мореплавании, который предоставил новые выгоды обеим сторонам и способствовал сохранению в последующие полвека устойчивых торгово-экономических отношений между ними. По мнению Д. И. Менделеева, который много и серьезно занимался экономическими вопросами и принимал участие в составлении таможенного тарифа 1891 г., «это, быть может, избавило Россию и Англию от новой Крымской войны, но послужило к тому, что русская промышленность не развилась в той мере, в которой она могла бы иметь серьезное значение во всемирном промышленном соперничестве» [9].
КиберЛенинка: https://cyberleninka.ru/article/n/rol-torgovo-ekonomicheskih-faktorov-v-anglo-russkih-otnosheniyah-vtoroy-poloviny-xix-nachala-hh-veka
Собственно все то, о чем я уже не раз говорил в своем ЖЖ. И по Крымской, и по временам Александра II.