Лариса Терёхина: «Сокровища императорской фамилии создавались в Чердаклах»
Казалось бы, что может связывать райцентр Чердаклы и знаменитую ювелирную фирму Фаберже. Оказывается, многое. 23 декабря исполняется ровно шесть лет с того дня, когда в Центре дополнительного образования детей в Чердаклах был создан музей Василия Зуева, художника-миниатюриста фирмы Фаберже. Как это произошло, рассказала директор Центра Лариса Терёхина.
«Морды царя рисовать» на родине Ленина нельзя
- Лариса Александровна, как так получилось, что не где-нибудь, а именно в вашем райцентре появился музей, связанный с именем Фаберже? Чердаклы - это всё-таки не Париж и даже не Санкт-Петербург, где проживали основные заказчики изделий прославленной ювелирной фирмы.
- Даже мне до сих пор эта история кажется удивительной. В 2014 году наш Центр дополнительного образования посетил неожиданный гость – Валентин Васильевич Скурлов, который представился учёным секретарём Мемориального фонда Карла Фаберже и объяснил, что зашёл к нам, потому что здесь был расположен на тот момент единственный в посёлке музей – истории Великой Отечественной войны. До того случая мы и не знали, что именно в Чердаклах затерялись следы уникального художника-миниатюриста, работавшего в фирме Карла Фаберже, который расписал двенадцать из двадцати двух знаменитых императорских пасхальных яиц. Валентин Васильевич сообщил, что, работая в полицейских архивах Финляндии, он обнаружил записку Эммануила Нобеля Евгению Фаберже, сыну Карла Фаберже, в которой жаловался, что ещё до революции выплатил художнику-миниатюристу Василию Зуеву 180 рублей золотом, а тот, не сдав работу, уехал в какие-то Чердаклы. Валентин Васильевич искал Чердаклы двадцать лет, с 1994 года, поскольку границы регионов не раз менялись, и он начал с Самары... С нашей помощью ему удалось найти здесь многочисленных родственников Зуева, хотя ранее они такое вот родство старались не афишировать.
- Почему? было, что скрывать?
- Причины были. Как выяснилось, несколько членов семьи были репрессированы, за то, что Василий Иванович писал портреты царя, что, естественно, при Советской власти считалось крамолой. В его уголовном деле, которое было найдено в архивах ФСБ и датировано 1931 годом, обвинение формулировалось так: «Морды царя рисовал».
- Как он вообще выжил после революции?
- Видимо, именно благодаря тому, что практически сразу уехал из столицы в Чердаклы. И у нас, конечно, к Валентину Васильевичу возникла масса вопросов: например, почему именно к имени Зуева у него возник такой интерес, ведь на фирму Фаберже работало немало других выдающихся мастеров... И он ответил, что именно Василий Зуев – миниатюрист номер один в мире! Сейчас даже утрачены те уникальные технологии, которые он применял. Никто повторить этого не может.
По агентурным соображениям
- И всё-таки, не совсем понятно, что значит «следы затерялись»?..
- Среди родственников художника была договорённость, что «нельзя про дядю Васю никому рассказывать», потому что четверо членов семьи в своё время подверглись аресту, отсидели какое-то время в «домзаке». Видимо считалось, что «морды царя рисовать» - вдвойне тяжкое преступление, если совершается оно на родине Ленина... Родственники вообще думали, что всех членов семьи готовят к расстрелу. Но всех через полгода выпустили, в том числе и самого Василия Зуева.
- За что такая милость?
- В уголовном деле это объясняется одной фразой: «В силу агентурных соображений». На имя Василия Зуева, когда он жил в Чердаклах, приходили крупные денежные переводы из консульства Финляндии. Сам он неоднократно ездил в Петроград и Ленинград, заходил в иностранное консульство, видимо, передавая работы, которые ему и оплачивали. Для нищего посёлка это были фантастические суммы. Здесь он заканчивал работы, заказанные представителями русской аристократии и находившимися в эмиграции. Например, те работы, которые требовал в своём письме Эммануил Нобель, Василий Зуев лично отвёз в Петроград в 1924 году и передал заказчику через консульство Финляндии. Так что, семейство Нобелей тоже были его заказчиками. Видимо, органам ГПУ, а впоследствии НКВД были интересны эти связи.
- И какова же в итоге была судьба миниатюриста?
- Он умер в Чердаклах 6 июля 1941 года. Трагически сложилась судьба его старшего брата, который повесился через год после того, как его выпустили из тюрьмы. Связано ли это было с арестом или на то были какие-то иные причины – пока точно неизвестно. Даже родственники этого не знают.
Кладезь реликвий и оригиналов
- А фамилия Зуева в Чердаклах сохранилась?
- Практически нет. Зуевы есть, но прямых потомков у Василия Ивановича не было. Здесь род продолжался по женской линии. Сам Василий Иванович родился в селе Кремёнки Старомайнского района, там Зуевых очень много. Но последние четверть века его жизни прошли здесь – в Чердаклах.
- Известно, где он похоронен?
- Нет. Утрачены и могила, и кладбище. В 2015 году мы начали работать над проектом «Откроем времени лицо», посвящённом Василию Зуеву, и на территории «парка афганцев», который, по словам священника отца Олега (Беляева), расположился на окраине старого кладбища, был установлен памятный крест в честь всех православных, что были там похоронены, в том числе, и Василия Зуева.
- Откуда взялись экспонаты для вашего музея?
- Разве это не уникальный случай, когда с названием мало кому известного населённого пункта пересекаются такие знаменитые фамилии – и Нобели, и царская семья, и многих представителей русской аристократии. Я сразу предложила Валентину Васильевичу: «Если мы создадим музей, вы приедете на открытие?». И начали об этом думать – с краеведами, с местным священником, отцом Олегом, кандидатом богословия... Написали проект, получили грант и поддержку тогдашнего главы районной администрации. И 23 декабря 2015 года музей был открыт. А экспонаты появились, в основном, благодаря Валентину Васильевичу Скурлову, у которого есть связи со многими художниками-миниатюристами России и мира. Он двадцать лет работал с личным архивом Татьяны Фёдоровны Фаберже, правнучки Карла Фаберже. И музей начал пополняться экспонатами, в том числе, личными вещами Татьяны Фёдоровны, её семейными реликвиями и работами современных миниатюристов, которые преподносили их в дар музею в благодарность за то, что мы продвигаем имя Карла Фаберже и одного из ведущих миниатюристов его фирмы – Василия Зуева. Что-то в музей передают родственники художника.
Источник творчества и вдохновения
- И как у музея с посещаемостью?
- Конечно, пандемия посещаемости, мягко говоря, не способствует, но люди приходили и приходят, многие приезжают из других городов России, Израиля и Китая. Об это свидетельствуют многочисленные записи в книге отзывов. Кстати, я говорила китайцам, что в музее Тайбэя есть работы Василия Зуева, что вызвало у них восхищение и удивление. До пандемии было много экскурсий со школьниками из Ульяновска. Вокруг музея ведётся активная творческая жизнь - несколько региональных и межрегиональных художественных конкурсов для детей, родителей и педагогов. За шесть лет в них приняли участие 10000 человек. Совместно с Почтой России и Союзом филателистов выпустили даже открытки с детскими работами, конверты и марки, посвящённые Василию Зуеву. Сама Татьяна Фёдоровна Фаберже говорила, что очень рада тому, что наследием фирмы Фаберже занялись не коммерсанты, а педагоги.
- Вы лично с ней общались?
- Да, в 2016 году я ездила на конференцию, посвященную юбилею Карла Фаберже в Санкт-Петербург, и там меня с ней познакомили. К сожалению, её не стало полтора года назад, но она буквально до последних дней жизни оставалась экспертом наших конкурсов. Так что, наши участники получали рецензии от самой Татьяны Фёдоровны.
- А что из экспонатов музея вам особенно дорого?
- Прежде всего, личные вещи Татьяны Фёдоровны Фаберже – брошь, ученические тетради с эскизами, акварель её кисти. Есть также оригинальные эскизы к невыполненным работам Евгения Фаберже. Кстати, кроме нашего музея, часть этих эскизов она завещала музею Московского Кремля. Кроме этого, у нас есть реплика с императорского пасхального яйца «Военное стальное» работы современного художника-ювелира Александра Михайлова – точная копия из тех же материалов, что и оригинал.
- А где оригинал?
- В музее московского Кремля. Сюрпризом императорского пасхального яйца «Военное стальное» является миниатюра Василия Зуева 1916 года, изображающая Николая II на военных позициях русской армии.
- Не тесновато музею в одной небольшой комнатке?
- Конечно, тесновато. Но сейчас обсуждается проект строительства отдельного здания для Чердаклинского музея миниатюрной живописи имени Василия Ивановича Зуева. Разработана проектно-сметная документация, выбрано место, но необходимо найти средства на строительство. Как только будет получено положительное заключение на проект, попробуем войти в какую-нибудь федеральную программу, тем более действующие депутаты Государственной Думы Федерального Собрания нового созыва от Ульяновской области обещали в этом нам посодействовать. А пока ожидаем свидетельства о регистрации нашего музея как школьного.