Лучшие в крае

– Я окончил Красноярский государственный педагогический университет имени Виктора Петровича Астафьева, отделение физической культуры и спорта. На последних курсах понял, что после учёбы хочу служить в силовых структурах. О том, чтобы податься именно в полицию, не думал, рассматривал МВД, ФСБ, МЧС. После института пошёл в армию, службу проходил в отдельной дивизии оперативного назначения имени Феликса Эдмундовича Дзержинского внутренних войск МВД России. Вернувшись на малую родину — в село Ермаковское Красноярского края, хотел устроиться в МЧС в природном парке Ергаки, но друг–норильчанин, с которым мы вместе учились, предложил приехать в Норильск и пойти служить в полицию. Карьера моя началась в ППС, в то время как раз проходила реформа МВД, и обязательным условием для соискателей, претендующих на офицерские должности, было наличие высшего юридического образования. Честно скажу, огорчился, было даже желание всё бросить и уехать обратно. Но я собрался, продолжил службу и не зря. Потом правила поменяли, и в 2013 году я перешёл в уголовный розыск. Начинал оперуполномоченным отделения по раскрытию преступлений имущественного характера — это кражи и грабежи. В 2014–м перевёлся в отделение по раскрытию убийств. В этом году я назначен начальником уголовного розыска.

– Расскажите о главных задачах уголовного розыска?

– Наши основные задачи — это выявление, раскрытие и пресечение преступлений. Мы работаем не только в Норильске, но и взаимодействуем с коллегами из других городов и регионов. У Норильска, конечно, своя специфика, которая облегчает работу. Например, на материке, совершив преступление, человек может легко покинуть город, допустим, на машине. У нас же летом две дороги, а зимой одна — в аэропорт, потому поиск причастных лиц после их установления упрощается. В приоритете — тяжкие и особо тяжкие преступления. А в последнее время, как вы знаете, участились случаи мошенничества — люди переводят баснословные суммы, иногда миллионы. Раскрывать эти преступления — тоже наша работа. Найти мошенников нелегко, они, как правило, действуют дистанционно, поэтому мы стараемся пресечь преступления — проводим профилактические мероприятия с населением, рассказываем о видах мошенничества.

– Какими качествами должен обладать оперативник?

– Мы на первой линии борьбы с преступностью, поэтому главные качества —целеустремленность и трудолюбие, ведь в нашей профессии порой приходится не спать сутками, разыскивая кого–то, устанавливая виновных или раскрывая преступление. Ещё важно, чтобы человек был инициативным. Понятно, что есть руководители, которые контролируют работу, но я считаю, что сотрудникам уголовного розыска следует проявлять инициативу и даже творчество в своей службе, а не просто исполнять приказы. Также оперативник должен быть физически развит, это может помочь при задержании преступников, иногда их приходится преследовать. Думаю, это основные качества. На службе в нашей структуре вряд ли получится спокойно отсидеться до минимальной выслуги, необходимой для получения пенсии. Принимая человека на службу, даже из других подразделений полиции, мы присматриваемся. Многие хотят служить в уголовном розыске, я считаю, что это одно из элитных подразделений МВД, но если желания и инициативы нет, работать будет тяжело.

– Что самое сложное в вашей работе?

– Когда я перешёл в уголовный розыск, для меня тяжелее всего было учиться, потому что специфика совсем другая. Следующее, с чем сталкиваешься, — много времени приходится проводить на службе, в том числе в выходные, ведь, помимо основной работы, есть ещё бумажная, какие–то отчеты. Конечно, всё это сказывается на отношениях в семье.

– Насколько опасна служба в уголовном розыске?

– Ситуации бывают разные, бывает, что преступники при задержании ведут себя непредсказуемо. Поэтому перед операцией сотрудники на месте оценивают, способен ли задерживаемый причинить вред полицейскому или себе, и, исходя из этого, принимают решение о том, как его сопровождать, надевать ли наручники. Однако нужно всегда быть готовым к неожиданным поворотам: человек, совершивший тяжкое или особо тяжкое преступление, допустим убийство, при задержании может держаться спокойно, а другой, совершивший незначительную кражу, — вести себя агрессивно. Бывало, на оперативников и с ножами кидались. Однажды подозреваемый, пытаясь убежать, выпрыгнул в окно, наш сотрудник выпрыгнул за ним и повредил себе ногу. Рисков немало. Но все они учитываются, мы прикрываем, страхуем друг друга. И когда оперативники едут на задержание, я говорю им: «Всегда будьте бдительны и старайтесь в одиночку не задерживать людей, нужно, чтобы напарник прикрывал вашу спину.

– Как на это реагирует семья?

– Относятся с пониманием. В своё время супруга поняла, что это моя профессия, она мне нравится, я не просто хожу за зарплатой. Она приняла это, и со временем всё нормализовалось, все привыкли. Семья очень важна, это наш надёжный тыл. Но не все готовы мириться с такими условиями. Бывали случаи, когда жёны говорили мужьям: «Либо ты увольняешься, либо начинаешь появляться дома». Поэтому важно найти понимающего человека.

– Можете вспомнить интересную историю о раскрытии преступления?

– Запоминаются практически все случаи. Даже по прошествии многих лет если мне назовут фамилию преступника, я сразу вспомню, какое преступление он совершил. Расскажу один из последних случаев. В сентябре прошлого года произошло бытовое убийство на улице Лауреатов, жертвой стал мужчина. Дня три или четыре днём и ночью мы работали над раскрытием, устанавливали всех лиц, вхожих в дом убитого, проводили поквартирный обход. Через несколько дней в этом же доме произошло второе убийство, на этот раз жертвой стала женщина, её задушили. На месте происшествия меня заинтересовала одна деталь — на комоде лежали старые фотографии. Знаете, как раньше делали, когда ещё смартфонов не было, — фотографии вкладывали в альбомы или хранили стопками. Тогда мне пришла в голову версия о том, что к убитой приходил какой–то новый знакомый, которому она, рассказывая о себе, показывала фотографии. Тогда я попросил эксперта, чтобы он снял отпечатки пальцев с фотокарточек, и на утро стало известно, что отпечатки оставили два человека. Благодаря этой улике мы раскрыли два убийства. Выяснилось, что и мужчину, и женщину убили одни и те же люди, которые ранее проживали в этом доме. Один из них был знаком с убитым мужчиной, другой — с женщиной. Жертвы друг друга не знали, потому изначально общий круг общения или другую связь установить не удалось, и только благодаря фотографиям мы раскрыли оба преступления.

– Какие успехи у норильского подразделения?

– В большинстве позиций по статистике мы превосходим подразделения Красноярского края. Взять, допустим, количество преступлений, раскрытых сотрудниками уголовного розыска за июль, — всего раскрыто 862, из них 431 — на счету сотрудников нашей структуры, то есть половина. А ведь раскрытием так или иначе занимаются все подразделения полиции. Особенно хочется отметить, что мы научились эффективно раскрывать дистанционные мошенничества, в этом году мы успешно отработали более ста эпизодов, и многим пострадавшим уже компенсируют материальный вред.

– Что вы можете посоветовать тем, кто хочет поступить на службу в уголовный розыск?

– Самое главное — как я сказал раньше, для службы в нашей структуре необходимо иметь желание и целеустремленность, быть интеллектуально развитым, эрудированным, физически крепким и готовым к тому, что порой придётся жертвовать личным временем. Я лично общаюсь с каждым кандидатом при трудоустройстве, оцениваю его потенциал. А дальше всё зависит от него.