«Лучшее для тренера — когда заходишь в магазин, а тебя благодарят». Интервью Епанчинцева про «Сибирь»

Им не хватило миллиметра до второго раунда.

Вопреки прогнозам и несмотря на неудачный старт серии с «Салаватом Юлаевым», «Сибирь» достойно провела первый раунд плей-офф и даже могла пройти дальше. Резонансным стал момент с отмененным голом в ворота уфимцев в седьмом матче. Главный тренер новосибирцев Вадим Епанчинцев в интервью Sport24 рассказал об эффекте параллакса и опеке лучшего бомбардира сезона Джошуа Ливо, подвел итоги чемпионата и поделился планами на межсезонье.

— После завершения плей-офф у вас появилось время на интервью и другие занятия. На что у тренера есть свободное время в сезоне?

— Непростой вопрос. После вылета от «Салавата Юлаева» появилось свободное время, благодаря чему я на Новосибирск другими глазами посмотрел, увидел новые краски города. В сезоне есть только тренировочный процесс и отдых дома. Разве что в выходной день куда-то выбирались, но не так часто. Сейчас нашел для себя интересные места в Новосибирске.

— Брендан Лайпсик сразу на «Щелкунчика» в Оперный театр сходил, разузнал где в городе лучшие бани. А какие ваши не хоккейные открытия?

— Ни для кого не секрет, что новосибирская Опера одна из лучших в стране. Коллеги были на представлениях, и я планирую найти время. Что до Лайпсика и бани, то он большой любитель! После тренировки — первый в парилку. По всем русским традициям парился с веником и купелью.

— Период после завершения плей-офф — время для того, чтобы отключиться от хоккея или проанализировать все, что было?

— Если честно, то отключиться получилось буквально на день. У нас было собрание с генеральным менеджером и директором клуба. Обсуждали, что нужно исправить, кого добавить в состав на следующий сезон. Селекция не заканчивается никогда. Сейчас, когда идет плей-офф, нельзя говорить о каких-то приобретения, но они уже есть.

— Перед тем, как закрыть сезон вместе с болельщиками, в гости к команде приходил губернатор. Что вам сказал Андрей Травников?

— Поблагодарил за сезон. Сказал правильные вещи, что объективно неровный чемпионат был, есть над чем работать. Но минимальную задачу, которую поставило руководство клуба, в том числе и губернатор, команда выполнила. Особенно порадовали болельщиков в концовке сезона.

— Один из уже бывших губернаторов Новосибирской области регулярно врывался в раздевалку команды и наводил там свои порядки. Что-то подобное в исполнении Травникова было?

— Андрей Александрович спускался в раздевалку. Но в тех ситуациях, когда команда хорошо играла и выигрывала. Разносов от него не было. Знаю, что от него исходили пожелания руководству по телефону или в устной форме, но в раздевалку губернатор, конечно, не врывался. Благодарен, что таких моментов не было.

— После вылета «Сибири» появилось время посмотреть хоккей со стороны. Плей-офф КХЛ вас чем-то удивляет?

— Не сказал бы. Есть более атакующие пары, есть те, где игра идет до ошибки. Где-то много удалений, где-то поменьше. В любом случае этот плей-офф интересный.

— Серия «Спартак» — «Салават Юлаев» вам была особенно интересна?

— Интересна, конечно. «Спартак» — клуб, где я начинал карьеру игрока и свой тренерский путь. А «Салават», в свою очередь, наш соперник по первому раунду. Команда, которую мы могли проходить. Хорошо сыграли в домашних матчах. Не хватило всего одной игры на выезде. Не хватило миллиметра до второго раунда. А что до их пары, то мы видим много голов, что логично: обе команды проповедуют атакующий стиль.

— Джошуа Ливо свой первый гол в плей-офф, если не считать попадания по пустым воротам, забросил уже в ворота «Спартак». Можно сказать, что вам удалось закрыть лучшего снайпера регулярного чемпионата?

— Считаю, что наш план сработал. Мы действительно больше внимания уделили Ливо. При этом развязали руки Рэмпалу (смеется). Знали сильные стороны Джошуа. Разве что в начале серии не смогли закрыть большинство «Салавата» с пятью нападающими. Да и дисциплина в тех играх подвела. Потом уже перестроились.

— Этот сезон самый длинный в истории КХЛ. Самый ли он напряженный в вашей карьере?

— Скорее не напряженный, а интересный. Логистика, конечно, у нас была непростая. «Сибири», «Амуру» и «Адмиралу» приходится несколько сложнее, чем остальным, когда идет речь о выезде на Запад. Пытались найти золотую середину, чтобы игрокам было полегче. То, что больше игр — это хорошо для хоккеистов. То, что особо нет пауз в чемпионате — сложнее для тренеров, меньше возможности что-то наиграть. Двояко.

— Нужно ли так много играть? Нет ли пресыщения хоккеем, когда регулярка заканчивается в конце марта?

— Стрессовых ситуаций хватает в сезоне. Точно не до скуки! Хоккей — наша любимая работа, так что я бы так не сказал.

— Особенность минувшей регулярки — паузы длиной в неделю, а то и больше. Многие команды после такого перерыва возвращались неузнаваемыми.

— Так у нас и получилось. У «Сибири» она пришлась на начало сезона, после хорошей домашней серии. Нас эта пауза немного выбила, после чего начали чередовать победы и поражения. На то есть объективные и субъективные причины. Мы их знаем. Если приблизительно такой же календарь будет — мы уже понимаем, как с ним работать.

— Какие видите ключевые события сезона для «Сибири»?

— Знаете, самое ключевое — это наши болельщики и поддержка от них. Я был наслышан, но все равно приятно удивлен. Каждый раз после гимна у меня мурашки пробегались по коже. Это самое главное. Я как максималист хочу для такой публики добиться большего. Но все равно парни за счет сплоченности и сибирского характера подарили болельщикам приятные моменты.

— Когда и как сложился коллектив? Это ведь произошло не сразу.

— Мой подход в том, чтобы найти с каждым игроком точки соприкосновения. Даже не с игроком, а с человеком. Это произошло не сразу. С теми же легионерами понадобилось время на поиск контакта. В начале сезона пытались достучаться. В итоге, я считаю, сложился хороший дружный коллектив.

— Кто был костяком команды?

— Сто процентов это Сергей Сергеевич Широков, Никита Коротков, Валя Пьянов, Леша Яковлев. Местные ребята, которые давно в команде, плюс олимпийский чемпион, который слишком хорошо воспитан. Где-то, возможно, нужно было вести себя и пожестче. Но задор и опыт Широкова помог нам.

— Чем-то Широков удивил? Вы давно знакомы, играли вместе, но как игрок-тренер работали впервые.

— Честно скажу, нет. Каким он был 20 лет назад, таким и остался. Мы все-таки каждый год общались, даже не работая вместе. Я с его семьей дружу, с женой общаюсь. Знаю Сергея до мозга костей. Если что и удивило, то его профессионализм. В прошлом сезоне в «Автомобилисте» было много травм, а здесь прошел весь чемпионат ровно. Перед сезоном я говорил, что будут давать ему отдых, а этого не понадобилось. Без микротравм не обошлось, но Широков всегда находился в хорошей форме.

— Мог ли он сказать, мол, тренер, отойдите, не устраивайте разнос команде, я возьму все на себя?

— Разные ситуации были, но у меня все-таки немного другая линия поведения. Повышенный тон, конечно, присутствует, но не настолько, чтобы разносить команду.

— Домашний разгром от «Амура» в декабре считаете переломным для всего сезона?

— Радует, что после того поражения нашли в себе силы, одержали несколько побед, в том числе вернули должок «Амуру» на выезде. Был определенный спад у команды. Неприятное было поражение.

— Понимали, что после поражения от «Амура» вас могли уволить? Об этом недавно рассказал генеральный менеджер «Сибири» Виктор Меркулов.

— Любой тренер сидит на чемоданах. Особенно после таких поражений нужно быть готовым ко всему. Был разговор с менеджером команды. Договорились, что следующие игры после этого поражения будут для меня определяющими. Рад, что он прислушался и дал шанс.

— А команда об этом «испытательном сроке» знала?

— Конечно, знала. Капитан команды ходил к менеджеру.

— То есть можно сказать, что игроки тогда сыграли за тренера?

— Я надеюсь на это! Спасибо им за это.

— В серии с «Салаватом Юлаевым» команда на каждом выезде меняли гостиницу, а перед седьмым матчем вы отправили вместо себя на интервью Ярослава Люзенкова. Это вы такой суеверный?

— Многие так делают. Любой человек из хоккея, когда что-то не получается, пытается что-то поменять, вплоть до мелочей. Кажется, Николай Заварухин объяснил первую за долгое время победу «Автомобилиста» над «Спартаком» в Москве тем, что поменяли гостиницу. Мы искали, искали ключ, но не нашли.

— Московское «Динамо» в серии с «Ак Барсом» столкнулось с пожарной сигнализацией в казанской гостинице, которая сработала посреди ночи. На вашей памяти подобное случалось?

— В этом сезоне нет, а раньше бывало. Играли с «Югрой» в полуфинале против питерского «Динамо». Девушка какая-то ходила по гостинице, стучалась к игрокам в номера. Пришлось даже службу охраны вызывать. Чьих это рук дело — не знаю (смеется).

— Разобрались что такое эффект параллакса?

— Сейчас то, конечно, уже разобрался (смеется). Но интересно, конечно, интересно. На самом деле, был у нас случай с «Югрой» в плей-офф ВХЛ. Играли против «Динамо» из Красногорска. Точно такой же момент был.

— В чьи ворота?

— Мы забили, но шайбу отменили. Эффектом параллакса это не объяснили. Как-то по-другому судьи отмену обосновали.

— У Ивана Климовича в серии плей-офф случился разрыв селезенки. Сразу поняли, что с Иваном все серьезно?

— Он приехал на лавку с меньшинства. Спросил его, как себя чувствует, а он попросил еще одну смену сыграть. Я вижу, что парень отдышался и выпустил на лед. Но уже через несколько секунд Ване стало плохо, увели в раздевалку. Первый осмотр ничего не показал, доктор посоветовал провести вечер в больнице. Утром узнали, что случился разрыв селезенки. Если бы уехал домой, возможно, все сложилось бы иначе.

— Вы часто по ходу сезона упоминали хоккейного бога. Что это для вас?

— Нельзя недооценивать соперника, быть расхлябанным. Когда играешь ниже своих возможностей — хоккейный бог может отвернуться. Можно проиграть игру, но проиграть достойно. Если не хватает мастерства или везения. Шайба может не идти, но если отдавать всего себя — она попадет в ворота хоть рикошетом от задницы, хоть от конька. Старался донести до парней эти моменты.

— Вы эти хоккейные законы познали еще будучи игроком?

— Разумеется. Все через опыт и подсказки старших товарищей. Тогда в составе «Спартака» их хватало: Ткачук, Барков, Тюриков, Борщевский, Прохоров, Болдин, можно перечислять долго! От каждого можно было получить ценную информацию. Они много для нас, молодых, сделали.

— Как вы поняли, что Климович и Першаков в плей-офф принесут «Сибири» больше пользы, чем Карпов и Берлев?

— В тот момент, когда увидел, что те игроки, которые не попадают в состав, не усиливают нас. Ни по движению, ни по игровым качествам. Дали шансы Першакову с Ванькой Климовичем, и они проявили себя с наилучшей стороны. Тот же Першаков выходил не только 13-м нападающим. Все мы видели, как он в Ярославле игроков на лавку опрокидывал силовыми приемами. Мальчишка своим характером и рвением доказал, что хочет играть!

— То есть такие моменты производят впечатление не только на болельщиков?

— Конечно! Я видел, как после этих его силовых приемов вся команда заряжалась. Свей старательностью Першаков нивелировал нестабильность, которая свойственна любому молодому игроку.

— Минимум молодежи в составе по ходу регулярного чемпионата — следствие того, что вы были скованны краткосрочным контрактом и требованием моментального результата?

— Не скажу, что была скованность. Но психологические моменты присутствовали. Все-таки первый год в команде, всегда непросто приходить на новое место, везде свои требования. Где-то приходилось много копаться в себе и искать баланс.

— То, что молодые не испортили погоду в плей-офф, навело вас на мысль, что они и в регулярном чемпионате не подвели бы?

— Мы следили за ребятами и анализировали. Ваню Климовича, возможно, могли пораньше вызвать из Кургана. Можно это назвать и ошибкой. Надеялись на опытных игроков, что они себя проявят в преддверии плей-офф.

— Можно провести параллели между Першаковым и Никитой Гребенкиным, с которым вы работали в «Амуре»?

— Никита покрепче, причем значительно. Но по характеру — да, можно сравнивать. Они и технически оба неплохо оснащены. Есть что-то схожее. Першаков должен прибавлять, а Гребенкину желаю пробиться в НХЛ.

— Гребенкин сложный парень? Слышал про его трения с Андреем Разиным.

— У нас с Никитой были отличные отношения. И сохраняются по сей день. Хоккейный мир тесный, объединяет людей.

— Он игрок уровня НХЛ?

— Тяжело однозначно ответить. Но мое мнение, что с его харизмой и характером у Гребенкина есть все шансы, чтобы пробиться.

— Владимиру Михалеву и Дмитрию Овчинникову не хватает именно такого характера?

— Я думаю, да. Ребята технически оснащены, у них хорошее катание. Им надо перерасти юношеский хоккей. Димка, вроде бы, перерос МХЛ, но все равно нужно быстрее повзрослеть.

— Что нужно сделать Михалеву, чтобы не повторить путь Овчинникова, с которым «Сибирь» в минувшем сезоне рассталась?

— Как и любому молодому игроку, нужно не закопать свой талант. Мы ему поможем этого избежать, но в основном это зависит от него самого. Тренировочный процесс, профессионализм, принятие требований взрослой команды — вот слагаемые.

— В «Амуре» вы тренировали Ярослава Лихачева. Хотели взять его в аренду по ходу минувшего сезона?

— Был такой момент по ходу сезона. Но не все складывалось в нашу пользу. Ярослав сам хотел к нам приехать. Однако между «Локомотивом» и «Куньлунем» уже была какая-то договоренность. Мы попытались, но увы.

— Этот интерес сохраняется?

— В дальнейшем да. Есть определенный список игроков, будем работать по нему.

— Почему в «Сибири» не получилось у Антона Берлева? Казалось, что это ваш игрок, выигрывал чемпионат ВХЛ в составе «Югры»…

— Он и в «Адмирале» неплохо играл. У Антона были определенные проблемы. Один промежуток хороший выдался, потом получил повреждение, возникли проблемы со спиной. Это его беспокоило. Потом помешало отсутствие тренировочного процесса. Мы ему шансы давали, но, к сожалению, не получилось.

— Год назад, говоря про Максима Карпова, вас не особо смутило то, что он часть плей-офф просидел в запасе «Металлурга». В итоге он и в «Сибири» не всегда проходил в состав. Зря поверили в него как в лидера?

— Я действительно надеялся на его опыт. Собирал отзывы, наводил справки у Мозякина и Гомоляко, по своим каналам узнавал подробности генеральный менеджер. В принципе, у Максима были и неплохие игры. Но, честно говоря, ожидали большего.

— То, что «Сибирь» заканчивала плей-офф без Ильи Морозова в составе — закономерно?

— Закономерно. Илья не справлялся с движением. Если этот игрок останется в нашей команде, а там есть нюансы, к нему будут определенные требования. Прежде всего, это касается отпуска, чтобы Морозов пришел на сборы в другом функциональном состоянии. Если игрок сам это захочет, это исправить можно.

— Болельщикам не удалось попрощаться с Тейлором Беком, который покидает «Сибирь». А как вы с ним попрощались?

— У нас по прилету из Уфы была командная встреча. Там он и попрощался. Расстались на хорошей ноте. Тейлор приятно удивил, особенно в плей-офф.

— Действительно ли Бек порывался покинуть «Сибирь» посреди сезона?

— Там семейные обстоятельства были. Жена и дети скучали по нему. Много разговаривали с ним на эту тему. С этим связан и его отъезд из России сейчас, после завершения контракта.

— Каково ваше мнение: все-таки Бек — это эгоист или человек, который много спрашивает с партнеров по команде? С чем были те или иные требования?

— Наверное, в нем есть все. Эгоизм должен был в каждом хоккеисте, пусть и в меру. Бек говорил много правильных вещей, был одним из лидеров команды. Он неоднократно брал слово в перерыве матчей. Были определенные сложности из-за характера Тейлора, но в итоге достучались до него.

— Вы как-то сказали, что понимаете большинство, потому что сами немало играли в этом формате. Ваша роль была как у Бека?

— Примерно такая, да. Меньше бросал, чем Тейлор, но вел розыгрыш, раздавал партнерам передачи.

— Бек — уникальный игрок для большинства?

— Безусловно. Сейчас будем пытаться найти ему замену. Понимаем, что это непросто. Но, возможно, получится и кого-то лучше найти в том смысле, что Тейлор — игрок одной точки. Когда соперники подстраивались, было сложно сменить ему позицию.

— Ужасный февраль и март в исполнении Тревора Мерфи — это следствие смерти отца?

— Я уверен в этом. Когда с человеком общаешься каждый день, то понимаешь, когда с ним что-то не так. Это был не тот Мерфи, что прежде. Он находился не в своей тарелке.

— Кто все-таки принимал решение по ходу сезона отказаться от услуг тренера по физподготовке Владислава Занковца? Было ли для вас это болезненным, учитывая, что вы работали с этим специалистом ранее?

— Это решение мы принимали сообща. Хотел бы сказать спасибо Владиславу Эдуардовичу. Мы работали вместе, ничего плохого сказать не могу. Но то состояние команды, которое было после перерыва, оставляло желать лучшего.

— Ветераны и правда подействовали на это решение? Были слухи, что вы пошли на поводу у возрастных игроков «Сибири».

— Были определенные проблемки. Я бы даже не сказал, что это проблемы. Не секрет, что команда была возрастная. Есть игроки, к которым нужен индивидуальный подход. Требования в зале должны корректироваться под каждого хоккеиста. Здесь немного не сработали.

— Нет противоречия в том, что жена Занковца осталась работать в клубе?

— Нет. Дарина Сергеевна выполняет свою работу. Она хороший реабилитолог и позитивный человек. Никаких проблем в этой связи нет.

— Ваш ассистент Ярослав Люзенков впервые работает в команде КХЛ. Он еще учится или пришел к вам готовым специалистом?

— Понятно, что в первый год узнаешь что-то новое. У нас хороший с ним коннект. Можно сказать — одно целое! Где-то я ему помогал, где-то он мне. Не сомневаюсь, что Ярослав Игоревич станет хорошим специалистом.

— Еще по его работе в МХЛ доводилось слышать, что Люзенков — хороший мотиватор.

— Это правда. Для пацанов из «Сибирских Снайперов» он был как отец. Они сами сейчас говорят, что был строгий, но не без пряника.

— Насколько знаю, вы в какой-то момент сезона взяли на себя работу над обороной. Это правда?

— Андрей Викторович Сапожников четыре года не работал в КХЛ. Хоккей не стоит на месте, все меняется. Не то что я полностью взял на себя его обязанности. Скорее тоже стал уделять внимание этому фронту работы. Вместе сообща стали заниматься меньшинством и защитниками.

— Игра минского «Динамо» изменилась в лучшую сторону после того, как тренерский штаб пополнили Чебатуркина и Горбенко — давние соратники Дмитрия Квартальнова. Есть ли у вас такие люди?

— Прежде всего, это Виктор Павлович Костюченок. У нас с ним всегда было хорошее взаимопонимание.

— С Дмитрием Гоголевым, с которым ваши пути в межсезонье разошлись, связь сохраняете?

— Разумеется. Недавно поздравлял его с проходом «Чайки» в следующий раунд плей-офф МХЛ. Мы дружим. Он и Пашке, сыну своему, много подсказывает.

— Вы можете воссоединиться с Гоголевым-старшим в следующем сезоне?

— Пока тяжело говорить, да и неправильно, на данный момент. Но какие-то изменения будут.

— Есть принципиальная позиция, что сын и отец не должны быть в одной команде? «Сибирь» обожглась на Климовичах, а Бенуа Гру признавался, что никогда бы не взял в команду своего сына.

— Мне неважно какая фамилия у игрока, Гоголев или какая-то другая. Главное, чтобы он играл. Помню была история в Казани, когда там тренером работал Владимир Вуйтек. Я ему предложил взять в команду сына. Мы с Вуйтеком-младшим хорошо играли вместе в Череповце. Отец был за, а Вовка сказал «не поеду к отцу и все».

— Какой вы видите «Сибирь» в следующем сезоне?

— Во сне вижу атакующий стиль, хорошую игру в обороне, надежную игру вратарей. Мы хотим все и сразу. Вопрос в том, каким составом будем располагать.

— Что, прежде всего, надо поменять в нынешней команде?

— Мы своим проблемы знаем. Прежде всего, это позиционная атака. Оборона — тоже. Большинство и атаки сходу у нас получались.

— Вы — приверженец атакующего хоккея, но успеха «Сибирь» добивалась в основном благодаря более оборонительной игре. Тяжело было переступать через свои принципы?

— Действительно, я переступал через себя. Не скажу, что это было тяжело. Все-таки я видел, какая игра дает результат. Да, действовали чаще вторым номером и от обороны, но это требовала ситуация и многим ребятам этот стиль больше подходил.

— Может и к лучшему, что «Сибирь» не прошла второй раунд? Так могли бы возникнуть завышенные ожидания на следующий сезон, игроки переоценили бы себя. А так — достойный результат без прыжков выше головы.

— Аппетит приходит во время игры. Я видел, что ребята, особенно дома, играют так, что тяжело было бы любому сопернику…Загадывать и говорить, как было бы, тяжело. Плей-офф — это праздник! Эти матчи смотрит вся страна. Все хотят в них участвовать.

— Пройдя во второй раунд, попадали бы на «Локомотив». Разве были бы шансы?

— А я замечу, что мы неплохо с ними играли! В Ярославле в овертайме проиграли, дома — по буллитам. Так что…почему бы и нет?

— Кого видите чемпионами этого сезона КХЛ?

— На данный момент, наверное, «Локомотив». У них стабильный состав. Добавился Радулов. Много опытных игроков, хорошие защитники. Пора им становиться чемпионами. Они заслужили.

— Сергей Широков восторженно говорит о болельщиках, прикипел к городу. Вы стали в Новосибирске своим?

— Понятно, что когда приходит новый тренер, его принимают не сразу. Но когда по прошествии сезона выходишь на улицу, а к тебе подходят и говорят «спасибо» — это дорогого стоит. Заходишь в магазин, а тебя везде узнают, благодарят. Наверное, это лучшее, что вообще может быть для тренера.