Субсидии не поливают поля. Доступность воды определяет будущее сельского хозяйства

Увеличение мирового сельскохозяйственного производства сегодня все меньше зависит от расширения площадей и технологий и все больше от доступности воды. По оценке Всемирного банка, если водные ресурсы использовались бы в рамках планетарных лимитов, текущая система производства обеспечивала бы продовольствием лишь около 3,4 млрд человек. Это означает, что часть производства зависит от дальнейшего истощения ресурсов. Проблема связана не столько с объемом потребляемой воды, сколько с тем, как она распределяется между регионами и видами производства. Экономисты банка убеждены, что структура сельского хозяйства и бюджетных расходов не учитывает этот фактор. В результате выпуск растет, а вместе с ним и ограничения. Новый доклад Всемирного банка Nourish and Flourish: Water Solutions to Feed 10 Billion People on a Livable Planet ( Питать и давать процветать: водные решения для того, чтобы прокормить 10 млрд человек на пригодной для жизни планете , 2026) показывает, что такое ограничение формируется не на уровне абсолютного объема воды, а на уровне ее распределения. Так, в Индии и Пакистане выпуск продовольствия поддерживается за счет подземных вод, уровень которых снижается, что увеличивает риски падения урожайности. В северных районах Китая и в странах Ближнего Востока водный стресс ограничивает возможности расширения производства. В то же время в Нигере, Мали и Чаде доступные ресурсы используются частично, и выпуск остается ниже возможного уровня. Таким образом, в одних регионах производство зависит от истощения ресурса, а в других не достигает потенциального уровня. Различия в доступе к воде напрямую отражаются в выпуске. Орошаемые земли занимают около 6,5% сельхозугодий и 22,7% пашни, но обеспечивают около 40% мирового производства продовольствия. В странах Африки к югу от Сахары урожайность риса при дождевом земледелии составляет 0,6 2,3 т/га, при орошении 2,5 5,6 т/га. Это означает, что доступ к воде увеличивает выпуск без расширения посевных площадей и снижает зависимость от погодных условий. Структура производства также влияет на расход воды. В докладе приводится оценка, согласно которой животноводство, основанное на орошаемых кормах, требует до 20 раз больше воды на единицу калорий и в шесть раз больше на единицу белка по сравнению с растительными культурами. Следовательно, выбор культур и отраслей определяет не только объем производства, но и нагрузку на водные ресурсы. Связь воды и внешней торговли в экономической теории описана давно через концепцию виртуальной воды водоемкости конкретных товаров. По данным Всемирного банка, страны с дефицитом воды, но значительным экспортом продовольствия сталкиваются с ограничением роста: увеличение выпуска усиливает нагрузку на ресурсную базу и повышает риски снижения урожайности. Впрочем, ключевой вывод доклада связан с бюджетной политикой. По оценке экспертов, совокупная поддержка сельского хозяйства примерно в 90 странах составляет около $663 млрд в год, из которых около $490 млрд государственные расходы. При этом на ирригацию приходится лишь около $27 млрд. Таким образом, менее 6% средств направляется на развитие орошения и управления водой, которые напрямую определяют выпуск. Основная часть расходов субсидии, связанные с объемами производства. Такие выплаты поддерживают выпуск, но не снижают зависимость сельского хозяйства от доступности воды и в некоторых случаях увеличивают нагрузку на ресурсы, стимулируя производство водоемких культур. Расчеты экономистов банка показывают, что для изменения ситуации не требуется кратного увеличения расходов. Необходимые инвестиции в управление водными ресурсами оцениваются в $600 млрд $1,8 трлн до 2050 года, или $24 70 млрд ежегодно, что сопоставимо с текущими бюджетами. Основной эффект достигается за счет повышения эффективности использования воды модернизации оросительных систем и снижения потерь а не за счет расширения сельхозугодий. При этом инвестиции без изменения управления не дают устойчивого результата. Речь идет о базовых механизмах учете фактического водопотребления, регулировании доступа к ресурсу и использовании данных. Без этого новые проекты не обеспечивают стабильного роста производства. В России основные сельскохозяйственные зоны Краснодарский и Ставропольский края, Ростовская область и Поволжье относятся к территориям с риском засух. При этом Россия остается одним из крупнейших экспортеров зерна: по оценке ФАО, в сезоне 2024/25 экспорт составит около 50 млн тонн, включая около 42 млн тонн пшеницы. По данным Минсельхоза, площадь потенциально орошаемых земель составляет 4,7 млн га, тогда как фактически используется около 1,2 млн га. Это означает, что часть ресурса не вовлечена в производство, в то время как в других регионах выпуск зависит от погодных условий. Коммерсантъ