Кто написал Молитву оптинских старцев?
Оптинские старцы никогда не собирались вместе, чтобы составить молитву. Как минимум потому, что жили в разное время: первым оптинским старцем считается Смиренный Лев (1768–1862), последним – архимандрит Исаакий (1865–1938). Версия, согласно которой каждый старец придумывал какую-то строчку и оставлял ее как «духовное завещание», тоже не имеет подтверждения. Но молитва действительно связана с духовными традициями Оптинского монастыря.
Есть несколько вариантов текста Молитвы оптинских старцев. Наиболее распространенный краткий вариант звучит так:
«Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день.
Дай мне всецело предаться воле Твоей святой.
На всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня.
Какие бы я ни получал известия в течение дня, научи меня принять их со спокойной душою и твердым убеждением, что на все святая воля Твоя.
Во всех словах и делах моих руководи моими мыслями и чувствами.
Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что все ниспослано Тобою.
Научи меня прямо и разумно действовать с каждым членом семьи моей, никого не смущая и не огорчая. Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня и все события в течение дня.
Руководи моею волею и научи меня молиться, верить, надеяться, терпеть, прощать и любить.
Аминь».
Известен также вариант текста молитвы с большим количеством прошений:
«Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день.
Дай мне всецело предаться воле Твоей святой.
На всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня.
Какие бы я ни получал известия в течение дня, научи меня принять их со спокойной душой и твердым убеждением, что на все святая воля Твоя.
Господи, открой мне волю Твою святую для меня и окружающих меня.
Во всех моих словах и помышлениях Сам руководи моими мыслями и чувствами.
Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что все ниспослано Тобой.
Господи, научи меня правильно, просто, разумно обращаться со всеми домашними и окружающими меня, старшими, равными, младшими, чтобы мне никого не огорчить, но всем содействовать ко благу.
Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня и все события в течение его.
Господи, Сам руководи моею волею и научи меня каяться, молиться, верить, терпеть, прощать, радоваться, любить и благодарить.
Господи, не дай меня на произвол врагам моим, но ради имени Твоего святого Сам води и управляй мною.
Господи, просвети ум мой и сердце мое для разумения Твоих вечных и неизменных законов, управляющих миром, чтобы я, грешный раб Твой, мог правильно служить Тебе и ближним моим.
Господи, благодарю Тебя за все, что со мною будет, ибо твердо верю, что любящим Тебя все содействует ко благу.
Господи, благослови все мои выхождения и вхождения, деяния дел, слова и помышления, удостой меня всегда радостно прославлять, воспевать и благословлять Тебя, ибо Ты благословен еси во веки веков.
Аминь»
Когда была написана Молитва оптинских старцев?
Текст Молитвы оптинских старцев кажется невероятно современным, хотя исследователи полагают, что она сложилась более ста лет назад.
«В своем нынешнем виде молитва появляется в бумагах учеников тех оптинских старцев, которые жили уже в XX веке, – говорит историк и литургист, священник Максим Плякин. – Согласно одной версии, молитва происходит из круга духовных детей старца Нектария (Тихонова) (1853–1928), в числе которых была писательница и поэтесса Надежда Павлович. Согласно другой версии, она появилась среди духовных чад старца Анатолия Младшего (Потапова) (1855–1922)».
Более ранние корни этой молитвы напрямую не прослеживаются, хотя, вероятно, какая-то предшествующая ей традиция в Оптиной пустыни была. «Первая публикация молитвы в российском издании, которую я видел „живьем“, датируется 1991 годом, – рассказывает отец Максим. – В зарубежных изданиях она была напечатана чуть раньше, в самом конце 1980-х, когда Русская Православная Церковь за границей готовила канонизацию Оптинских старцев (прославлены на Архиерейском Соборе 1990 года), и в печати появлялись публикации о них».
Идейно Молитва оптинских старцев связана с молитвой святителя Филарета Московского, многие обращают внимание на схожую концовку. Также у нее есть сходство с молитвой святителя Иоанна Златоустого, содержащей прошения «на всякий час дня и ночи».
«Господи! Не знаю, чего просить у Тебя!
Ты один ведаешь, что мне потребно.
Ты любишь меня паче, нежели я умею любить себя.
Отче, даждь рабу Твоему, чего сам я и просить не умею.
Не дерзаю просить ни креста, ни утешения, только предстою пред Тобою.
Сердце мое Тебе отверсто.
Ты зришь нужды, которых я не знаю.
Зри и сотвори со мною по милости Твоей!
Порази и исцели, низложи и подыми меня.
Благоговею и безмолвствую пред святою Твоею волею и непостижимыми для меня Твоими судьбами.
Приношу себя в жертву Тебе.
Нет у меня желания, кроме желания исполнить волю Твою.
Научи меня молиться. Сам во мне молись!
Аминь».
Молитва 7‑я, святого Иоанна Златоуста (†407) (24 молитвы, по числу часов дня и ночи):
«Го́споди, не лиши́ мене́ небе́сных Твои́х благ. Го́споди, изба́ви мя ве́чных мук. Го́споди, умо́м ли или́ помышле́нием, сло́вом или́ де́лом согреши́х, прости́ мя. Го́споди, изба́ви мя вся́каго неве́дения и забве́ния, и малоду́шия, и окамене́ннаго нечу́вствия. Го́споди, изба́ви мя от вся́каго искуше́ния. Го́споди, просвети́ мое́ се́рдце, е́же помрачи́ лука́вое похоте́ние. Го́споди, аз я́ко челове́к согреши́х, Ты же я́ко Бог щедр, поми́луй мя, ви́дя не́мощь ду́ши моея́. Го́споди, посли́ благода́ть Твою́ в по́мощь мне, да просла́влю и́мя Твое́ свято́е. Го́споди Иису́се Христе́, напиши́ мя раба́ Твоего́ в кни́зе живо́тней и да́руй ми коне́ц благи́й. Го́споди, Бо́же мой, а́ще и ничто́же бла́го сотвори́х пред Тобо́ю, но да́ждь ми по благода́ти Твое́й положи́ти нача́ло благо́е. Го́споди, окропи́ в се́рдце мое́м ро́су благода́ти Твоея́. Го́споди небесе́ и земли́, помяни́ мя гре́шнаго раба́ Твоего́, сту́днаго и нечи́стаго, во Ца́рствии Твое́м. Ами́нь.
Го́споди, в покая́нии приими́ мя. Го́споди, не оста́ви мене́. Го́споди, не введи́ мене́ в напа́сть. Го́споди, да́ждь ми мысль бла́гу. Го́споди, да́ждь ми сле́зы и па́мять сме́ртную, и умиле́ние. Го́споди, да́ждь ми по́мысл испове́дания грехо́в мои́х. Го́споди, да́ждь ми смире́ние, целому́дрие и послуша́ние. Го́споди, да́ждь ми терпе́ние, великоду́шие и кро́тость. Го́споди, всели́ в мя ко́рень благи́х, страх Твой в се́рдце мое́. Го́споди, сподо́би мя люби́ти Тя от всея́ души́ моея́ и помышле́ния и твори́ти во всем во́лю Твою́. Го́споди, покры́й мя от челове́к не́которых, и бесо́в, и страсте́й, и от вся́кия ины́я неподо́бныя ве́щи. Го́споди, ве́си, я́ко твори́ши, я́коже Ты во́лиши, да бу́дет во́ля Твоя́ и во мне гре́шнем, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки.
Ами́нь».
Скорее всего, текст молитвы был составлен в кругу чад последних оптинских старцев во времена гонений на Церковь. Простые, но глубокие прошения легко запоминались, их можно было читать в любой обстановке, он ложился на сердце каждому – деревенскому жителю и горожанину, семейному или одинокому.
В 1918 году монастырю пришлось формально «переквалифицироваться» в сельскохозяйственную артель, но насельники по-прежнему принимали верующих, исповедовали, совершали богослужения и продержались таким образом еще пять лет. «Одна очевидица рассказывала, что монахини, подобно птицам из разоряемых гнезд, слетались в Оптину по мере ликвидации женских обителей. Им некуда было деваться, и оне тут же ютились. Свое горе несли сюда же и толпы мирян. Спрашивали, как молиться за невернувшихся близких: ужасы революции, гражданская война нанесли потери почти каждому семейству», – вспоминал ученик последних оптинских старцев Иван Концевич.
С окончательным упразднением обители и ее храмов они прибились к еще открытым храмам Козельска и окормляли своих чад там, образовав «монастырь без стен». Такими монахами-изгнанниками были, в частности, последний настоятель Оптинской обители преподобный Исаакий (Бобраков) и преподобный Никон (Беляев).
Вот как описывает службу, проводимую изгнанными монахами в Георгиевском храме города Козельска, игумен Дамаскин (Орловский): они «служили, хотя и несколько сокращенно, чтобы не утомлять непривычных к длинным службам мирян, но само служение и пение было по-прежнему оптинским, и сюда потянулись православные русские люди, всегда ценившие монастырскую службу как наиболее молитвенную: кто сам не умел молиться, тот за монашескую молитву ухватывался».
Почему Молитва оптинских старцев составлена на русском языке?
Современному человеку, конечно, проще воспринимать тексты на русском, нежели церковнославянском языке. Тем не менее такие молитвы являются, скорее, редкостью, а идея перевода богослужения на русский язык продолжает быть предметом дискуссий. Однако «на рубеже XIX-XX столетий идея использования в богослужении русского языка церковным обществом принималась совершенно спокойно, – поясняет священник Максим Плякин. – Первый акафист на русском языке был написан еще в 60-х годах XIX века. Некоторые приходы уже до Первой мировой войны служили на русском. И целый ряд святых, например святитель-исповедник Агафангел (Преображенский), открытым текстом высказывался за перевод богослужения на русский язык. Если бы не революция, то вполне возможно, что где-то к середине XX века у нас было бы как в Сербской Православной Церкви, которая в 1950-е годы перешла на сербский язык». Неудивительно, что люди, пришедшие в Церковь на рубеже веков, могли составить молитву на русском языке.
Что еще говорили о молитве последние оптинские старцы?
До нас дошли некоторые наставления старца Нектария. Вот что говорил он о молитве: «…если Господь долго не слушает молитвы. Нужно только продолжать молиться и не унывать; молитва – это капитал: чем дольше лежит капитал, тем больше процентов приносит. Господь посылает свою милость тогда, когда это Ему благоугодно; тогда, когда нам полезно принять. Если нам что-либо крайне необходимо, тогда следует два-три раза помолиться, и за исполнение просьбы надо благодарить Бога. Иногда через год Господь исполняет прошение. Пример брать надо с Иоакима и Анны. Они всю жизнь молились и не унывали, а все надеялись, и какое послал Господь им утешение!»
Старец Анатолий Младший (Потапов) (1855-1922) наставлял свою духовную дочь: «Затрудняешься исполнением молитвы и чтений, так как не одна в комнате, — в таком случае оставь обрядовый чин, например, читать перед святыми иконами, со свечой и прочее, а делай проще: или ходя читай и молись, или уткнувшись в уголок, или где-нибудь в передней»
Широко известны также пророческие слова старца, сказанные им 2 февраля 1917 года: «Будет шторм, и русский корабль будет разбит. Да, это будет, но ведь и на щепках и обломках люди спасаются. Не все же, не все погибнут». Когда слушавшие эти слова были поражены и невольно заплакали, старец подошел к монахине Варваре, положил руку на голову и сказал: «Ничего, ничего не бойся только. Бог не оставит уповающих на Него. Надо молиться, надо всем каяться и молиться горячо». Потом, обратясь к своему брату, спросил: «А что после шторма бывает?» Кто-то сказал, что после шторма бывает штиль. «Вот ведь, – сказал батюшка, – так. И будет штиль»
Запись Кто написал Молитву оптинских старцев? впервые появилась Милосердие.ru.