Выжить в «космосе». Спасатели-спелеологи отрабатывают способы спасения людей в пещерах

Ползком в царство льда и темноты

Вход в пещеру настолько неприметный и заснеженный, что заметить его можно только благодаря лежащим рядом спасательным курткам и транспортировочным мешкам. На ветвях дерева висит «коробочка» с кнопкой – проводное переговорное устройство, от него внутрь, куда-то в недра земли, ведет черный провод, обеспечивающий связь группы с поверхностью и разными точками в пещере. Какая тесная! – думаешь, вползая в пещеру на полусогнутых. Но все познается в сравнении, и вскоре о возможности передвигаться на корточках вспоминаешь с ностальгией. С каждым метром проход все сужается. Когда кажется, что стены вот-вот сомкнутся и окончательно тебя расплющат, лаз вливается в просторную галерею, от которой, как сосуды, в разные стороны ответвляются многочисленные ходы. Такой лаз не зря называют шкуродёром – о чистоте и целостности одежды можно забыть. Ноги жутко скользят, и не только на льду, но и на глине, которой вскоре становишься покрыт с ног до головы. Лучшая амуниция для изучения пещер – легкий комбинезон и резиновые сапоги. И, конечно же, каска. Чем дальше от входа, тем теплее. Если снаружи и у входа – уверенный минус, то в самой пещере около +7С.

Ориентиром для передвижения служит телефонный кабель, протянутый вдоль стены к лагерю.

– Видите коричневую полосу? – инструктор Андрей ЧУРКИН, спелеолог с 21-летним стажем, показывает рукой куда-то под потолок. – Это уровень подъема воды. Летом тут все затоплено.

Фигурные снежинки, напоминающие творение талантливого ювелира, осыпаются от малейших прикосновений. Они, как и сталактиты, сталагмиты и сталагнаты, которыми щедро украшена пещера, исчезнут во время весеннего паводка и восстановятся на будущий год. Находим еще один ход, ведущий на поверхность, но сейчас он непроходим, завален снегом и породой. Доходим до сифона – тоннеля, целиком заполненного водой. Кстати, карстовые воды вполне питьевые, но особенность такой воды – больше количество кальция. Людям с камнями в почках не подойдет.

Стать пещерным жителем

Хотя пещера перестает давить физически, она продолжает давить морально. Страх замкнутого пространства приходится перебарывать большим усилием воли, он инстинктивно гонит наверх, на свежий воздух. А спелеологи научились мириться и с темнотой, и с тишиной. Некоторые умудряются жить в добровольном заточении месяцами, а итальянец Маурицио Монталбини поставил рекорд, проведя в пещере целый год! В пещере даже курить можно – это не шахта, взрыва метана ждать не приходится.

– Я максимум 4 дня подряд жил, немного, – вспоминает Андрей Чуркин, инструктор по спасению в пещерах, представ итель Союза спелеологов России (г. Москва). – Пещера Верёвкина на плато Арабика в Абхазии, самая глубокая в мире – 2212 м. Там расстояния такие, что от лагеря до лагеря идешь 13 часов. А ведь еще нужно выполнить запланированные работы. На это и ушло 4 дня. Когда долго находишься в пещере, тем более в одиночестве, могут начаться галлюцинации, слышатся голоса. Течет подземная река – а ты слышишь чей-то громкий разговор.

Человек как лампочка

Холод и темнота – главные особенности пещеры – несут смертельную опасность для человека. Так почему бы не развести внутри костер? И тепло, и еду приготовить можно, и света много. Но вердикт спелеологов однозначный – разведение костров в пещерах категорически запрещено. Хотя пещера имеет тягу, во многих местах тяга плохая. При разведении костра может произойти сильное задымление. В декабре прошлого года в Сокских штольнях (Самарская область) во время ночевки туристов произошел пожар, 9 человек едва не погибли, их эвакуировали спасатели. А в 1999 году там же в результате разведения костра произошла трагедия с гибелью семи человек.

А вот газовые горелки использовать можно – это удобнее и эффективнее, чем сухое горючее, которое придется тащить килограммами, или ЛВЖ, которое может пролиться и испортить снаряжение и продукты. Для обогрева спасатели используют спасательное одеяло – тонкую пленку, покрытую металлизированным отражающим материалом. Укутываешься такой «фольгой» с головы до ног, зажигаешь внутри свечу – и ты «в домике»!

В свое время у спелеологов были очень популярны карбидные лампы, они согревали, давали хороший свет. При этом отработка, которая образуется в процессе реакции карбида с водой, попадала в водоток. Эта отработка, содержащая ядовитые вещества, не вымывается и наносит вред экосистеме пещеры. Поэтому сейчас от карбидных ламп спелеологи отказались практически полностью и работают на хорошем электросвете.

– Человек – как лампочка, вырабатывает 100 Вт тепла в час. 10 человек – киловатт. Прибавьте к этому тепло, которое вырабатывает горелка. Поэтому присутствие человека влияет на микроклимат пещеры, ­– считает Андрей Чуркин. ­– Происходит повышение температуры, что ведет к расширениям в породе, появлению микротрещин, вероятности отслаивания пород. Но без людей пещера очень быстро восстанавливается и приходит в первозданное состояние.

«Шкурный» вопрос

В пещере группа спасателей проходит дистанцию по поиску пострадавшего, его иммобилизации, организации теплого лагеря, проводит крайне трудоемкие инженерные работы по расширению лаза, в котором застревают носилки. Больше всего времени занимают инженерные работы по разрушению скального монолита. Расширение лаза ведется механическим способом – шанцевым инструментом. Последние 15 метров перед выходом – настоящий «шкурник», через который едва пролезает человек, не то, что носилки с пострадавшим. На то, чтобы расширить выход из пещеры, ушло порядка трех часов. Инструктор высоко оценил уровень подготовки наших спасателей: «Ребята работали хорошо, спокойно, я уже почти не вмешивался в процесс, помогал только в ключевых точках».

Когда неподготовленный человек оказывается в пещере, неважно, травмирован он или нет, он мерзнет и теряет силы. Температура в пещере всегда примерно +5-7 С, стопроцентная влажность. Спелеологи сравнивают пещеру с космосом, средой, не предназначенной для жизни. Чтобы человек не терял силы и выжил, нужно организовать теплую точку – здесь это палатка с пенками и обогревом из примусов. Врач постоянно находится рядом с пострадавшим, контролирует его состояние.

Удовольствие провести 5 часов в темном и сыром подземелье, будучи неподвижно привязанным к носилкам, выпала Захару МИЛЮШИНУ, спасателю службы спасения им. И.А. Поливаного. Еще бы, с такими травмами (по сценарию, у него ЗЧМТ, крашсиндром правой руки, гипотермия второй стадии, обезвоживание) особо не подвигаешься. Задача спасательной группы – правильно зафиксировать пострадавшего на носилках, стабилизировать его состояние и при помощи системы полиспаст эвакуировать из пещеры.

– Самым сложным было преодоление узких пространств и, конечно, холод. Я лежал на носилках длительное время в одном положении, поэтому время от времени замерзал. Меня отогревали горячим чаем, надели специальный теплозащитный костюм. Все это время рядом со мной находится фельдшер. Чтобы вынести меня на свежий воздух, пришлось потратить уйму времени на расчистку лаза. Он не прямолинейный, все узости находятся под изгибом. Вот почему человек, даже довольно крупный, может там протиснуться, а носилки ведь монолитные, они гнуться не могут, ­– поделился впечатлениями условный пострадавший.

Для Пинежских пещер нужна особая методика

Параллельно с работой под землей жизнь кипит и на поверхности скальника. На отвесной скале спасатели отрабатывают прогонку готовой трассы. Трасса готова, но нужно убедиться, что веревка нигде не касается рельефа, пострадавший свободно проходит по узостям. Глубина подъёма незначительная, метров 6-7. Подъем пострадавшего проводится с помощью системы полиспаст – грузоподъемного устройства, действующего по принципу лебедки. Пострадавшего нужно вытащить из вертикальной части на безопасную горизонтальную зону.

– Чтобы подготовить трассу, обычно требуется от двух до шести человек. В пещере Илюхинской в Абхазии 400 м мы обработали шестью людьми. А для транспортировки пострадавшего на этих 400 м нам уже понадобилось человек 30, – рассказывает инструктор, спелеолог из Санкт-Петербурга Евгений ВЕНСКИЙ.

На первый взгляд может показаться, что работа спасателей в пещерах и в горах примерно одинакова. Но это совсем не так, техника в корне другая по сравнению с горноспасательными работами. В горах у спасателя нет возможности переместить пострадавшего в сторону, задать другое направление. В горах веревка всегда касается рельефа, из-за чего спасатели вынуждены применять дополнительные страховочные веревки. Поэтому нет возможности использовать такой способ подъема, как противовес – это основной элемент французской спелеотехники. Данный способ можно сравнить с лифтом, когда подъем ведется за счет того, что спасатель является контргрузом, то есть противовесом пострадавшему. Это будет эффективно лишь в том случае, если нет трения рельефа, что невозможно в горах.

– Ваши пещеры очень необычные, с такой породой очень тяжело работать. Это гипсы, известняк, они очень хрупкие. Порода трещиноватая, мягкая, очень сложно найти место, куда забивать точки. Каждая найденная нами точка – единственное место, куда можно забить крепление, ни сантиметром левее или правее. Под Пинежские пещеры надо разрабатывать отдельную методику преподавания, и мы, наверное, к этому придем. Стандартный способ транспортировки пострадавшего для известняков совершенно неподходит.

Заблудился в пещере. Что делать?

Красоты ледяной подземной «архитектуры» и неизведанность подземного мира притягивают в пещеры не только спелеологов-профессионалов, но и обычных, неподготовленных туристов. Не редко желание «зайти минут на 10, только посмотреть» заканчивается проведением спасательной операции. Одиночный визит в пещеру, да еще и спонтанный, без уведомления других людей о своем маршруте, и вовсе подобен акту самоубийства. Запомнить последовательность разветвлений пещеры невозможно, потерять ориентир в таком «лабиринте», где отсутствуют специальные метки, можно за считанные минуты. Кругом темнота, холод, мобильная связь не работает, куда идти – непонятно...  Что же делать, если понимаешь, что заблудился?

Первый совет во всех подобных ситуациях прост и банален – постараться успокоиться и не паниковать. Если вы заблудились в пещере, очевидно, что у вас есть источник света. Свет в пещере – это жизнь, выйти без света невозможно. Метания в поисках выхода только усугубят ситуацию. Сейчас вся надежда на то, что вы сказали родственникам или знакомым, куда собираетесь пойти, и назвали контрольное время выхода. Тогда вас обязательно начнут искать. Оставайтесь на месте и согревайтесь подручными средствами. Во время поисков спасатели в ключевых точках оставляют источник света и средства обогрева с запиской пропавшему, что его ищут, и чтобы он оставался на месте. А вообще, неподготовленным людям без сопровождения проводников-спелеологов в пещерах делать нечего.

Итоги учебно-методического сбора в Голубино, который стартовал 15 марта, подвели в субботу, 20 марта. На мероприятии присутствовал губернатор Архангельской области Александр ЦЫБУЛЬСКИЙ. Руководитель Агентства ГПС и ГЗ Александр УВАРОВ вручил участникам сертификаты об участии в сборах, которые, надеемся, станут в Архангельской области регулярными.