Посты сквозь годы. Писатель о писателе, не без парадоксов
Предыдущий пост сквозь годы
Первый из упоминаемых ниже писателей - Леонид Леонов. Он, думаю, никаких споров и дискуссий не вызывает, да его мало кто читал, ну и там я написал, что я о нём думаю.
Второй - Захар Прилепин, он вызывает и споры, и резкое неприятие, и возможную брань, но только в связи со своей не литературной, а политической деятельностью. Меня этот аспект не интересует, как теперь модно выражаться, "от слова совсем".
А вот книгу, о которой пойдет речь, Прилепин написал очень хорошую, и точка. Переходить на личность литератора - глупое и бессмысленное занятие.
Я предупредил!
Итак
Штрихи из жизни советского писателя Леонида Леонова
24 июня 2010 года
Захар Прилепин. Леонид Леонов. ЖЗЛ
В биографиях Леонова факт его пребывания на оккупированной территории интерпретировался однозначно: в Архангельск пришли захватчики, и будущий писатель вернуться в советскую Москву. Но всё обстояло как раз наоборот: он именно что бросил столицу и спешно отправился навстречу оккупантам.
Сразу по возвращении свое муторное путешествие Леонид описал в "Северном дне" (Архангельская газетка, которую издавал его отец - Н.Т.):
"...В Котласе уже стояли "коммунистические" пароходы с некоторыми из социал-бегунов во главе. Некоторые из последних заглянули на наш пароход, подумали и решили - выгнать вон с парохода!
И нас торжественно высадили"
"Социал-бегунами" , поясним. Леонов называет большевиков...
При выезде из деревни снова, как из земли, выросла новая красноармейская застава. Эти уже совсем похожи на разбойников. Звериные оклики, зверское перемигивание, разухабистые широкие жесты...
На всем пути от Москвы до Устюга общее настроение крестьян таково - ждут, когда придут союзники и освободят наконец их от большевиков... Во всех деревнях нас засыпали вопросами: Скоро ли? Когда же!"
Белогвардейцев в статье своей Леонов называет не иначе как "народные отряды", а десант, захвативший Архангельск - исключительно "союзниками"
Такой вот советский писатель. И белогвардейцем побывал. Хотя и красноармейцем потом тоже. Но - глубоко антисоветский человек. Пришлось приспосабливаться. Эмигрировать он не хотел, считал, что никому там не нужен.
Книга очень хорошая. Прекрасно написана, читается запоем, советую. Писатель о писателе пишет - это всегда интересно
Из жизни советских комиссаров
24 июня 2016 года
Еще из книги Прилепина.
Леонова замучили фининспекторы, но выручили влиятельные друзья.
Они и свели Леонова с Григорием Моисеевичем Леплевским, занимавшим в ту пору должность председателя Малого совета народных комиссаров РСФСР. Леплевский назначил Леонову аудиенцию у себя дома.
"Я назавтра пришел, - рассказывал много позже Леонов. - Громадная квартира. Горничная в наколке. Провела в большую спальню. Необъятная кровать с ореховым балдахином. И лежит маленький еврей с бородкой, накрывшись одеялом. И под одеялом возит руками.
- Я литератор Леонов.
- Да, мне звонили. Идите спокойно домой"
Кучеряво жили сотрудники малого Совнаркома... Сразу видно рабоче-крестьянскую власть.
Леплевского этого, кстати, в 1939 году расстреляли, он уже был замом прокурора Вышинского
Прилепин - хомячкам
26 июня 2016 года
Захар Прилепин. Леонид Леонов. ЖЗЛ
Восприятие судьбы писателя исключительно через политическую призму кажется нам вопиюще абсурдным и даже стыдным. Выстроена некая оптика, где грех (грех ли?) принятия власти (именно советской власти) является фактором, определяющим отношение к писателю; причем зачастую - фактором вообще единственным.
Вот так мы, значит, воспринимаем немыслимо разнообразный божественный мир. Ты получал советские ордена и был признан и издаваем - выходит, ты безусловно грешен, и, значит, изыди из литературы! Освободи место для узников совести и невольников чести.
Хорошо сформулировано. Всякие хомячки только и интересуются, и обсуждают, как писатель N относился к советской власти. А ведь это совсем не важно с точки зрения литературы
Прилепин/Леонов
28 июня 2016 года
Дочитал книгу Захара Прилепина про Леонида Леонова в серии ЖЗЛ. Несколько соображений.
Прилепин убедил меня в том, что Леонов - хороший писатель, но читать его мне по-прежнему не хочется. Жаль тратить время.
Читал я только пьесы Леонова, было это давно, в студенческие времена, очень понравилась "Золотая карета", она нисколько не устарела, мне кажется, можно и нужно ставить, только для финала выбрать первый вариант, более жизненный и мрачный.
Полагаю, что на этом знакомство с данным писателем можно и завершить.
Что мне показалось любопытным - это удивительный демократизм и я бы даже сказал плюрализм в сталинскую эпоху. Тот же Леонов, допустим: отмечен высочайшим вниманием, орден, премию получил; однако это не мешает нещадно его критиковать, прорабатывать, публиковать про него статьи, больше похожие на доносы. А Верховный правитель помалкивает, не вмешивается в дискуссию (до поры до времени).
В результате никто не чувствует себя неуязвимым, зато если Вождь вдруг приходит на выручку и изрекает какие-нибудь слова или просто распоряжается дать орден/премию, то испытывают горячую благодарность. Так было с Твардовским. Так было с Л. Леоновым. Да и с Булгаковым, и с Пастернаком...
По-моему, это тоже определяло линию поведения Сталина по отношению к писателям. Он безусловно разбирался в литературе. И ему нужны были хорошие прозаики и поэты. И он вел с ними игру, как кошка с мышкой, ради того, чтобы они служили режиму. И, как правило, добивался своего.
Последующие наши руководители книжек не читали, в литературе ничего не понимали, и в этом были свои плюсы
Первый из упоминаемых ниже писателей - Леонид Леонов. Он, думаю, никаких споров и дискуссий не вызывает, да его мало кто читал, ну и там я написал, что я о нём думаю.
Второй - Захар Прилепин, он вызывает и споры, и резкое неприятие, и возможную брань, но только в связи со своей не литературной, а политической деятельностью. Меня этот аспект не интересует, как теперь модно выражаться, "от слова совсем".
А вот книгу, о которой пойдет речь, Прилепин написал очень хорошую, и точка. Переходить на личность литератора - глупое и бессмысленное занятие.
Я предупредил!
Итак
Штрихи из жизни советского писателя Леонида Леонова
24 июня 2010 года
Захар Прилепин. Леонид Леонов. ЖЗЛ
В биографиях Леонова факт его пребывания на оккупированной территории интерпретировался однозначно: в Архангельск пришли захватчики, и будущий писатель вернуться в советскую Москву. Но всё обстояло как раз наоборот: он именно что бросил столицу и спешно отправился навстречу оккупантам.
Сразу по возвращении свое муторное путешествие Леонид описал в "Северном дне" (Архангельская газетка, которую издавал его отец - Н.Т.):
"...В Котласе уже стояли "коммунистические" пароходы с некоторыми из социал-бегунов во главе. Некоторые из последних заглянули на наш пароход, подумали и решили - выгнать вон с парохода!
И нас торжественно высадили"
"Социал-бегунами" , поясним. Леонов называет большевиков...
При выезде из деревни снова, как из земли, выросла новая красноармейская застава. Эти уже совсем похожи на разбойников. Звериные оклики, зверское перемигивание, разухабистые широкие жесты...
На всем пути от Москвы до Устюга общее настроение крестьян таково - ждут, когда придут союзники и освободят наконец их от большевиков... Во всех деревнях нас засыпали вопросами: Скоро ли? Когда же!"
Белогвардейцев в статье своей Леонов называет не иначе как "народные отряды", а десант, захвативший Архангельск - исключительно "союзниками"
Такой вот советский писатель. И белогвардейцем побывал. Хотя и красноармейцем потом тоже. Но - глубоко антисоветский человек. Пришлось приспосабливаться. Эмигрировать он не хотел, считал, что никому там не нужен.
Книга очень хорошая. Прекрасно написана, читается запоем, советую. Писатель о писателе пишет - это всегда интересно
Из жизни советских комиссаров
24 июня 2016 года
Еще из книги Прилепина.
Леонова замучили фининспекторы, но выручили влиятельные друзья.
Они и свели Леонова с Григорием Моисеевичем Леплевским, занимавшим в ту пору должность председателя Малого совета народных комиссаров РСФСР. Леплевский назначил Леонову аудиенцию у себя дома.
"Я назавтра пришел, - рассказывал много позже Леонов. - Громадная квартира. Горничная в наколке. Провела в большую спальню. Необъятная кровать с ореховым балдахином. И лежит маленький еврей с бородкой, накрывшись одеялом. И под одеялом возит руками.
- Я литератор Леонов.
- Да, мне звонили. Идите спокойно домой"
Кучеряво жили сотрудники малого Совнаркома... Сразу видно рабоче-крестьянскую власть.
Леплевского этого, кстати, в 1939 году расстреляли, он уже был замом прокурора Вышинского
Прилепин - хомячкам
26 июня 2016 года
Захар Прилепин. Леонид Леонов. ЖЗЛ
Восприятие судьбы писателя исключительно через политическую призму кажется нам вопиюще абсурдным и даже стыдным. Выстроена некая оптика, где грех (грех ли?) принятия власти (именно советской власти) является фактором, определяющим отношение к писателю; причем зачастую - фактором вообще единственным.
Вот так мы, значит, воспринимаем немыслимо разнообразный божественный мир. Ты получал советские ордена и был признан и издаваем - выходит, ты безусловно грешен, и, значит, изыди из литературы! Освободи место для узников совести и невольников чести.
Хорошо сформулировано. Всякие хомячки только и интересуются, и обсуждают, как писатель N относился к советской власти. А ведь это совсем не важно с точки зрения литературы
Прилепин/Леонов
28 июня 2016 года
Дочитал книгу Захара Прилепина про Леонида Леонова в серии ЖЗЛ. Несколько соображений.
Прилепин убедил меня в том, что Леонов - хороший писатель, но читать его мне по-прежнему не хочется. Жаль тратить время.
Читал я только пьесы Леонова, было это давно, в студенческие времена, очень понравилась "Золотая карета", она нисколько не устарела, мне кажется, можно и нужно ставить, только для финала выбрать первый вариант, более жизненный и мрачный.
Полагаю, что на этом знакомство с данным писателем можно и завершить.
Что мне показалось любопытным - это удивительный демократизм и я бы даже сказал плюрализм в сталинскую эпоху. Тот же Леонов, допустим: отмечен высочайшим вниманием, орден, премию получил; однако это не мешает нещадно его критиковать, прорабатывать, публиковать про него статьи, больше похожие на доносы. А Верховный правитель помалкивает, не вмешивается в дискуссию (до поры до времени).
В результате никто не чувствует себя неуязвимым, зато если Вождь вдруг приходит на выручку и изрекает какие-нибудь слова или просто распоряжается дать орден/премию, то испытывают горячую благодарность. Так было с Твардовским. Так было с Л. Леоновым. Да и с Булгаковым, и с Пастернаком...
По-моему, это тоже определяло линию поведения Сталина по отношению к писателям. Он безусловно разбирался в литературе. И ему нужны были хорошие прозаики и поэты. И он вел с ними игру, как кошка с мышкой, ради того, чтобы они служили режиму. И, как правило, добивался своего.
Последующие наши руководители книжек не читали, в литературе ничего не понимали, и в этом были свои плюсы