Три года после пожара в Успенской церкви в Кондопоге: что стало с мальчиком-поджигателем и началась ли реставрация?
10 августа исполнилось ровно три года после пожара в Успенской церкви. Тем летним утром 2018 года уникальная деревянная церковь XVIII века вспыхнула, словно свеча: позже выяснилось, что православный храм поджег 15-летний подросток, который «хотел прославиться на весь мир». Что с ним стало и началась ли реставрация церкви, деньги на которую собирали всем миром?
Начало реставрации Успенской церкви запланировано на 2021 год, рассказали нашему изданию в карельском Управлении по охране объектов культурного наследия. Сейчас здание — точнее то, что от него осталось — находится внутри консервационной конструкции.
— Состояние здание не изменилось [с момента пожара], — рассказала начальница Управления Юлия Алипова. — У нас есть письмо от министерства культуры России о том, что они запросили соответствующие средства на начало восстановительных работ. Проектная документация в полном объеме к нам пришла, буквально месяц назад. Там же и рабочая документация, сметы.
Проектная документация разрабатывалась за счет средств федерального бюджета в рамках «Программы развития культуры и туризма», говорит Алипова. Всего на реставрацию Успенской церкви уйдет около 180 миллионов рублей, добавляет она. При этом сумма пожертвований, которую удалось собрать в первые месяцы после поджога — около девяти миллионов рублей — не потрачена. Деньги по-прежнему находятся в фонде «Северный духовный путь», уточняют в Управлении. Куда пойдут эти средства, чиновники еще не решили.
— Мы предполагали, что нам могут потребоваться деньги на несколько направлений работы, — продолжает Алипова. — Во-первых, это или будет начало заготовки материала для подстраховки каркаса. Либо это будут работы по восстановлению утраченных иконостасов, потому что сами иконы [восстановление] в проект [реставрации] не вошли, и мы проговаривали [работы] с несколькими мастерскими. Либо эти благотворительные деньги могут пойти на мероприятия по благоустройству территории.
Тем временем подростку, который поджег церковь, уже исполнилось 18 лет. Три года назад бабушка Ивана (имя изменено) рассказывала, что в то роковое утро подросток как обычно позавтракал, попросил завернуть конфет в кулек для своего друга и направился к нему в гости.
Мальчик планировал поджог: заранее припас канистру с бензином, пришел с ней к церкви, облил здание со стороны озера и поджег. Когда древесина вспыхнула, юный злоумышленник испугался и решил не возвращаться к бабушке — по ее словам, он пошел пешком в Петрозаводск. На пути в столицу республики его и задержали.
— Мы были с ним в одной компании, там нас много человек, — рассказывала тогда Daily 14-летняя подруга Ивана. — Часто подходил ко мне, спрашивал, вступлю ли я в его секту. Он сказал, что набирает в нее людей, но чтобы стать ее участником, нужно выпить человеческую кровь. Чтобы показать, что это несложно, он выпил мою кровь, смешанную с водой. Я сама сделала надрез на руке ради интереса. Ну я-то не глупая, я никуда не вступала. Не знаю, почему он так хотел, чтобы я это сделала: может, из-за того что я панк-рок слушаю и эмо-трэп... Я его побаивалась, если честно. Накануне поджога мы все вместе катались на лодке, был очень красивый закат, церковь на его фоне... Я восхитилась видом, он сказал: «Завтра этой церкви не будет». Я переспросила: «Почему?». Он ответил: «Узнаешь». Ну, на следующий день и узнала.
О судьбе парня мы спросили Уполномоченного по правам ребенка в Карелии Геннадия Сараева. Омбудсмен рассказал, что юноша по-прежнему находится на лечении. Психолого-психиатрическая экспертиза, проведенная после трагедии, пришла к выводу, что подросток совершил поджог в силу психического расстройства в состоянии невменяемости.
Летом 2019 года суд освободил несовершеннолетнего от уголовной ответственности за совершение общественно опасного деяния по статье «Умышленное уничтожение чужого имущества, совершенное путем поджога». Подростка отправили на принудительное лечение в психиатрический стационар.
— Он продолжает находиться на лечении — минимум, еще полгода до следующего суда, — сказал Сараев. — Именно суд определяет, продолжить лечение или другую меру [пресечения] признать. На момент попадания в это учреждение, он уже окончил девять классов школы. В последний год он не смог получать образование, поскольку в пандемию у нас не было обучения — дистанционное обучение в этом учреждении организовать крайне сложно. Я бы сказал, практически невозможно.
Сразу после поджога выяснилось, что через два года Успенскую церковь ждала плановая реставрация: она планировалась в 2020 году в рамках федеральной целевой программы «Культура России». После подготовки к ней осталось много документации, церковь была зарисована побревенно, рассказывали тогда в Управлении по охране культурного наследия. Правда, тогда же выяснилось, что здание храма не было застраховано: выплаты на восстановление не хватило бы, но итоговая сумма реставрации была бы приблизительно на 500 тысяч рублей меньше.