15-летний альпинист Никита Шулепов: «Горы показывают, что без труда ничего не достигнешь, но надо идти и не сдаваться»

Сыктывкарец Никита Шулепов с пяти лет занимается туризмом. В июле он поднялся на самую высокую вершину в России и в Европе — Эльбрус, а до этого покорил Казбек. Юноша рассказал БНК, почему для него важно забираться на вершины, чем опасно такое хобби и что входит в подготовку к восхождению, а еще кого бы он взял с собой в это трудное путешествие.

— Как альпинизм появился в твоей жизни?

— Мой папа — фанат гор, он с 14-15 лет водил туристические группы в походы на Урал. Когда мне исполнилось пять, он начал и меня брать с собой. Папа готовил меня к жизни в горах, например, учил разводить костер и правильно пользоваться туристическими палками: их нужно при спуске удлинять, а при подъеме — укорачивать.

— Мама не боялась, ведь тебе было так мало лет?

— Она очень верит папе, так как он опытный альпинист, а в прошлом еще и работал в МЧС. Мама прекрасно знает, что с ним я явно никуда не денусь. Кроме того, она сама любит ходить в походы, только очень злится на папу, если он собирается залезть на какую-нибудь высокую гору в 7-8 тысяч километров. Это очень опасно, а у нас в семье, кроме меня, еще есть младшие сестра и брат.

— Им тоже родители прививают любовь к горам?

—- Сестра у меня не любит ни спорт, ни школу, она больше творческая личность, очень много рисует. А младший брат — ему пять — пока в садик еще ходит, но его уже брали на Алтай, года два назад, то есть в три он поднимался на высоту в районе полутора километров.

— Первой твоей покоренной горой оказался пятитысячник Казбек. Расскажи, как прошел подъем?

— Мои родители давно хотели съездить в Грузию и покорить там эту гору и предложили мне тоже попробовать забраться. Перед этим мы путешествовали по стране, смотрели достопримечательности, родителям интересна была также грузинская кухня.

Само «покорение» Казбека заняло дней пять, так как нужно было пройти акклиматизацию, чтобы привыкнуть к нагрузке. Для этого ты, например, сначала поднимаешься на три километра, спускаешься, а на следующий день увеличиваешь расстояние примерно на 500 метров, и так далее. Такую акклиматизацию важно проходить каждый раз при подъеме на какую-нибудь вершину.

— Тяжело дался тот подъем, было страшно?

— Было, конечно, но в жизни надо попробовать все. Я внушил себе, что у меня очень опытный гид, что рядом будут мои родственники, которые поддержат. Да, подъем на гору был выматывающим: мы 14 часов шли до вершины и обратно. Но мне нравилось осознавать, что я могу это сделать. Когда я оказался на вершине, меня на несколько минут охватила радость! А еще с горы открываются очень красивые виды. Но потом наступило желание поскорей спуститься. Мне хотелось полежать на кровати, снять ботинки, так как ноги из-за долгого похода устают, сильно потеют и отекают.

— Без физической подготовки сложно. Как поддерживаешь форму?

— Летом я отдыхаю, а обычно 2-3 раза в неделю хожу на кроссфит. Кроме того, два месяца назад начал посещать зал для армрестлинга: я все время хотел выиграть нашего учителя ОБЖ, и он меня позвал с ним позаниматься. Мне до него еще очень далеко: он победил прошлогоднего чемпиона Коми. Еще я бегаю для себя, если есть свободное время.

— Расскажи теперь про Эльбрус.

— Мне было сложнее, так как Эльбрус выше Казбека на 600 метров. Чем больше высота горы, тем меньше в воздухе кислорода и тяжелее дышать. Папа говорит, что после пяти тысяч метров преодоление каждой сотни вообще можно считать достижением.

— Как вы готовились к подъему?

— До «штурма» вершины, как я уже говорил, мы прошли акклиматизацию и тренировались вязать узлы. Мы с папой и мамой шли одной в связке. Это помогло на узкой тропе «Косая полка», где можно упасть и провалиться в трещины ледника. Страховка, конечно, увеличивала вес оборудования, но она необходима для безопасности. Кроме того, отец показывал, как пользоваться кошками. Это специальные насадки для ботинок, на них есть несколько острых шипов, которые «впиваются» в снег и не дают соскользнуть.

— Интересно про экипировку и что брали с собой в походный рюкзак.

— Нам повезло с погодой, так что я был в термобелье, флисовой кофте, пуховике и утепленных штанах. С собой взяли теплую одежду и снаряжение: тех же кошек, страховочную систему и ледоруб. Еще в горы обязательно нужно брать маску, закрывающую лицо, или солнечные очки, так как снег отражает очень много солнечного света и ты за пару минут можешь ослепнуть.

— Не холодно переодеваться прямо в горах, на снегу?

— Нет, так как все занимает несколько минут. Это скорее неудобно: воздух разряжен, тебе становится лень все делать, и лишние телодвижения очень выматывают.

— Как и чем подкрепляли силы на высоте?

— Из продуктов был чай в термосе и сладкие батончики, чтобы организм мог быстро восполнить силы, а также энергетический гель — им часто пользуются воркаутеры и пауэрлифтеры (хотя на вкус это и гадость редкостная). Кстати, на высоте практически не хочется есть, так что приходится себя заставлять.

— Сколько по времени занял подъем на Эльбрус?

— Около девяти часов: мы вышли в 03:00, на вершине оказались уже к 07:00 и спустились обратно к 11:00-12:00. Само движение строилось по системе: 45-50 минут идешь и 10 минут отдыхаешь.

— Почему вышли ночью, ничего же не видно?

— Тогда погода была хорошая и небо безоблачное. Путь освещали фонарики, причем с нашей группой, состоящей из 13 человек, поднималось еще около сотни, они своим светооборудованием подсвечивали дальнейшую дорогу. Кроме того, на вершине важно оказаться до обеда, так как после в горах очень быстро портится погода и можно потеряться в пурге.

— Что еще, по твоему опыту, нельзя предугадать в таком походе? Какие опасности могут поджидать альпиниста?

— Нужно быть готовым ко всему. Например, в прогнозе расскажут об идеальной погоде, а потом во время пути начнется настолько сильная пурга, что ты дальше вытянутой руки ничего не увидишь. Конечно, изменение погоды можно заметить заранее: перед метелью появляется сильный ветер и начинает падать снег; тогда все обязаны вернуться, если они в здравом уме. Еще у кого-нибудь может сломаться снаряжение.

Всегда есть шанс срыва: кто-то запнется, кошками зацепится за штанину и все — полетит вниз. На том же Казбеке бывают камнепады, а с Эльбруса сходят лавины.

Опасна и горная болезнь, появляющаяся из-за разряженного воздуха на высоте. Симптомы: головокружение, галлюцинации, нарушение моторики, из-за которой спотыкаешься и падаешь, потеря сознания, отек легких или мозга. Некоторых начинает сильно тошнить, так, одну девушку практически на вершине Эльбруса рвало, отвратительное зрелище, если честно. Причем если тебя тошнит едой, то ладно, а если кровью, — тревожный сигнал и обязательно надо спускаться.

— На Эльбрусе, по-твоему, какой был самый опасный момент?

— Вообще это очень простая гора для восхождения, необязательно обладать какими-то специальными альпинистскими навыками. Нужна только выносливость и самоотверженность, что ты будешь идти вверх, даже если будет фигово. Самым опасным оказалось прохождение по «Косой полке»: тропа узкая, слева — резкий спуск, справа — крутой подъем. И ты идешь по ней часа два, все это время должен быть сконцентрирован, необходимо следить за ногами, чтобы не запнуться и не зацепиться кошками.

— Какие тогда были мысли, не боялся за свою жизнь?

— Если смотришь вниз, ты начинаешь думать о падении, так что мы просто шли, у нас играла музыка. Вообще, это нежелательно, так как можешь не услышать команды гида или вовремя не среагируешь при срыве. Но музыка хорошо отвлекала и поднимала боевой дух.

— Под какие композиции поднимался?

— Под песни Высоцкого про горы, Цой тоже иногда был в плейлисте и даже Майкл Джексон.

— Раз мы вспомнили Высоцкого: какого человека ты готов взять с собой в горы, а с кем никогда бы не пошел?

— Нельзя брать тех, кто все делает один, они могут подвергнуть опасности как себя, так и всю команду. Если ты всю жизнь хочешь быть каким-нибудь супер-пупер крутым боссом, в горах тебе не место. Там все строится на взаимопонимании: нужно подстраиваться под темп группы, слушать гида. Я взял бы самоотверженного и уверенного в себе человека. Немаловажно дружелюбие и умение поддержать в трудную минуту.

— Почему тебя не отталкивают все эти опасности?

— Хоть они меня страшат, я понимаю, что без труда не получится чего-то достигнуть. На вершине я чувствую себя крутым, могу сказать, что я самый молодой подросток в Коми, покоривший Эльбрус. Кроме того, мой пример может помочь другим детям, я как бы «наставляю» их не сдаваться ни в коем случае и идти вперед.

А еще, когда ты взбираешься в гору, то забываешь о рутине, ты идешь и просто наслаждаешься природой, ощущаешь, насколько этот момент ценен для тебя. И тебе все равно, что это опасно.

— Самое удивительное, что увидел в этом походе?

— Я был восхищен, когда шел по «Косой полке» и заметил тень от Эльбруса. Это было, наверное, одно из самых красивых природных явлений за всю мою жизнь. В городе ты идешь и видишь свою тень, она такая маленькая, а от Эльбруса падало большущее треугольное темное пятно на половину гор, это было удивительно и захватывающе.

— В будущем какие планируешь покорять вершины?

— Эльбрус была моя самая желанная вершина, а выше мне до 18 лет вообще нежелательно подниматься из-за побочных проблем. Дело в том, что когда организм молодой, человеку сложнее забираться на высокие горы. У меня, например, после гор стала часто идти кровь из носа, хотя это на некоторое время. Когда-то читал, что 13-летний подросток из США забрался на Эверест, и этим, я предположу, он сократил себе жизнь на несколько лет, так как после восьми километров над уровнем моря идет мертвая зона, в которой организм понемногу умирает. В 35-40 лет у тебя уже замедляется метаболизм, и тогда можешь идти вразвалочку. Мне это хобби очень интересно, но я им не живу, поэтому насчет будущего пока не знаю.

БНК