ХОТИТЕ ТАЙН ЖКХ? ПЛАТЁЖКИ РАСТУТ, ПОТОМУ ЧТО "ЛЮДЕЙ ДУРЯТ НА ОБЪЁМАХ"

Между тем "ковидные льготы" с января действовать перестали, неплательщикам теперь не на что рассчитывать – их ждут серьёзные неприятности, могут и из жилья выселить. Почему продолжают повышаться тарифы и что вообще происходит в этой сфере? Этот и многие другие вопросы в студии "Первого русского" ведущая Елена Афонина обсудила с председателем комиссии по ЖКХ, строительству и дорогам Общественной палаты РФ Светланой Разворотневой и председателем комитета Торгово-промышленной палаты РФ по предпринимательству в сфере ЖКХ Андреем Широковым.

Елена Афонина – За ковидный год мы немного расслабились. Был ряд послаблений, который позволял людям не волноваться о том, что, по крайней мере, пени за просроченные платежи им будут начислять. Это было одно из послаблений. Были и другие, которые отменены, как я понимаю, с 1 января наступившего года.

Светлана Разворотнева – Откровенно говоря, для людей, которые попали в сложную жизненную ситуацию, это была не очень эффективная мера поддержки. Людям, которые лишились работы и остались без денег, стоило бы предоставить субсидии на оплату ЖКХ, если платёж превышает определённую часть доходов всей семьи. Мораторий же на начисление пеней только расслабил тех, кто и мог бы оплатить выставленные счета, но решили не делать этого, надеясь на то, что в 2021 году все долги спишут.

Андрей Широков – В более сложной ситуации оказались промышленные предприятия, которым говорили: отключать вас не будут, пени начислять не будут, банкротить тоже не будут. А наступило 1 января и им сказали: отдавайте долги.

Все прекрасно понимают, что доходы и бизнеса, и населения сильно просели. Увеличилось число безработных до пяти миллионов человек. Известно, какую часть доходов съедают коммунальные платежи. Но есть и другая сторона – предприятия, поставляющие воду, тепло, газ, электричество. Они ведь тоже должны на что-то существовать.

Если говорить о жилом секторе, то есть о конкретных людях, проживающих в домах, то тут действительно необходимо увеличить адресную помощь. Минстрой весной 2020 года предложил уменьшить с 22 до 15% долю расходов на услуги ЖКХ в общем доходе семьи, что дало бы право большему числу людей претендовать на субсидии. Эту инициативу поддержали в Госдуме. Однако против выступило Министерство финансов. И люди по-прежнему видят в своих "жировках" суммы, которые их возмущают.

– Не только возмущают. Люди выбирают самый понятный для себя ход – они просто отказываются платить, мол, делайте со мной всё что хотите. Поэтому в ряде регионах резко выросла задолженность по ЖКХ. В Московской области уже 5,5 миллиарда рублей долгов, в Свердловской области — 5 миллиардов рублей, в Красноярском крае — 4,8 миллиарда рублей. И это по данным Федеральной службы судебных приставов. 

Замкнутый круг

А.Ш. – Ещё одна серьёзная проблема: ресурсные организации начинают банкротить ТСЖ или ЖСК, субсидиарную ответственность вешают на председателей того же ТСЖ, а им приходится потом расплачиваться собственными квартирами за тех, кто не платил за жилищно-коммунальные услуги. Самим управляющим организациям по долгам нечем отвечать – у них уставные капиталы по 10 тысяч рублей. Надо задуматься над тем, что творится в нашем законодательстве.

Кроме того, ресурсные организации взымают оплату с собственников жилья "по трубе". Приборов учёта нет, хотя об этом уже говорилось много, есть и закон № 261, но его требования так и не выполняются. И с собственников требуют оплату по нормативу, а не по факту потребления.

С.Р. – Фактически дурят людей на объёмах. К примеру, на объёмах потребляемого тепла берут оплату по нормативу, а они такие, словно на улице всё время температура -34 градуса. И даже если за окном +4, начисляют так, как будто топили в сильнейший мороз.

Если вернуться к вопросу субсидирования малообеспеченных, то и тут много нерешённых вопросов. У нас почти 12% населения живёт за чертой бедности. А субсидии на ЖКХ получают от силы 7%. То есть большое число людей, которые по своему финансовому положению могли бы претендовать на эту помощь, почему-то её не получают. 

И тут сразу несколько проблем. Первое: если у претендента есть долги или он не договорился об их реструктуризации, то в субсидии будет отказано. А реструктуризация – это только добрая воля поставщика услуг. И получается замкнутый круг: у человека есть долги, он не может получить субсидию, долги продолжают расти.

https://vk.com/video-75679763_456260234

Кроме того, у кого уже были субсидии, они их продлевали. А как быть тем, кто только лишился работы? Расчёт по субсидиям, исходя из полугодовых доходов семьи, совершенно не подходил для периода пандемии: полгода назад у человека была вполне приличная работа, а теперь её нет. И он остался без доходов, а на субсидию претендовать не может.

Не платишь? Клеймо! Порочный круг...

– Мы говорим о том, что если человек не может оплатить счета за ЖКУ, то он становится преступником. А насколько обоснованны эти тарифы?

А.Ш. – Что такое тариф? Это некие затраты на единицу произведённого товара, который производит та или иная структура под названием "ресурсоснабжающая организация". Неважно какая. Тепло, вода и так далее. Кто тарифы в стране утверждает? Государство. Помнится, бывший глава ФАС Игорь Артемьев говорил о том, что у нас тарифы завышены в три раза. Правда, никто их так и не снизил.

С.Р. – Повышение тарифов – ежегодное для всех. И никто толком не разбирается – большой тариф, маленький, нужно его повышать или нет. Вот водоканалы почти все в предбанкротном состоянии. А другие благодаря тарифам и команды футбольные покупают. Сложно разобраться, насколько тариф обоснован. Самая же затратная часть платёжки у нас за тепло.

А.Ш. – Пандемия экономически никого не пощадила. Мы понимаем, что и ресурсному бизнесу не было просто. Но какая-то социальная ответственность перед населением в плане роста тарифов должна же быть. Мы в ТПП неоднократно писали письма премьер-министру Михаилу Мишустину, в которых давали глубокие экономические обоснования тому, что в этом году нельзя поднимать тарифы. Но нам отвечали – нет, иначе мы погубим РСО.

С.Р. – На самом деле это порочная практика – что с одной стороны, что с другой. Эти попытки любой ценой сдержать тарифы население не спасёт. Снизить платёж может модернизация всей довольно изношенной инфраструктуры. Мы платим и за воровство, и за потери, и за вечно текущие трубы, и за котельные, которые свой ресурс ещё в прошлом веке исчерпали.

У нас тарифы ниже, чем в Западной Европе. Но платим мы нередко больше, потому что, к примеру, отсутствуют приборы учёта. Значит, приходится платить не по факту потребления, а по некоему нормативу. Если бы государство вложилось в эту инфраструктуру так же, как в дороги и аэропорты, то мы бы довольно быстро увидели снижение платежей.

– Есть и другие проблемы. К примеру, история с "умными счётчиками". Все думали: вот теперь счётчики сами будут передавать показания. А оказалось что? Стандарт передачи данных со счётчиков не пошёл в перечень допустимых стандартов. И люди окончательно запутались: смотрят на свои "умные счётчики" и понять не могут – получилось или не получилось передать.

С.Р. – Это не проблема граждан. Конечно, некоторые в индивидуальном порядке сами поставили себе такие счётчики и снимают с них показания, сидя где-нибудь на Бали. В большинстве же случаев такие счётчики устанавливаются застройщиками при заселении либо УК в рамках каких-то контрактов.

Да, они преследовали благую цель: снимать со всего дома показания, проверять, кто помимо счётчика получает электричество, есть ли несанкционированное подключение. Это отличная идея, и хорошо, что у неё нашлись инвесторы. Но Минцифры своим приказом изменило правила игры, да ещё задним числом. Как теперь будут устанавливать эти счётчики? Ведь люди надеялись, что это будут делать за счёт энергосбытовых компаний, а оказалось иначе? В общем, грустная у нас история с этими "умными счётчиками".