«Хочешь — пиво, хочешь — закуски, хочешь — проституток». Как русский музыкант попал в Китай, почему решил остаться и сколько смог заработать

Год Змеи, наступление которого все праздновали в ночь на 1 января, на самом деле начался только сейчас — 29 января. Когда празднуют китайский Новый год, как его отмечают в Поднебесной и как на этом можно подзаработать, «Мосленте» рассказал воронежский музыкант Петр Нестеров, который семь лет прожил в Китае, организовал там гостевой дом и выступал с местной группой. Ниже — его монолог. Про путешествие по Юго-Восточной Азии В Китай я впервые попал не по небу, а по земле, въехав в страну с юго-западной стороны. Так я возвращался домой из Индии через Таиланд, Камбоджу и Лаос, где оформил в посольстве двухмесячную китайскую визу. Сначала думал пересечь Китай транзитом, ехать в Хабаровск или другой русский город. Планировал занять на это денег у друзей. У всех, у кого можно было, я к этому моменту уже назанимал. У одного — сто долларов, у другого — примерно столько же. Там на эти деньги долго можно было жить. Тратил около десяти долларов в неделю, по большей части на сигареты. В планах было доехать автостопом до Владивостока, на занятые деньги дешево купить там японский микроавтобус, перегнать его в Москву и здесь дорого продать. Но никакой микроавтобус я так и не купил, потому что когда попал в Китай, мне там так понравилось, что я задержался в стране на семь лет. Понятных планов на жизнь у меня тогда не было, и я мог себе такой маневр позволить. Про первые впечатления от Китая До этого, в Индии, Таиланде и Лаосе, в курортных зонах меня оставляли у себя жить и кормили хозяева кафе. Я пел и играл перед их компаниями и посетителями, но денег никаких за это не получал. А в Китае у меня появился заработок — мне сразу стали за выступления платить. Произошло это совершенно для меня неожиданно. В Китай я «ввалился» в конце лета — в августе. Мне было 30, я был босой, за спиной — маленький сноубордический рюкзачок с ноутбуком, на котором я писал музыку. Как только я заехал в Китай, все изменилось. Из Юго-Восточной Азии, где во всех странах есть что-то общее, ты попадаешь в другой мир. Это сразу чувствуется. Стиль одежды, прически меняются очень сильно — дух социализма и коммунизма над Китаем все еще витает. Когда я десять лет назад жил в Китае, там, например, были популярны мужские прически «площадки», которые у нас были модными в 1990-х. И вот, поднимаясь автостопом вдоль Меконга, в котором регулярно купаюсь, я заезжаю в Китай. Вокруг — тропические леса, где водятся слоны и крокодилы. Пальмы, бананы — самый юг провинции Юньнань. А если севернее проехать, за Куньмином начинается уже Тибет с пиками-семитысячниками. В ближайшем крупном городе я снимаю койку в хостеле. А он — при студенческой общаге. Идут студенты, меня — под ручки и — в какой-то уличный барчик, тусоваться. «О, иностранец!» — вот эта вся история. Про первый китайский гонорар И вот я сижу с ребятами, пивко пью. А они это так смешно делают: берут сразу много бутылок, все сразу открывают, берут стопки, разливают все по ним. Чокаются, пьют, еще сразу наливают и так пьют непрерывно. Убираются в хлам, естественно. При этом любят петь хором, так что у них очень распространены караоке. Но выглядят они там для нас непривычно. Глядя со стороны на здание, думаешь, что сейчас в клуб войдешь, там все танцуют. А вот и нет, все там внутри разбито на комнатки с кожаными диванами, столом, экраном и микрофонами. Так что каждая тусовка размещается в отдельной комнатке. Туда тебе организуют все, что угодно: хочешь — пиво, хочешь — закуски, хочешь — крепкого, хочешь — проституток. Там такие заведения называются KTV. Местные считают, что это лучший формат времяпрепровождения. Когда компания собирается, обычно варианты даже не обсуждаются: «Что, в KTV?» — «Давай!» У нас такого нет. У нас чаще караоке — это общие залы, где все поют по очереди. А у них каждая компания запирается в своей комнатке. Неоновый свет, и еще микрофон так вкусно настроен был, с эффектом. А я же с гитарой всю жизнь, и давай им исполнять все подряд лиричное: Земфиру, «Вальс-бостон» Розенбаума, «Есть только миг между прошлым и будущим»... Поимпровизировал в своем стиле. Программа у меня еще в электричках отыграна, это всем заходит. И потом к нам подошел какой-то толстяк. Сел с нами, со мной познакомился. Он уходит, а человек из нашей компании, который знает английский, говорит: «Это хозяин нашего бара. Он сказал, приходи завтра, так же споешь, он тебе денег даст». Я думаю: «Что? Правда что ли»? До этого за пару лет моего путешествия чтобы кто-нибудь такое предложил? И я решил подзадержаться, деньжат заработать. Поначалу это были копейки, на наши деньги — пару тысяч рублей за вечер. Но я быстро познакомился с китайскими музыкантами, съездил с ними на конкурс, попал на ТВ, и мои гонорары подросли. А потом я сделал с китайцами свой проект, который привез в Россию, и остался здесь. Но это уже другая история. В Китае у меня теперь полно друзей, мы регулярно созваниваемся и списываемся. Прекрасная страна, прекрасные люди, очень на нас похожи. Зову их сюда, но пока в гости заезжала только одна китаянка. Проехала со мной по паре фестивалей, съездила автостопом в Крым и вернулась в свой кинематографический университет в Германии. Значит, я должен ехать в Китай. Не первый год планирую, все никак не соберусь. Про новолуние и традиции празднования Нового года Китайский новый год всегда происходит в новолуние. Их календарь с древности и до сих пор привязан к луне, так что дата эта плавающая, приходится обычно на конец января — начало февраля. Там устраивают фейерверки в эту ночь, но у них с этим праздником не связан недельный запой. У них нет ожидания полуночи, нет этого момента, как у нас: «Три, два, один, — пуск!» Просто все собираются за одним столом на ужин со своими близкими. На следующий день они идут гулять с друзьями, как у нас на свадьбе. К третьему дню праздничная активность затухает — такого значения, как у нас, в Китае этому празднику не придают. Нет такой феерии и ощущения, что надо собраться большой компанией и дружно напиться. Про заработок уличного музыканта Именно из-за этой традиции я в Китае так ни разу и не встретил Новый год с друзьями — все они каждый раз разъезжались по домам. Все эти тусовщики, фестивальщики и фрики так же, как и обычные благопристойные китайцы, уезжали на эти дни к отцам-матерям. А поскольку я — музыкант и зарабатывал игрой на улицах, этот второй день Нового года был для меня самым хлебным. Играл я когда на топшуре — «один палка, два струна», когда на гуслях, а когда и на гитаре. Пел русские песни. Приносил комбики, микрофоны, и всегда со мной выступали перкуссионист и флейтист, мои русские и иностранные друзья. Бывало, на баяне подыгрывал худой веселый англичанин Джоб, которого непонятно каким ветром занесло на юг Китая. Мы такое выдавали — ох, где мои 30 лет! И вот в трехстах километрах от Кунмина, в городе Дали я под Новый год застолбил себе место на туристической улице Рен мин лу, что в переводе значит «народная». Это у них местный Арбат — уличные художники стоят, музыканты, и я такой. Очень красивый старый город, с живописными старинными домишечками. Находится на берегу озера Эрхай, напоминающего формой ухо — название так и переводится. Я сделал записи и продавал диски, заказывал их целыми коробками. Альбома было три: акустический, где я просто пою под топшур, мое электронное творчество, проект Ikarushka, и программа, которую я записал с китайской группой Tribal trip — электроника плюс рок и русский фолк. С ними я потом выступал в Парке Горького и Коломенском на масленичных гуляниях. И вот под Новый год я договорился на местном Арбате с хозяином магазина, что буду играть на маленькой площади напротив его заведения. Он даст подключить удлинитель, а мы ему денег отсыпем. В обычный вечер я играл в компании одного музыканта и девочки, которая помогала продавать диски. После того как я с ними расплачивался, долларов 200-300 у меня обычно было. Пел русские песни: «Когда молод был», «Пошла млада за водой», «Порушка-Параня». И вот на второй день китайского Нового года мне подыгрывали три музыканта, и две девочки продавали диски. За три-четыре часа нам накидали целый мешок красных купюр по 100 юаней. Это там самая крупная купюра, на наши деньги сегодня — 1300 рублей. Когда я всем своим раздал долларов по 300, я посчитал свою зарплату за вечер, и это было больше тысячи долларов. Про арендованный дом К тому моменту, попутешествовав по стране два года, я осел и жил поблизости от Дали, на высоте 2000 метров над уровнем моря. В старинном семейном доме — целом подворье, которое мне удалось арендовать у местных. Привел его в порядок, вложил в ремонт много сил и в результате устроил там такой дом для друзей, что китайские блогеры приезжали снимать о нем сюжеты. И на аренду, и на ремонт, и чтобы это все поддерживать, нужны были деньги. Я зарабатывал их музыкой. Я осуществил свою мечту - иметь домик в горах, где у меня была бы своя студия и пространство для практик. Баню два раза в неделю топил, ко мне приходило человек по 30. От усадьбы начиналась тропа, которая шла через чайные плантации к ближайшей вершине — 4000 метров. Я регулярно туда ходил сам и водил друзей — заниматься йогой и любоваться водопадами. Идиллию иногда нарушал взрыв. По дороге к вершине была древняя каменоломня. Туда регулярно приезжали местные, закладывали динамит и после взрыва старинным способом, на лошадях, увозили отколотые глыбы в ближайшую деревушку на шлифовку.