«После ковида вся ответственность на Играх с меня снимается». Призер Олимпиады Фаткулина перед Пекином-2022

Ольга Фаткулина впервые съездила на Олимпиаду еще в 2010 году, а совсем скоро отправится на свои третьи Игры в карьере. Пока у нее есть только серебро домашнего турнира в Сочи-2014, но совсем скоро в коллекцию чемпионки мира и Европы может добавиться еще медалей.

Перед началом Олимпиады в Пекине Sport24 связался с Фаткулиной, чтобы узнать, как у нее дела после ковида и что она думает о главном старте сезона.

— Вас еще с межсезонья преследуют разные болячки. Вы связывали их с неправильными мыслями. В какой момент осознали, что нужно быть осторожнее со своими мыслями, потому что они проецируются на реальную жизнь?

— Я осознала, что мысли материальны, еще в 16 лет. Неправильными бы я их не называла. Просто поняла, что нужно быть осторожнее, когда сочувствуешь людям, поскольку есть момент, при котором бессознательно прилетает то, что я переживаю, людям.

— Перед чемпионатом Европы вы рассказали, что опасаетесь заразиться ковидом, а перед стартом турнира вам пришел положительный тест. Это окончательно убедило, что нужно бояться своих мыслей?

— Это окончательно подтвердило мое убеждение в том, что сопереживать нужно просто от слова переживать, а не от сердца и головы.

— Вы признались, что столько опыта не получали за всю карьеру. Почему так сложно еще никогда не было?

— За последний олимпийский цикл я получила колоссальный опыт работы на пределе своего организма. Я взрослый и опытный спортсмен. Мое тело и психика постоянно работают в стрессовых условиях: старые травмы, мировые проблемы с коронавирусом, политические игры с допуском-недопуском, с флагом-без флага и тому подобное. Немногим выпадает столько испытаний. Хоть садись и книгу пиши (улыбается).

— Есть фраза, что спортсмену важно вовремя заболеть. Насколько согласны с этим?

— Любая болезнь для спортсмена всегда проходит не вовремя: терять в подготовке любое количество тренировочных дней тяжело как физически, так и психологически.

— Как восполнили пропуск чемпионата Европы?

— После карантина я прошла чек-ап своего организма, потому что ковид ударил по моим слабым точкам здоровья. Потратила 7 дней на реабилитацию. С 16 января приступила к долгожданным ледовым тренировкам в Коломне.

— Светлана Журова отметила, что вы и Ангелина Голикова — одни из основных претенденток на медали в Пекине. Это накладывает какую-то ответственность, как было на домашних Играх в Сочи?

— После перенесенного ковида вся ответственность с меня снимается. Я ответственна сейчас за свое здоровье. Мне важно грамотно подойти к Олимпийским играм в максимально лучшей форме.

— «Поддержка придавала мне очень много сил», — говорили вы после завоевания медали в Сочи. В Пекине с этим будет гораздо сложнее. Как в таком случае заряжаться эмоциями, которые порой играют действительно большую роль?

— В Пекине будем без зрителей, но я научилась чувствовать поддержку и энергию людей, которые меня поддерживают. Надеюсь, этого будет достаточно. Да и опыт бегать без зрителей у меня уже есть. Тут уже больше зависит от концентрации на себе.

— Вы сравнивали Игры в Ванкувере с небом, а в Сочи — с землей. С чем ассоциируется Пекин, когда вы уже опытная и титулованная спортсменка, которая умеет преодолевать все трудности?

— Пекин будет ассоциироваться с огнем. Хочется выступить максимально хорошо после ковида. За месяц придется преодолеть все круги восстановления, терпения, грамотного подхода и лучшей формы.

— Если бы Григорий Родченков вас не оклеветал и вы поехали в Пхенчхан, а не давали показания в суде, чтобы доказать свою невиновность, остались бы до Пекина?

— Сейчас сложно говорить о том, что было бы, если Родченков… Я живу сегодняшним днем. Стараюсь забыть, что было. Знаю, если я тут, значит, еще могу сделать что-то полезное для конькобежного спорта в России.

— Злость и желание доказать, что вы «чистая» спортсменка, уже прошли? Или это остается главной мотивацией на предстоящие Игры?

— Да, злость и желание доказать уже прошли. Теперь хочется показать себе самой, как я могу. Я сконцентрировалась на себе и делаю то, что умею, лучше всего.

— По ходу сезона ваши слова о том, что китайцы готовят на Олимпиаду «армию», подтвердились? Или соперники вас ничем не удивили?

— Соперники из Китая не удивили, но у них все еще впереди. Кто знает, может быть, я еще окажусь права (улыбается).

— Когда только появились первые новости о вашем отстранении, иностранцы стали меньше общаться, шептаться за спиной. Какие сейчас отношения с соперниками, учитывая, что в Пекине команда будет опять выступать без флага?

— После отстранения ушли из моей жизни все, кто и должен был. Я уже не помню этих людей. Было жестко все это преодолевать, поэтому это останется в сердце навсегда. Сейчас уже все поняли, что это политика, что мы просто попали в этот замес. Многие иностранцы нас поддерживают. Когда нас не пустили в Америку, я получила много писем поддержки. Писали спортсмены из Голландии, Канады, Германии. Это так мило для меня, так эмоционально и трепетно. Все понимают, что главное — выступать.

— После допинговых разбирательств вы решили, что будете относиться к конькобежному спорту как к работе. Удалось до конца изменить свое отношение к делу, к которому вы пристрастились по любви, став более прагматичной?

— Думаю, что нет. Хотя я говорю себе следующее: «Оля, делай работу хорошо или уходи».

— Вы неоднократно признавались, что хотите стать мамой, и уже заявили, что Игры в Пекине могут стать финальным аккордом в карьере. Мысли о завершении возникают как раз из-за рождения ребенка?

— Такие мысли появились где-то в 2017 году. Сейчас они тоже со мной. Я смотрю в свой паспорт и думаю, что уже можно.

— После Сочи у вас появился Шон. Вы даже спрашивали у подписчиков, не завести ли ему отдельную страницу в инстаграме. А завести вторую собачку не думали, чтобы в семье стало еще веселее?

— Мне хочется завести еще питомца. Я уже даже начала выбирать. Присматривалась к лабрадору и другим большим собакам, но потом поняла, что это такая ответственность, такая напряженность для моего сердца, когда придется оставлять собаку дома. Решила повременить с этими делом. Все еще успеется.

— Чему за те годы, что он у вас есть, вы научились?

— Шон меня научил любить. Это самое главное. Я знаю, как это, когда страдаешь и скучаешь по живому организму. А еще я стала сдержаннее.

— У вас в прошлом году прошел первый мастер-класс. Было очень много детей. После такого опыта возникают мысли о том, чтобы попробовать себя в качестве тренера?

— Безусловно! После мастер-класса появилось желание работать с более взрослыми и профессиональными спортсменами.

— У вас есть опыт прыжка с парашютом, пилотирования самолета на авиасимуляторе, езды на лошади, и это только из последнего. Что еще обязательно нужно попробовать?

— Кроме этого, еще я прыгала с тарзанки. В прошлом году так покаталась на горных лыжах, что вернулась с гор с сотрясением мозга. Мне всегда интересно пробовать что-то новое и экстремальное, поэтому даже этот неприятный эпизод меня не останавливает.

— После Сочи вы ходили к Урганту, участвовали в «Больших гонках», давали интервью. Внимания к вам тогда было много. Если честно, хотите испытать весь этот ажиотаж еще раз?

— Это все делалось для популяризации коньков. Поэтому для развития конькобежного спорта в нашей стране я всегда готова быть в центре внимания.

«Это победа» — телеграм-канал Виктории Дмитриевой. Там еще больше крутого спорта!

Подписывайтесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене