Первый международный форум глобализации русского языка
6-8 июня 2019 в Москве в музее славянской культуры и творчества имени художника Константина Васильева в Москве состоялся Первый международный форум глобализации русского языка.
Мы предлагаем нашим читателям внимательно ознакомиться с выступлениями докладчиков в прилагаемом видео-матерале.
Выступающие:
Здесь же мы приводим статью из газеты "Завтра" с кратким рассказом об истории становления музея.
В 1994 году, благодаря неимоверным усилиям энтузиастов, в Москве, в Лианозово, открылся музей творчества Константина Васильева. В 2009 — был поджёг музея. Как живется музею сегодня и главное — что стало с картинами? Об этом рассказ Анатолия Ивановича Доронина.
Константин Васильев — яркий, самобытный, ни на кого не похожий художник, чья жизнь трагически оборвалась в застойные годы советской эпохи. Основная тема, лейтмотив, стержень, пространство, воздух картин Васильева — это Русь. Древняя Русь. Полотна, явившиеся истинным откровением в семидесятые, собирающие неисчислимые выставки в восьмидесятые, продолжают волновать, восхищать, будоражить осознанием своего забытого начала — тысячи и тысячи граждан сегодняшней России.
В 1994 году, благодаря неимоверным усилиям энтузиастов, в Москве, в Лианозово, открылся музей творчества Константина Васильева. В 2009 — был поджёг музея. Как живется музею сегодня и главное — что стало с картинами? Об этом рассказ Анатолия Ивановича Доронина, директора Музея славянской культуры имени художника Константина Васильева.
Творчество художника Константина Васильева стало широко известно зрителю только после его гибели. Первую выставку картин художника мы вместе с моим другом, полковником Юрием Михайловичем Гусевым, организовали в 1978-м году в выставочном зале ВООПИ и К (Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры), что на улице Разина, ныне Варварке. Теперь здание, где проходила выставка, возвращено церкви и известно как Знаменский собор.
В то советское время казалось невероятным открытие выставки неизвестного тогда живописца, даже не члена Союза художников, в самом центре Москвы. Но видимо высшие силы помогали нам.
И произошло чудо. День ото дня число посетителей выставки множилось в геометрической прогрессии. Москва загудела, словно встревоженный улей. Такое взрывное вхождение художника в сознание людей отечественная история вряд ли припомнит.
Потом состоялись выставки в академических городках — Пущино, Обнинске. Ученые мужи и простые люди с восторгом принимали творчество талантливого русского художника. Из месяца в месяц спираль нескончаемых выставок картин К. Васильева раскручивалась по районным, областным городам пока не объяла практически весь Советский Союз.
Вывозили мы картины и за рубеж — в Болгарию, Югославию, Испанию.
Восторженный поток эмоциональных зрительских откликов материализовался сотнями книг отзывов, в которых неизменным рефреном звучала пушкинская фраза: «…Здесь русский дух, здесь Русью пахнет!».
Водоворот этих событий продолжался десять лет и, не скрою, потребовал от нас, двух офицеров советской армии, огромного напряжения сил, поскольку лишил каких бы то ни было выходных дней и какого-либо свободного времени. Ведь кроме непосредственной организации и проведения выставок зрительский голод на информацию о жизни и творчестве самобытного художника потребовал от нас исследовательской работы.
В эти годы мне пришлось написать несколько книг о художнике, в том числе — «Руси волшебная палитра» в издательстве «Молодая гвардия», и там же выпустить книгу в серии «Жизнь замечательных людей». Мы добились выхода в свет комплектов открыток с репродукциями картин К. Васильева в издательствах «Правда» и «Изобразительное искусство». Это было уже официальное признание живописца!
Но колоссальная нагрузка на картины не могла не вызывать беспокойства за их сохранность. Матушка художника Клавдия Парменовна, доверившая нам картины, совершенно обоснованно поставила вопрос о создании музея или картинной галереи для творческого наследия ее сына. При этом она попросила обеспечить ее жильем в том городе, где найдут свое пристанище картины.
Решая эту задачу, мы столкнулись с трудностью в соблюдении этих двух условий.
В Подольске, например, открывался прекрасный выставочный зал и власти города готовы были передать его под постоянную экспозицию картин Константина Васильева. Однако о предоставлении жилья и подмосковной прописки не хотели даже и слушать! В городе Видное, напротив, готовы были прописать и обеспечить жильем, но помещения под картины найти не могли.
Наконец, в городе Коломне, где мы провели очередную выставку, председатель исполкома Николай Редькин предложил под экспозицию картин К. Васильева старинный двухэтажный дом замечательного русского писателя позапрошлого столетия, современника Александра Сергеевича Пушкина, Лажечникова. На одном этаже здания планировалось открыть музей художника, на другом — литературный музей. Семье Васильевых город выделил четырехкомнатную квартиру, куда вскоре и перебралась Клавдия Парменовна со своей семьей.
В благодарность за это мать Константина Васильева передала в дар городу семь работ своего сына из серии «Русь былинная».
Перед нами же стояла задача реставрировать за счет собственных средств дом Лажечникова под музей. Какие-то деньги у нас накопились от реализации входных билетов на предыдущих выставках картин. Неожиданно на помощь пришли комсомольцы города, предложив открыть счет для сбора дополнительных средств на реставрацию здания. Такой счет они открыли. Мы аккумулировали там все свои накопления и стали широко размещать информацию о сборе пожертвований на строительство музея художника Константина Васильева. Люди активно откликнулись на наш призыв: банковский счет быстро пополнялся.
Но через какое-то время меня пригласил к себе вышеупомянутый председатель исполкома и рассказал о визите к нему творческой интеллигенции города во главе с художником Михаилом Абакумовым. Эти люди недвусмысленно высказывали свое общее «возмущение» по поводу того, что «какому-то варягу» , а не местному художнику, город решил передать здание под музей. Извинившись, Редькин отобрал у нас выделенное им прежде помещение, сказав, что семья Васильевых теперь устроена, а здание под музей мы сможем купить на собранные средства.
В черте города нам удалось найти частное, опять же двухэтажное, деревянное строение, выставленное на продажу. Его можно было снести и построить новое кирпичное. С этим предложением я пришел к Игорю Тарасову, отвечавшему за банковский счет открытый комсомольцами. Его ответ меня просто ошарашил:
— Мы сами решим как и на что тратить деньги!..
…С Клавдией Парменовной мы долго размышляли о том, как же нам поступить теперь. Решили все начать сначала.
Это был 1988-й год, когда у меня, вместе с периодом службы на Сахалине, набралось двадцать пять лет выслуги и я принял решение уволиться, чтобы полностью посвятить себя одному делу. Уйдя в запас, создал при Московском городском отделении ВООПИ и К Клуб любителей живописи Константина Васильева и уже в Москве стал искать подходящее помещение для музея.
Тем временем, параллельно с этим, семь картин, подаренных городу Коломне, попали в руки тамошних «предприимчивых комсомольцев». Так коллекции картин Васильева был нанесен первый удар…
Клавдия Парменовна оформила нотариально передачу всех оставшихся картин Клубу, сохранив прежнее условие: она должна будет жить там, где разместятся полотна художника.
Чтобы решить данную задачу, Клуб выкупил у Васильевой две больших работы сына: «Валькирия над сраженным Зигфридом» и «Рождение Дуная». Выкупил потому, что иначе нельзя было в советское время просто снять со своего счета средства и передать их другому лицу. На тридцать восемь тысяч, перечисленных семье Васильевых, в то время можно было легко приобрести в ближайшем пригороде Москвы хороший, добротный дом. Но по каким-то причинам этого не случилось.
Вскоре в Тимирязевском районе столицы Клубу предложили взять на свой баланс разрушенный старинный особняк, что в двух шагах от Лианозовского ПК и О, и на собственные средства его восстановить под «наш» музей.
Десять лет ушло у нас на восстановление здания и долгожданного открытия в нем музея Константина Васильева. Недостаток собранных средств, большая часть которых ушла на приобретение Клубом двух картин, тормозил строительство.
К сожалению, матушка художника не дожила до счастливого дня музейного рождения. В 1994 году ее не стало…
С 1998 по 2008 год мы активно работали, привлекая почитателей таланта художника со всей нашей страны и зарубежья.
Директором музея была назначена сестра художника — Валентина Алексеевна. Она сразу же переехала жить в Москву и заняла офис Клуба — трехкомнатную квартиру, выделенную нам из нежилого фонда.
Городские власти в свое время обещали дать семье художника собственную квартиру по завершению строительных работ, но когда музей открылся, потребовали взамен передать городу часть картин художника.
Валентина Алексеевна согласилась подарить городу всю военную серию, плюс картины «Отечество» и «Рождение Дуная» с условием, что эти полотна останутся в музее художника. Комитет по культуре г. Москвы оценил десять переданных картин К. Васильева в 27 тысяч рублей. В качестве ответной акции город перевел из нежилого фонда в жилой наш офис и оформил это на семью Васильевых. Стоимость появившейся таким образом квартиры составляла 17 тысяч рублей.
Несмотря на разницу в ценах обмен состоялся. Картины по договору были оформлены в собственность Нового Манежа.
Тогда мы не могли даже предположить, представить никак не могли, что при первом же возможном случае город по формальной причине вывезет картины на время, но не вернет их потом уже никогда.
Так произошла вторая заметная утрата части картин, сильно травмировавшая коллекцию художника.
Поводом для вывоза картин послужил первый рейдерский захват музея в 2002-м году. Через три года рейдерская атака повторилась.
Ввиду особенности таланта художника, а возможно по другой причине, спокойной жизни у сотрудников музея не было никогда. Второй причиной постоянных атак на музей служила земля — два с половиной гектара территории, примыкающей непосредственно к музею и выделенной Клубу в 1993 году под строительство Центра славянской культуры.
Клуб подготовил и утвердил эскизный проект центра культуры, разработал первую очередь рабочего проекта, успел даже в рамках проекта построить детский фольклорный театр в виде бревенчатого русского терема. Но с 2002 года вся созидательная работа клуба приостановилась.
Мы были вовлечены в различные судебные тяжбы, отстаивая свои права. Самые тяжелые, драматические события разыгрались в 2009 году, когда в наследование картин по суду вступила сестра художника и потребовала передать ей всю коллекцию.
В соответствии с требованием судебных приставов Клуб должен был провести искусствоведческую экспертизу, подтверждающую подлинность картин. Это могло стоить немалых денег. Неожиданно оказать такую услугу бесплатно предложила одна юридическая фирма, с которой у нас установились давние дружеские отношения.
Нисколько ни сомневаясь в порядочности этих людей, я передал представителю их юридической конторы всю коллекцию картин и вручил ему приемо-передаточный акт, подписанный мною.
Выгрузив картины из машины и взяв акт он сказал, что подпишет его завтра у руководства, поскольку сегодня в фирме никого уже нет. Мне в качестве гарантии он начиркал какую-то расписку.
Каково же было мое потрясение, когда на следующий день мне сказали, что никаких картин фирма не принимала! Более того, мне предоставили поддельный протокол собрания Клуба, на котором меня якобы отстранили от занимаемой должности и потребовали передать новому председателю Клуба, сотруднику этой юридической фирмы, все учредительные документы нашей общественной организации.
Естественно я подал в милицию заявление о преступлении и вместе с другими членами Клуба пытался вразумить руководство фирмы. Безрезультатно.
Через несколько дней новоявленный председатель Клуба сам позвонил мне и предложил встретиться. С надеждой, что человек одумался и решил не грешить против совести, и не нарушать законов, я помчался на встречу. Там мне был вручен ультиматум, в котором перечислялись все те документы, что я должен передать этим мошенникам. А в последнем абзаце звучало грозное предостережение о том, что если я до 22-го сентября не исполню их «просьбу», буду иметь тяжелые последствия.
Естественно я жестко отреагировал на подобную угрозу.
В ночь с 22-го на 23-е сентября 2009-го года здание музея было подожжено.
Все члены Клуба и Попечительского совета Клуба, а также люди близкие нам по духовным устремлениям включились в борьбу за возвращение картин. Порой неизвестные мне работники телевидения, журналисты газет звонили, указывая на след похищенных картин. Я сообщал об этом следователю, ведущему уголовное дело по факту кражи полотен, но — тот все плавно «спускал на тормозах». Было очевидно, что дело ангажировано, что юридическая фирма выполняла чей-то «высокий» заказ и — была защищена в правовом отношении.
Мы забросали письмами Генеральную прокуратуру, ФСБ и даже направили письмо Президенту страны, в то время Д. Медведеву, за подписью членов Попечительского совета Клуба: Валентина Григорьевича Распутина, Михаила Ивановича Ножкина, Владимира Николаевича Крупина.
Это письмо видимо возымело резонное действие, поскольку руководитель злосчастной юридической фирмы стал лихорадочно звонить уважаемым людям из Попечительского совета и, угрожая им судебной расправой, нагло требовал отозвать свои подписи на письме, направленном Президенту. К чести этих достойных людей, они не испугались угроз и не изменили своей позиции.
В конце концов усилиями многих людей и решениями судов мы сокрушили бастион злоумышленников. Все картины были обнаружены, арестованы и переданы правопреемнице — Васильевой Валентине Алексеевне.
Долгое время родные опасались публично выставлять картины. Однако, спустя некоторое время они всё же были выставлены в самом центре города Казани, по адресу: улица Баумана, д. 8.
На творческой родине К. Васильева к его наследию относятся действительно трепетно, предоставив в самом центре особняк для постоянно действующей выставки живописца! К этой экспозиции присоединилась и та часть коллекции, которая ранее принадлежала друзьям художника. Будем надеяться, что биография наследия Васильева получит свое дальнейшее развитие.
Нам же, в московском музее, остается довольствоваться тем, что имеем. Это — полотно «Валькирия над сраженным Зигфридом», ряд ранних и детских работ К. Васильева, ну и, конечно, копии его картин.
Музей славянской культуры имени Константина Васильева объединяет теперь под своей крышей художников, работающих по славянской тематике и близких по духу творческому наследию гениального русского живописца, сумевшего пробудить нашу генетическую память и зажечь надеждой наши сердца.
Мы предлагаем нашим читателям внимательно ознакомиться с выступлениями докладчиков в прилагаемом видео-матерале.
Выступающие:
- Анатолий Доронин - директор музея Константина Васильева
- Роман Василишин - писатель
- Кинсбурский Андрей
- Сергей Сухонос - учёный, исследователь
- Александр Ибрагимов - школа здравого смысла
- Людмила Туровская - писатель, филолог
- Владимир Шемшук - писатель
- Сергей Магнитов
- Юрий Тюрин
- Андрей Никонов - педагог
- Андрей Христин
- Роман Василишин - писатель
- Андрей Паршев - писатель, экономист, член генерального совета "Партии дела"
- Олег Чагин - директор института антропогенеза
- Любовь Коршинова - кандидат педагогических наук, доцент
- Илья Михнюк - проект "Нам нужна иная школа"
Здесь же мы приводим статью из газеты "Завтра" с кратким рассказом об истории становления музея.
Страсти по Васильеву
(Александр Розочкин)
(Александр Розочкин)
В 1994 году, благодаря неимоверным усилиям энтузиастов, в Москве, в Лианозово, открылся музей творчества Константина Васильева. В 2009 — был поджёг музея. Как живется музею сегодня и главное — что стало с картинами? Об этом рассказ Анатолия Ивановича Доронина.
Константин Васильев — яркий, самобытный, ни на кого не похожий художник, чья жизнь трагически оборвалась в застойные годы советской эпохи. Основная тема, лейтмотив, стержень, пространство, воздух картин Васильева — это Русь. Древняя Русь. Полотна, явившиеся истинным откровением в семидесятые, собирающие неисчислимые выставки в восьмидесятые, продолжают волновать, восхищать, будоражить осознанием своего забытого начала — тысячи и тысячи граждан сегодняшней России.
В 1994 году, благодаря неимоверным усилиям энтузиастов, в Москве, в Лианозово, открылся музей творчества Константина Васильева. В 2009 — был поджёг музея. Как живется музею сегодня и главное — что стало с картинами? Об этом рассказ Анатолия Ивановича Доронина, директора Музея славянской культуры имени художника Константина Васильева.
Творчество художника Константина Васильева стало широко известно зрителю только после его гибели. Первую выставку картин художника мы вместе с моим другом, полковником Юрием Михайловичем Гусевым, организовали в 1978-м году в выставочном зале ВООПИ и К (Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры), что на улице Разина, ныне Варварке. Теперь здание, где проходила выставка, возвращено церкви и известно как Знаменский собор.
В то советское время казалось невероятным открытие выставки неизвестного тогда живописца, даже не члена Союза художников, в самом центре Москвы. Но видимо высшие силы помогали нам.
И произошло чудо. День ото дня число посетителей выставки множилось в геометрической прогрессии. Москва загудела, словно встревоженный улей. Такое взрывное вхождение художника в сознание людей отечественная история вряд ли припомнит.
Потом состоялись выставки в академических городках — Пущино, Обнинске. Ученые мужи и простые люди с восторгом принимали творчество талантливого русского художника. Из месяца в месяц спираль нескончаемых выставок картин К. Васильева раскручивалась по районным, областным городам пока не объяла практически весь Советский Союз.
Вывозили мы картины и за рубеж — в Болгарию, Югославию, Испанию.
Восторженный поток эмоциональных зрительских откликов материализовался сотнями книг отзывов, в которых неизменным рефреном звучала пушкинская фраза: «…Здесь русский дух, здесь Русью пахнет!».
Водоворот этих событий продолжался десять лет и, не скрою, потребовал от нас, двух офицеров советской армии, огромного напряжения сил, поскольку лишил каких бы то ни было выходных дней и какого-либо свободного времени. Ведь кроме непосредственной организации и проведения выставок зрительский голод на информацию о жизни и творчестве самобытного художника потребовал от нас исследовательской работы.
В эти годы мне пришлось написать несколько книг о художнике, в том числе — «Руси волшебная палитра» в издательстве «Молодая гвардия», и там же выпустить книгу в серии «Жизнь замечательных людей». Мы добились выхода в свет комплектов открыток с репродукциями картин К. Васильева в издательствах «Правда» и «Изобразительное искусство». Это было уже официальное признание живописца!
Но колоссальная нагрузка на картины не могла не вызывать беспокойства за их сохранность. Матушка художника Клавдия Парменовна, доверившая нам картины, совершенно обоснованно поставила вопрос о создании музея или картинной галереи для творческого наследия ее сына. При этом она попросила обеспечить ее жильем в том городе, где найдут свое пристанище картины.
Решая эту задачу, мы столкнулись с трудностью в соблюдении этих двух условий.
В Подольске, например, открывался прекрасный выставочный зал и власти города готовы были передать его под постоянную экспозицию картин Константина Васильева. Однако о предоставлении жилья и подмосковной прописки не хотели даже и слушать! В городе Видное, напротив, готовы были прописать и обеспечить жильем, но помещения под картины найти не могли.
Наконец, в городе Коломне, где мы провели очередную выставку, председатель исполкома Николай Редькин предложил под экспозицию картин К. Васильева старинный двухэтажный дом замечательного русского писателя позапрошлого столетия, современника Александра Сергеевича Пушкина, Лажечникова. На одном этаже здания планировалось открыть музей художника, на другом — литературный музей. Семье Васильевых город выделил четырехкомнатную квартиру, куда вскоре и перебралась Клавдия Парменовна со своей семьей.
В благодарность за это мать Константина Васильева передала в дар городу семь работ своего сына из серии «Русь былинная».
Перед нами же стояла задача реставрировать за счет собственных средств дом Лажечникова под музей. Какие-то деньги у нас накопились от реализации входных билетов на предыдущих выставках картин. Неожиданно на помощь пришли комсомольцы города, предложив открыть счет для сбора дополнительных средств на реставрацию здания. Такой счет они открыли. Мы аккумулировали там все свои накопления и стали широко размещать информацию о сборе пожертвований на строительство музея художника Константина Васильева. Люди активно откликнулись на наш призыв: банковский счет быстро пополнялся.
Но через какое-то время меня пригласил к себе вышеупомянутый председатель исполкома и рассказал о визите к нему творческой интеллигенции города во главе с художником Михаилом Абакумовым. Эти люди недвусмысленно высказывали свое общее «возмущение» по поводу того, что «какому-то варягу» , а не местному художнику, город решил передать здание под музей. Извинившись, Редькин отобрал у нас выделенное им прежде помещение, сказав, что семья Васильевых теперь устроена, а здание под музей мы сможем купить на собранные средства.
В черте города нам удалось найти частное, опять же двухэтажное, деревянное строение, выставленное на продажу. Его можно было снести и построить новое кирпичное. С этим предложением я пришел к Игорю Тарасову, отвечавшему за банковский счет открытый комсомольцами. Его ответ меня просто ошарашил:
— Мы сами решим как и на что тратить деньги!..
…С Клавдией Парменовной мы долго размышляли о том, как же нам поступить теперь. Решили все начать сначала.
Это был 1988-й год, когда у меня, вместе с периодом службы на Сахалине, набралось двадцать пять лет выслуги и я принял решение уволиться, чтобы полностью посвятить себя одному делу. Уйдя в запас, создал при Московском городском отделении ВООПИ и К Клуб любителей живописи Константина Васильева и уже в Москве стал искать подходящее помещение для музея.
Тем временем, параллельно с этим, семь картин, подаренных городу Коломне, попали в руки тамошних «предприимчивых комсомольцев». Так коллекции картин Васильева был нанесен первый удар…
Клавдия Парменовна оформила нотариально передачу всех оставшихся картин Клубу, сохранив прежнее условие: она должна будет жить там, где разместятся полотна художника.
Чтобы решить данную задачу, Клуб выкупил у Васильевой две больших работы сына: «Валькирия над сраженным Зигфридом» и «Рождение Дуная». Выкупил потому, что иначе нельзя было в советское время просто снять со своего счета средства и передать их другому лицу. На тридцать восемь тысяч, перечисленных семье Васильевых, в то время можно было легко приобрести в ближайшем пригороде Москвы хороший, добротный дом. Но по каким-то причинам этого не случилось.
Вскоре в Тимирязевском районе столицы Клубу предложили взять на свой баланс разрушенный старинный особняк, что в двух шагах от Лианозовского ПК и О, и на собственные средства его восстановить под «наш» музей.
Десять лет ушло у нас на восстановление здания и долгожданного открытия в нем музея Константина Васильева. Недостаток собранных средств, большая часть которых ушла на приобретение Клубом двух картин, тормозил строительство.
К сожалению, матушка художника не дожила до счастливого дня музейного рождения. В 1994 году ее не стало…
С 1998 по 2008 год мы активно работали, привлекая почитателей таланта художника со всей нашей страны и зарубежья.
Директором музея была назначена сестра художника — Валентина Алексеевна. Она сразу же переехала жить в Москву и заняла офис Клуба — трехкомнатную квартиру, выделенную нам из нежилого фонда.
Городские власти в свое время обещали дать семье художника собственную квартиру по завершению строительных работ, но когда музей открылся, потребовали взамен передать городу часть картин художника.
Валентина Алексеевна согласилась подарить городу всю военную серию, плюс картины «Отечество» и «Рождение Дуная» с условием, что эти полотна останутся в музее художника. Комитет по культуре г. Москвы оценил десять переданных картин К. Васильева в 27 тысяч рублей. В качестве ответной акции город перевел из нежилого фонда в жилой наш офис и оформил это на семью Васильевых. Стоимость появившейся таким образом квартиры составляла 17 тысяч рублей.
Несмотря на разницу в ценах обмен состоялся. Картины по договору были оформлены в собственность Нового Манежа.
Тогда мы не могли даже предположить, представить никак не могли, что при первом же возможном случае город по формальной причине вывезет картины на время, но не вернет их потом уже никогда.
Так произошла вторая заметная утрата части картин, сильно травмировавшая коллекцию художника.
Поводом для вывоза картин послужил первый рейдерский захват музея в 2002-м году. Через три года рейдерская атака повторилась.
Ввиду особенности таланта художника, а возможно по другой причине, спокойной жизни у сотрудников музея не было никогда. Второй причиной постоянных атак на музей служила земля — два с половиной гектара территории, примыкающей непосредственно к музею и выделенной Клубу в 1993 году под строительство Центра славянской культуры.
Клуб подготовил и утвердил эскизный проект центра культуры, разработал первую очередь рабочего проекта, успел даже в рамках проекта построить детский фольклорный театр в виде бревенчатого русского терема. Но с 2002 года вся созидательная работа клуба приостановилась.
Мы были вовлечены в различные судебные тяжбы, отстаивая свои права. Самые тяжелые, драматические события разыгрались в 2009 году, когда в наследование картин по суду вступила сестра художника и потребовала передать ей всю коллекцию.
В соответствии с требованием судебных приставов Клуб должен был провести искусствоведческую экспертизу, подтверждающую подлинность картин. Это могло стоить немалых денег. Неожиданно оказать такую услугу бесплатно предложила одна юридическая фирма, с которой у нас установились давние дружеские отношения.
Нисколько ни сомневаясь в порядочности этих людей, я передал представителю их юридической конторы всю коллекцию картин и вручил ему приемо-передаточный акт, подписанный мною.
Выгрузив картины из машины и взяв акт он сказал, что подпишет его завтра у руководства, поскольку сегодня в фирме никого уже нет. Мне в качестве гарантии он начиркал какую-то расписку.
Каково же было мое потрясение, когда на следующий день мне сказали, что никаких картин фирма не принимала! Более того, мне предоставили поддельный протокол собрания Клуба, на котором меня якобы отстранили от занимаемой должности и потребовали передать новому председателю Клуба, сотруднику этой юридической фирмы, все учредительные документы нашей общественной организации.
Естественно я подал в милицию заявление о преступлении и вместе с другими членами Клуба пытался вразумить руководство фирмы. Безрезультатно.
Через несколько дней новоявленный председатель Клуба сам позвонил мне и предложил встретиться. С надеждой, что человек одумался и решил не грешить против совести, и не нарушать законов, я помчался на встречу. Там мне был вручен ультиматум, в котором перечислялись все те документы, что я должен передать этим мошенникам. А в последнем абзаце звучало грозное предостережение о том, что если я до 22-го сентября не исполню их «просьбу», буду иметь тяжелые последствия.
Естественно я жестко отреагировал на подобную угрозу.
В ночь с 22-го на 23-е сентября 2009-го года здание музея было подожжено.
Все члены Клуба и Попечительского совета Клуба, а также люди близкие нам по духовным устремлениям включились в борьбу за возвращение картин. Порой неизвестные мне работники телевидения, журналисты газет звонили, указывая на след похищенных картин. Я сообщал об этом следователю, ведущему уголовное дело по факту кражи полотен, но — тот все плавно «спускал на тормозах». Было очевидно, что дело ангажировано, что юридическая фирма выполняла чей-то «высокий» заказ и — была защищена в правовом отношении.
Мы забросали письмами Генеральную прокуратуру, ФСБ и даже направили письмо Президенту страны, в то время Д. Медведеву, за подписью членов Попечительского совета Клуба: Валентина Григорьевича Распутина, Михаила Ивановича Ножкина, Владимира Николаевича Крупина.
Это письмо видимо возымело резонное действие, поскольку руководитель злосчастной юридической фирмы стал лихорадочно звонить уважаемым людям из Попечительского совета и, угрожая им судебной расправой, нагло требовал отозвать свои подписи на письме, направленном Президенту. К чести этих достойных людей, они не испугались угроз и не изменили своей позиции.
В конце концов усилиями многих людей и решениями судов мы сокрушили бастион злоумышленников. Все картины были обнаружены, арестованы и переданы правопреемнице — Васильевой Валентине Алексеевне.
Долгое время родные опасались публично выставлять картины. Однако, спустя некоторое время они всё же были выставлены в самом центре города Казани, по адресу: улица Баумана, д. 8.
На творческой родине К. Васильева к его наследию относятся действительно трепетно, предоставив в самом центре особняк для постоянно действующей выставки живописца! К этой экспозиции присоединилась и та часть коллекции, которая ранее принадлежала друзьям художника. Будем надеяться, что биография наследия Васильева получит свое дальнейшее развитие.
Нам же, в московском музее, остается довольствоваться тем, что имеем. Это — полотно «Валькирия над сраженным Зигфридом», ряд ранних и детских работ К. Васильева, ну и, конечно, копии его картин.
Музей славянской культуры имени Константина Васильева объединяет теперь под своей крышей художников, работающих по славянской тематике и близких по духу творческому наследию гениального русского живописца, сумевшего пробудить нашу генетическую память и зажечь надеждой наши сердца.
Александр Розочкин
Газета «Завтра» 7 октября 2013
отсюдаГазета «Завтра» 7 октября 2013