Ирина СИТНОВА: "Играть нужно всё и всегда!"

Хотя наша героиня родом из Горького, корни ее в общем-то всё равно ивановские. Дело в том, что отец Ирины Николаевны – уроженец деревни Хрипово Родниковского района, мама – из Кохмы. Так что изрядную часть своего детства будущая народная артистка проводила то на зеленых улочках Кохмы, то на берегу реки Постны. Там же, в Хрипове, она частенько уходила гулять в поля. Жизнь была прекрасна и совершенна, в мире не было ничего страшного. Тогда же, день-деньской бесцельно разглядывая облака, она поняла, что видит в них что-то такое, чего не замечают другие, что-то бесконечно прекрасное... Так зори сменялись закатами и пролетали самые счастливые дни жизни.
Это романтическое восприятие природы Ирина Ситнова сохранила в душе до сих пор. Она и сегодня, как девочка, радуется всему. И так же, как и прежде, обожает фантазировать, глядя в облака.
"Эдем" моего детства
– Ирина Николаевна, расскажите, пожалуйста, как получилось, что вы решили связать свою жизнь с театром?
– Может, это покажется кому-то удивительным, но, знаете, сколько себя помню – я всегда пела. Пела на праздничных вечерах в школе, пела с подружками и, конечно, – дома. Родители у меня не были людьми искусства: папа – директор крупного предприятия в Горьком, мама – инженер. Но у обоих были очень хорошие голоса. А дома у нас царила удивительно теплая атмосфера: частенько собиралось много родственников и гостей. Папа и мама пели, аккомпанируя на концертном пианино марки "Шредер"… Я начала петь вместе с ними.

Досье. Ирина Ситнова родилась в 1940 г. в Горьком (сейчас – Нижний Новгород). С 1971-го – артистка-вокалистка Ивановского музыкального театра. Народная артистка России. Ведущий мастер сцены. Лауреат областной премии имени народного артиста СССР Льва Раскатова. Дипломант национального театрального фестиваля "Золотая маска" в сезоне 1998/1999.

 Вообще же, мое чудесное, волшебное детство во многом определило мою жизнь. Кстати, оба мои брата, Сергей и Всеволод, тоже занимались музыкой. Отчего-то с самого моего детства в семье было известно, что, мол, Ирина будет артисткой... А еще мне хотелось независимости и самостоятельности. Так что, в конце концов, когда пришло время оперяться, никого совершенно не удивило, что я поехала поступать в Ивановское музыкальное училище.
– Как встретило вас Иваново?
– Иваново не было для меня чужим городом. С ним связано немало детских воспоминаний, здесь жили родственники. Оттого начало самостоятельной жизни не показалось мне затруднительным. В училище у меня был замечательный педагог – Наталья Александровна Добролюбова. Эту женщину я всегда вспоминаю с теплотой. К тому же именно в Иванове я встретила будущего мужа, прекрасного артиста Ивановского драматического театра Юрия Когана.
На дирижеров и режиссеров везло всегда
– Как складывалась ваша актерская биография дальше?
– Когда годы учебы в музыкальном училище остались позади, я приняла решение продолжить образование в Горьковской консерватории по классу вокала, мой супруг отправился со мной. Пока я училась, Юрий работал в Горьковском театре комедии, а после завершения моей учебы мы вместе с супругом отправились служить искусству в далекую Сибирь.
Закрытый город Москва-300 (ныне Саров) принял нас с распростертыми объятиями. В этом засекреченном по тем временам городе нам довелось поработать с прекрасными режиссерами и дирижерами. Вообще, справедливости ради, нельзя не сказать: на дирижеров и режиссеров мне всегда везло. Кстати, первой моей ролью в Москве-300 стала Сильва. И в дальнейшем моя актерская судьба складывалась так счастливо, что именно Сильву мне довелось играть еще в четырех постановках на сценах разных театров страны. Думаю, не будет преувеличением сказать, что это моя любимая роль.
Я и сейчас играю в новой постановке "Сильвы", но уже Княгиню Цицилию. Кроме того, в репертуаре идут такие спектакли с моим участием, как "Призрак замка Кентервиль", "Подлинная история поручика Ржевского", "Донна Люция, или Здравствуйте, я ваша тетя!"
– А вы делите роли на любимые и нелюбимые?
– Скажу так: за всю жизнь я не отказалась ни от одной роли. Оттого-то и переиграла всё, что можно: и лисичек, и свиней, и служанок... Мне вообще кажется, что играть нужно всё и всегда, целиком посвящая себя любимому делу – только так артист растет. И еще: я твердо убеждена, что никогда нельзя останавливаться на достигнутом, никогда не следует считать, что та или иная роль – не по моему таланту. А то ведь, что греха таить, такое в актерской среде не редкость…
Вообще, есть у нашего жанра проблема: либо музыка замечательная, а либретто и драматургия, мягко говоря, оставляют желать лучшего, либо наоборот. А вот такие спектакли, как "Сильва", "Пенелопа", "Летучая мышь", "Памела", "Ханума", "Голос человеческий", – это счастливые исключения из печальной закономерности. Жаль, что такого глубокого материала в нашем развлекательном жанре не очень много.

Знаете, иногда я в чем-то завидую драматическим артисткам: ведь им есть что играть. Впрочем, я люблю многие спектакли. Так что каждая роль любима по-своему. А еще я не могу представить свое творчество без камерных сольных концертов. Это так увлекательно – превращать своим исполнением романсы в маленькие новеллы и видеть огонь в глазах зрителей…
В Иваново тянуло всегда
– Как вышло, что вы попали в Иваново?
– Из Москвы-300 мы с Юрием приехали в Томск-7. Как понимаете, это тоже был закрытый город (в Сибири тогда вообще было немало секретных объектов). Какое-то время с удовольствием работали там. И всё же нас неодолимо тянуло в Иваново. В город, где всё началось. А, как известно, всё, чего человек сильно хочет, непременно осуществляется. Так и сложилось, что в 1971 году мы оказались здесь.

Кстати, Ивановским музыкальным театром руководил в тот момент Борис Матвеевич Бруштейн. Работа под его началом стала хорошей профессиональной школой и отличным багажом на всю творческую жизнь.
– В вашем репертуаре есть два абсолютно драматических (по накалу страстей и глубине материала) спектакля. Я имею в виду "Кастинг, или Белый танец для любимой актрисы" и "Звезду Парижа". Во втором из них в исполняемом вами монологе Эдит Пиаф – вся жизнь великой певицы. Наверняка работа над такой ролью далась непросто?
– Роль Эдит Пиаф я считаю подарком небес. Работа над спектаклем происходила, что называется, по Станиславскому. Важно ведь передать прежде всего саму суть душевных переживаний моей героини. И вы знаете, хотя спектакль шел почти три десятилетия (в разных интерпретациях), я каждый раз волновалась перед выходом на сцену. В "Звезде Парижа" мы работали в паре с замечательной балериной Анастасией Кузнецовой. Старались быть созвучны и гармоничны, вводя зрителя в такой непростой и негармоничный мир Эдит Пиаф.
Очень жаль, что спектакль, ставший настоящей визитной карточкой ивановской сцены, сейчас не идет. Нет, он не снят с репертуара, не списан в утиль. Просто ему отчего-то не хватает места в репертуаре…
– В чем, по-вашему, состоит притягательность актерской профессии?
– Каждый по-своему отвечает на этот вопрос. Для меня это единственно возможный способ существования во времени и пространстве. Хочется, чтобы сидящие в зале зрители почувствовали то же, что чувствую я. И я радуюсь, когда это созвучие получается.