Икорно-обогатительные. Сколько добра Генпрокуратура нашла у коррупционеров?
За 9 месяцев этого года Генпрокуратура добилась изъятия у чиновников имущества на сумму более 130 млрд рублей. Речь идёт о 3,5 тыс. объектов. «Всё изъятое имущество не подтверждено легальными доходами», – уточнили в ведомстве.
Вскрытие сокрытого
Как правило, в такую статистику попадает имущество государственных мужей, «забывших» внести в обязательную декларацию «неудобные» для их должностей машины и дома. Зачастую они пытаются скрыть наличие незаконного имущества, переписывая его на родственников и близких.
Пусть декларации и перестали обнародовать, но инструментов, чтобы уличить любителей жизни не по средствам и доказать в суде фиктивность таких сделок, достаточно. В итоге «нажитое непосильным трудом» обращается в доход государства, депутаты прощаются с мандатами, а чиновники – с кабинетами.
Впрочем, иногда им всё же удаётся сохранить своё кровное. В практике ВС РФ был случай, когда госслужащий купил машину за 2,8 млн рублей при совокупном семейном доходе за 3 года в 2,7 млн. Суд решил, что разница незначительная, авто чиновнику оставили, взыскав в пользу государства только «лишние» 100 тыс. Другой госслужащий в Башкортостане избежал конфискации, сумев доказать, что машину он купил благодаря подаренному матерью миллиону и кредиту.
Икра случая
Но, конечно, это всё мелочи по сравнению с «уловом» правоохранителей, который бывает в рамках резонансных коррупционных дел. Вся Россия помнит особняк с золотым унитазом, конфискованный у экс-начальника Управления ГИБДД по Ставропольскому краю Алексея Сафонова. У него удалось забрать несколько участков земли, домов, квартир, автомобилей – всего на 180 млн рублей. Тогда впечатлила не столько жадность бывшего полицейского, сколько его наглость: Сафонов пытался оспорить конфискацию, но из этой затеи ничего не вышло.
Совсем недавно, 4 октября, в роскошном особняке мэра Кизилюрта Магомеда Магомедова, подозреваемого во взяточничестве, силовики изъяли помимо прочего коллекции оружия, дорогих часов и десятки банок чёрной икры.
И это лишь малая часть добра, которое изымают у коррупционеров. Увы, но воровать продолжают. Иной раз с таким размахом, что не знают, в чём хранить.
С продажей конфиската тоже не всё чисто
Почему к рукам должностных лиц продолжают прилипать миллионы? Куда идут конфискованные после судов бриллианты и дворцы? Может ли простой смертный прокатиться на обращённом в доход государства авто?
Рассказывает глава Национального антикоррупционного комитета, член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Кирилл Кабанов:
– Если раньше нечистые на руку чиновники зарабатывали на контрольно-надзорных функциях, то сейчас – в основном на освоении бюджетных средств, на госзаказах. Зачастую проекты, на которые выделяются бюджетные деньги, не проходят оценку обоснованности трат – на этом и строится «левый» заработок.
В целом механизм борьбы с коррупцией в России совершенствуется в правильном направлении, и это даёт определённый результат. Например, если раньше у коррупционеров конфисковывали только недвижимость, машины и наличность (как у скандально известного полковника-миллиардера Захарченко, припрятавшего в квартире 8,5 млрд рублей), то после изменения законодательства начали изымать и деньги на банковских счетах. Они сразу поступают в специальные фонды социальной направленности. Туда же идут и средства от продажи имущества.
Правда, и тут случаются злоупотребления. После того как в фонд федерального имущества поступает конфискат, идёт оценка и назначаются торги. Но не всегда эта система прозрачная, имущество нередко продаётся по заниженной стоимости, что позволяет заработать определённым лицам. Теоретически любой человек с улицы может купить конфискованный автомобиль, а практически – нет. Потому что он просто не узнает, что такая машина будет продаваться. Да и регистрация участия в торгах очень сложна. Надо проводить прямые торги, как например, в Израиле, где любой желающий может официально на аукционе купить конфискованное имущество.