Наука для солдата. По учебникам пермского генерала занимаются во всем мире
Каждый день на службе у него был распланирован и внесён в рабочую тетрадь. Такие тетради размером с амбарную книгу, где каждый лист заполнен аккуратным убористым почерком, генерал-лейтенант Владимир Сикерин вёл все годы службы. Хватит на несколько томов мемуаров.
Но на вопрос о мемуарах генерал только улыбается: пока свой план он выполнил – под его руководством написано семь учебников и 19 учебных пособий.
В Пермь - по распределению
Имя Владимира Сикерина внесено в книгу «Военная элита РФ». Но главная гордость генерала сегодня – это внук Серёжа, воспитанник Пермского президентского кадетского училища. Кстати, Сикерин помогал создавать это учебное заведение. В 1996 году он открыл лицей милиции при ГУВД Пермской области, ставший потом кадетским корпусом ПФО, а с переходом под знамёна Росгвардии – кадетским президентским училищем.
Он прошёл путь от комбата до начальника главка областного УВД Прикамья.
Марина Шнайдер, «АиФ-Прикамье»: Владимир Григорьевич, вы родом с Украины, окончили Харьковское училище МВД УССР, а потом поступили в Военную академию им. М. В. Фрунзе. Какой был конкурс на место в 1972 году?
Владимир Сикерин: Он был огромным, но меня взяли вне конкурса. После окончания училища я служил в Донецке. Рота, которой командовал, два года подряд становилась лучшей. И служба в академии стала поощрением. В 32 года я получил специальность, которая даёт возможность командовать любым видом войск. После окончания академии по распределению направили в Пермь.
– Первые впечатления о городе?
– Уточню, меня под Ныроб распределили. В войсковую часть внутренних войск на Валай. Дали мне один из худших на тот момент батальонов. Заступил на службу 10 октября 1975 года. А 20 декабря к нам приехал генерал армии Яковлев, начальник внутренних войск МВД СССР.
Тогда у нас служил ефрейтор Молев. Он на животных был помешан – выпросил у кинологов собаку. Невзрачная такая, выбраковка, как говорят. Ганной назвал. Как увидел Яковлев эту Ганну, поморщился: «Ты смотри – даже над животными издеваетесь! Собаки тут тоже худшие?» Он уже был настроен на то, что у нас всё плохо. Я тогда думаю: надо же как-то командира выручать. И говорю: «Никак нет, это самая лучшая собака в дивизии!» «Покажи, что она может», – отвечает генерал.
Тут уж Молев постарался: «Ганна, встать, ко мне, лежать, смирно!» А та все команды выполняет. Дальше Молев говорит: «Благодарю за службу!» А Ганна: «Гав-гав!» Генерал рассмеялся: «Если заниматься, даже собака понимает».
Лабаз для солдата
– С какими трудностями пришлось столкнуться?
– В 1983 году меня назначили начальником штаба дивизии, в подчинении у меня стало 15 тысяч человек. Служащие войсковых частей внутренних войск Перми, Кизела, Ныроба, Соликамска, Красновишерска, ещё батальон милиции и учебный полк. 130 постов в лесу. Какие у солдат там проблемы? Как поесть, как оружие не потерять и как зверю в лапы не попасться. Звери на запах тушенки выходили. Костры тоже нельзя жечь, значит, не погреться.
Мы придумали такую схему базового поста. У дерева рыли землянку с печкой. На дереве – лабаз (охотничий домик), под деревом – собака. Из землянки тянет только дым, огня не видно. И собачка охраняет, и в тепле обсушиться можно.
Главная задача командира, чтобы ни один солдат не погиб. Ни при выполнении задания, ни по глупости. Вот и добивались.
– Осуждённые много хлопот создавали?
– Всё решает твоё отношение. Преступники тоже хотят, чтобы к ним относились по-человечески. Был случай – машина перевернулась в лесу. Осужденные повылетали из машины, как горох. А солдаты – кто руку, кто ногу сломал. Осуждённых бригада – 20 человек. Носилки сделали, уложили на них солдат и принесли раненых в часть. Ещё случай. Ночью стучат ко мне: «Открой, начальник!» А у меня жена, дочка дома.
Но открываю. Стоят расконвоированные. Они в лесу нашли машину. В ней сумка с деньгами, 2,5 тысячи, водка, пистолет, служебные документы. Что делать? Решили приехать ко мне в три ночи. Привезли всё в целости. Я им даже водку разрешил в сарае выпить. Оказалось, старшина напился, машину перевернул, испугался и убежал.
Служба ошибок не терпит
– В 1992 году вас назначают начальником Пермского высшего военного училища тыла ВВ МВД РФ. Каким было ваше первое решение в новой должности?
– Начал знакомиться. И выяснилось, что офицеры доросли до полковников, а никто в войсках не служил. Меня это не устроило. Чему они учат, если нет понятия реальной жизни. Беру разрешение у министра МВД, собираю начальников кафедр, заместителей под 30 человек и на два месяца отправляю в Чечню. Каждому задание: сидеть около командира роты, батальона, около начальника штаба, командира части и записывать всё, что он делает. Вести рабочие тетради. Вернулись из командировки, написали учебно-методическое пособие «Выверка прицелов, проверка боя и приведение к нормальному бою артиллерийского вооружения». За малейшую ошибку в армии человек расплачивается жизнью. Не проверить оружие – значит послать солдат на верную смерть. Вторая методичка, которую мы выпустили, – «Пособие водителю по эксплуатации БТР – 80». Водитель должен до винтика знать свою машину.
В 90-х это были первые методички, которые помогли избежать потерь. Но нам нужны были учебники. Это основа высшего образования. И написали учебники для каждого факультета и кафедры. По кинологии, по вещевому и продовольственному обеспечению, справочник для участковых. Раньше такие учебники нигде не выходили. Больше 200 человек работали над выпуском. Мы стали базовым вузом по разработке всех методических рекомендаций по обучению войск.
– Всей стране пригодились пермские учебники?
– И не только стране. Китай, Украина, Белоруссия – все взяли на обучение наши учебники.
Успех системы
- Зачем генералу-лейтенанту защита кандидатской по экономике?
- Я уже был начальником МВД, когда вызвали на совет при министерстве просвещения и задали тот же вопрос. Что тут ответишь? «Есть из вас присутствующих хоть один, кто смотрел в глаза ребёнка, отцу или матери, когда отдавал тело убитого солдата?», - спрашиваю. Я несу ответственность за каждого солдата. От того, как я их подготовлю, зависит их жизнь. Один с академии генерального штаба хотел ещё вопрос задать. А я ему: «В Чечне был?». «Не был», - отвечает. «Тогда и говорить не о чем». Тема моей диссертации – «Совершенствование организации и принципов материально-технического обеспечения ОВД и внутренних войск, действующих в особых условиях».
- Начальником Главного управления внутренних дел Пермской области вас назначили в 1995 году. Как принял коллектив чужака?
- Пришел такой, сапог. Я ж военный. И пришёл со своими требованиями. А люди тогда привыкли работать по приказу, а не по должностным обязанностям. Что изволите - то и сделаем. До увольнений не дошло, люди поняли уровень ответственности и мы вышли на такие показатели, что ни до, ни после нас никто не достигал. Потому что выстроили систему. Система управляет, недаром говорят, что короля делает свита.
Чего не хватает нам в нашем государстве – это ответственных исполнителей.
- В 2000 году в Чечне у Джани-Ведено боевики напали на колонну Пермского ОМОНа и сотрудников милиции. Вы были на месте трагедии. Кто виновен в гибели наших земляков?
- Ребят там просто бросили. Я в Чеченскую республику ни одну группу неподготовленной не отправил. Сотрудники обязательно проходят методическую и практическую подготовку, знают, как вести оперативную работу. Но они не воевать едут, а для поддержания порядка. Что там, на дороге, могли сделать милиционеры, у которых только автоматы и по пять запасных магазинов? Военные должны были обеспечить авиационную и артиллерийскую поддержку, а также прикрепить к колонне авиационного наводчика. Но ничего этого сделано не было.
Ещё до трагедии мы ходили в школу, общались с местными. Я удивился, когда увидел, что местным раздают оружие, в том числе гранатомёты. Спросил, почему боевиков снабжают оружием? Мне ответили: «Это не боевики, а народное ополчение». Я познакомился с этим ополчением. Выстроились передо мной человек триста в американской форме, с оружием. С трёх сторон обступили. Заранее предупредил автоматчика: если что - стреляй без промедления.
Помню, когда приехал забирать убитых, за каждого попросили по мешку муки и по мешку сахара. Боевики не стеснялись торговаться. До сих пор живу с этой болью. Без отцов остались 64 ребёнка. Тогда Пермская область объединилась для помощи родственникам погибших. На каждого ребёнка открыли вклады в банке на 100 тысяч рублей под 25 %, вклад действовал до их совершеннолетия. Никакими деньгами людей не вернуть, но это хоть какая-то поддержка.
– Совет молодым офицерам: как сохранить честь мундира?
– Юлий Цезарь говорил своим приближённым: «Когда будете меня хоронить, смотрите, чтоб у меня руки вниз были опущены». «Почему?» – спрашивали его соратники. «Чтобы все видели, что я с собой ничего не взял». Нужно служить Отечеству и народу, а не собственным прихотям и желаниям. Честно исполнять должностные обязанности и не искать лёгкой службы.