«Пельмени в шампанском»: известные иркутяне о семейных традициях новогоднего застолья
Новогодние праздники напоминают рекурсивную хронику событий. Из года в год мы наряжаем елку, готовим оливье и смотрим по телеку старые комедии. Новый год – это шаг в будущее, но любим мы его за возможность вернуться в прошлое, привычное, устоявшееся. Как говорил Антон Павлович Чехов, «там хорошо, где нас нет: в прошлом нас уже нет, и оно кажется прекрасным».
Чем же запомнилось прошлое? Как изменилось меню новогоднего стола с советских времен? Какие блюда и напитки подавались к столу? Закрепились ли определенные семейные традиции? С благородной целью восстановить хроники новогоднего застолья корреспондент «Альтаира» обратился к известным иркутянам.
Денис Гук, шоумен:
– Откровенно говоря, я не особенно придаю значимость новогоднему столу, потому что чаще всего в эту ночь работаю, а с семьей отмечаю Новый год позже. Но момент самого праздника почему-то заложился со времен Советского Союза. С тех самых пор для меня на новогоднем столе нет ничего вкуснее бутербродов со шпротами и чесноком. Конечно, не обходится без легендарной красной икры, обязательно должно быть картофельное пюре, которое я тоже могу себе позволить практически раз в год, и котлеты. Для меня это сочетание – просто фантастическое. Круче ничего нет. Я всегда стараюсь просить родителей или любимую жену приготовить именно эти блюда.
Все эти фуа-гра нынче мы можем себе позволить, но это абсолютно не вдохновляет. Это как на Пасху: куличи, яйца. Некий определенный вкус и запах. Мой ежедневный рацион разнообразен, я могу пробовать самые разные блюда. Но в новогоднюю ночь хочется этого ощущения детства: мандарины, шпроты, икра на белом батоне и шампанское. Окунуться в чувство волшебной ночи. И чувства не обманывают. Ощущения те же самые. Очевидно, вкус тоже можно назвать «машиной времени».
Сергей Шмидт, политолог:
– Динамика блюд во многом определяется продолжительностью жизни отдельных родственников. Когда уходят родственники, уходят и фирменные блюда, традиционно подававшиеся к столу. В моей жизни был новогодний стол, когда была жива бабушка (мама моей мамы), и новогодний стол, после того как она ушла. Вместе с ней исчез определенный набор блюд, который никто даже не пытался готовить на ее уровне. В частности, еврейская фаршированная рыба или торт-безе.
Весьма любопытный момент – динамика безалкогольных напитков за столом. Поскольку в перестроечные времена исчезли из продажи соки в банках, то основой безалкогольного «запивона» стала иркутская минеральная вода. Это я очень хорошо запомнил. В 90-е годы я уже отмечал Новый год в дружеских компаниях. Тогда в фаворе был порошковый сок «Зуко», и мы гордились тем, что еще не опустились до уровня, когда приходится потреблять сок «Юпи». Для меня относительное благополучие второй половины 90-х – это 1996–1997 годы (перед дефолтом) – измерялось тем, что мы стали покупать под Новый год настоящие соки – «J7».
Что касается алкоголя, то тут все просто. В перестроечные годы это, по сути, была одна водка, в 1990-е годы – одна водка и недорогие вина для дам. Потребительская революция двухтысячных принесла на столы виски, коньяки, мартини, текилу. Наблюдая за содержимым столов, должен сказать, что, несмотря на кризисные ухудшения жизни в 2008, 2014 годах и проблемы с деньгами, люди продолжают покупать качественный алкоголь. Это очень интересная вещь: от чего человек отказывается, когда у него нет денег в кошельке.
Наша семья не соблюдала стандарт новогодней необходимости «оливье и селедка под шубой». До сознательного возраста лично у меня с этими салатами ассоциаций не было. А вот после того, как Советский Союз закончился, где бы я ни отмечал Новый год, дома или в гостях, всегда присутствовали эти два блюда. Из чего я делаю непопсовый вывод, что «оливье и селедка под шубой» – это постсоветская конструкция «советского». Но это гипотеза, основанная на личном опыте.
Юрий Багаев, журналист:
– Самый традиционный новогодний напиток, конечно, шампанское. Был только один год в советское время, это было в 1980-е, когда из-за страшного дефицита мне не удалось достать его на новогодний стол. На втором месте – более крепкие напитки, которые веселят душу и разогревают всю компанию. Что касается продуктов, то традиционное блюдо – селедка под шубой. Оно всегда присутствует на столе по одной простой причине: им всегда хорошо закусывать водку, а без водки тоже не обходится новогодний стол.
С годами гастрономические пристрастия меняются. В основном потому, что аппетит снижается. Но стоит сказать, что сборы на новогодний стол в советское время занимали страшное количество времени. Приходилось стоять в очередях, выпрашивать у знакомых продавцов или директоров магазинов какой-нибудь деликатесный продукт. А деликатесными были те продукты, о которых сегодня в таком ключе и подумать-то нельзя. Тогда не говорили «купить», тогда говорили «достать». Все эти хлопоты придавали некоторую горчинку празднику. Но зато когда новогодний стол наполнялся, он и радовал больше!
Еще была такая традиция: некое соревнование между семьями. Поскольку трудно было достать продукты, на Новый год каждый приносил что-нибудь свое. И мы, когда отправлялись в гости, всегда несли ту самую селедку под шубой: никто ее не мог приготовить лучше нас.
Я работал в газете, и перед Новым годом особенно ценились командировки на север Иркутской области: Бодайбо, Киренск или Усть-Илимск. То есть туда, где было так называемое северное снабжение. Там было много дефицитных продуктов. Например, редкие вина, в том числе болгарские. Можно было достать колбасу, даже конфеты. Если журналисту удавалось съездить в такую командировку перед Новым годом, то можно было о новогоднем столе особенно не беспокоиться. Конечно, главное было – подготовить хороший материал, но если удавалось продуктов достать, считай, ездил не зря.
Михаил Рожанский, социолог:
– На мой взгляд, практики новогоднего застолья – это история скорее возрастная, нежели связанная с эпохами. Что касается стола, то с советским временем для меня есть совершенно отчетливый контраст. В свое время я употреблял это выражение как метафору Сибири – «пельмени в шампанском». Потому что под Новый год было обязательной традицией держать на столе две вещи: шампанское, которое символизировало «европейскость», и пельмени, они скорее ассоциировались с Азией. Пельмени были национальным сибирским блюдом, готовились коллективно и выставлялись на мороз.
Со временем пельмени перестали быть частью непременного новогоднего меню, и метафора растворилась сама собой. Блюдо как новогоднее отходило на второй план и до наших дней уже не дошло. Слишком уж лепка пельменей – хлопотная история. Сейчас стол легко наполнить за счет простого похода в продуктовый магазин. Перестала быть непременным атрибутом праздника живая елка. Мы обходимся просто еловыми ветками как символом. В напитках вкусы сместились в сторону сухих вин. Новогодняя ночь перестала ассоциироваться с ситуацией «обильного стола», сегодня больше ценится разнообразие.
Владимир Матиенко, президент Федерации хоккея с мячом Иркутской области:
– Самое мое любимое блюдо на новогоднем столе – мясо по-французски. Я сам его готовлю. Салаты не люблю. Когда говорят про оливье, я этого не понимаю. Обязательно будет свежий хлеб «Дарницкий», чуть-чуть поджаристый, с маслом и икрой. А 1 января с утра – пельмени. Ну и какие пельмени без «150 граммов»?
Вадим Мельников / ИА «Альтаир»