В России с начала года пропало более восьми тысяч детей. Самые жуткие случаи похищений
Следственный комитет России озвучил жуткие цифры: с начала года, как стало известно в ходе совещания у главы СКР Александра Бастрыкина, в нашей стране были объявлены в розыск 8 383 детей, в прошлом – почти 13,6 тысячи.
И хоть большинство из них впоследствии нашлись (не уточняется, живыми или нет), но на данный момент место нахождения еще почти ста (!) несовершеннолетних не установлено.
Наибольшее число несовершеннолетних, находящихся в розыске в Московской, Свердловской, Иркутской, Нижегородской областях, Красноярском и Ставропольском краях. Основными причинами пропажи являются отсутствие надлежащего контроля за ними в социальных учреждениях для детей, конфликтные отношения между членами семьи, асоциальное поведение родителей, жестокое обращение с детьми, неблагоприятные условия жизни и ряд других.
– сообщила официальный представитель Следкома Светлана Петренко.
Царьград вспоминает самые резонансные происшествия, связанные с исчезновением детей в России, и разбирает обстоятельства, ставшие тому причиной.
«Потеряшки»
Такое бывает чаще всего. Наверное, каждому приходилось слышать, как в крупных торговых центрах объявляют: «Мальчик Петя (или девочка Маша), тебя ищут родители, они ожидают возле входа». И этих «потеряшек» находят быстро.
Но иногда происходят и более серьезные исчезновения, когда на уши поднимают всех – и волонтеров, и полицию, и общественность. Дело в том, что правоохранительные органы должны объявить ребенка в розыск сразу после поступления заявления, а родители, как правило, если такое случилось, идут в полицию сразу.
Бывает, что школьники сбегают из дома, получив плохую отметку, а потом, пошатавшись по улицам, возвращаются.
Случается, причиной бегства становится конфликт с родителями. Таких ищут обычно дольше, но тоже находят – на вокзалах, в торговых центрах, у знакомых и дальних родственников.
Нередко, это касается в основном подростков, они отправляются в «путешествие» в соседние города (иногда даже за сотни верст и в другие регионы) – или, познакомившись через соцсети с кавалером (или барышней), или чтобы проявить независимость. И тогда их могут искать неделями.
Но хуже, если дети исчезают неожиданно где-нибудь на улице. Как это было, скажем, буквально на днях в Москве: 11-летний мальчик пропал с детской площадки возле дома. Мать в панике бросилась звонить в полицию, фотографии школьника тут же разлетелись по всем постам и патрульным. Возбудили уголовное дело по статье «Убийство», поскольку следователи обязаны предположить даже самое плохое.
И он нашелся – живым и здоровым, возле станции метро «Семеновская»: парнишка объяснил потом, что отправился погулять и заблудился.
А в деревнях и селах нередко приходится искать местных сорванцов по лесам, куда они отправились по грибы и не смогли найти дорогу назад.
Фото: kreatorex/ Shutterstock.com
Так это было с 3-летним Колей Бархатовым в минувшем августе: паренек, которого родители оставили в машине, отлучившись в тайгу за ягодами, решил пойти за ними и потерялся. Он почти трое суток (!) один провел в чаще, пока его, наконец, не отыскали.
Семейные разборки
Банальное выяснение отношений между родителями, которые разругавшись вдрызг, начинают делить ребенка – с кем он будет жить и почему, увы, часто приводит к таким последствиям.
Особенно, если суд, что бывает чаще всего, постановил определить место жительства несовершеннолетнего с матерью, а отец считает, что это несправедливо.
Однажды, например, в одном южно-российском городе бывший спортсмен, титулованный боксер, похитил 4-летнего сына, силой ворвавшись в дом к экс-супруге, и уехал с ним к себе на родину в Узбекистан. Оттуда, к слову, подал весточку, что, мол, все в порядке, но парень – мужчина, поэтому должен жить с ним, потому что только он сможет его нормально воспитать.
Полгода ребенка не могли забрать. Помогло только то, что в дело вмешались «уважаемые люди» из спортивной среды, которые убедили отца вернуть сына матери – в Россию, гарантировав, что ему будут давать с ним видеться в определенные дни.
Но порой бывает куда страшнее. В Башкирии, например, в конце августа был кошмарный случай. 28-летняя Юлия Хабирова, расставшись с первым мужем и вознамерившись устроить личное счастье с новым ухажером, неожиданно решила, что ее годовалый сынишка Тимур от первого брака ей будет в этом мешать. И закопала его, заживо, завернув в одеяло, под кучей навоза. А в полицию заявила, что ребенка похитил родной отец.
Фото: Brad Vest/Globallookpress
Трое суток Тимку искали всем миром – сотни людей излазили округу по метру, даже в местном пруду все дно обследовали.
Но потом, видимо, Юлия просто сломалась – не выдержала. И во всем призналась.
«Маугли»: маленькие рабы
Про «детей-маугли» истории периодически всплывают в Интернете. И речь, в том числе, о тех, кто был похищен и воспитывался в нечеловеческих условиях.
Как это было, допустим, с Василием Мусофановым из города Шахты Ростовской области, которого в шестилетнем возрасте на местном рынке украли цыгане, увезли в свой табор, перекрасили его из блондина в брюнета, назвали Митькой и переправили в Волгоград. Там он сначала собирал металлолом для своей новой цыганской семьи, просил милостыню, бродяжничал, ну а потом – дал деру, устав от такой жизни.
Вскрылось все совершенно случайно спустя аж 16 лет. Его прихватил за мелкое хулиганство участковый, и когда русый парень славянской внешности назвался цыганом Митькой Михаем, въедливый «околоточный» не поверил и решил разобраться. Стал сверять по спискам пропавших, а у парня обнаружилась особая примета – родинка на груди, да еще и необычной формы. Полицейский не поленился забраться в архивы, отыскал старую ориентировку по розыску без вести пропавшего Васи Мусофранова и связался с коллегами из Шахт.
Мать Василия к тому времени, как выяснилась, спилась с горя и умерла где-то в овраге, розыскное дело закрыли, но после звонка участкового – возобновили. И установили истину.
Правда, вернуться к нормальной жизни Вася, он же Митька, так и не смог: родная сестра попыталась было вернуть его в «цивилизацию», с помощью добрых людей одела-обула, но вот жить в таких условиях парень не смог. И снова подался в бега.
Случаются, однако, и по-настоящему страшные истории. Буквально пару дней назад суд в Москве вынес приговор педофилу, который целых десять лет держал у себя в качестве раба похищенного им в 9-летнем возрасте мальчика. Подозреваемый не выпускал его из дома и регулярно извращался.
Его осудили на 20 лет колонии строгого режима. А сам молодой человек рассказал, что родителей уже не помнит, и как жить дальше — не знает.
Подмена
Да, такое тоже существует. Ярким и жестоким примером тому служит история с похищением 3-летнего Тимура в маленьком городке Морозовск в Ростовской области в мае 2017 года.
Все произошло буквально средь бела дня в самом центре города.
На прогуливавшуюся с Тимуром и еще двумя внучками по улице бабушку накинулись, выпрыгнув из старенькой «семерки», двое, мужчина и женщина. Брызнули ей в лицо из газового баллончика, схватили малыша, запихнули его в салон машины и, дав по газам, рванули прочь.
Это были супруги Андрей и Наталья Павловы (ей 47 лет, ему 48). Родители, на минутку, шестерых детей – двоих собственных (они уже взрослые) и четверых приемных.
Точнее, приемных изначально было четверо: один из них трагически погиб по вине Павловых: у 4-летнего Егора, который прожил в этой семье всего год, однажды началось сильное недомогание, и его начали лечить «водными процедурами», но Наталья не рассчитала температуру воды, и ребенка буквально обварили. От ожогов парнишка скончался.
Признаваться, понимая, что последует наказание, Павловы не стали, а потихоньку отнесли маленький труп за огород и там же закопали. Всем домашним велели говорить, что он заболел, и его увезли на лечение.
И вот однажды, приехав за покупками в Морозовск, они, заприметив мальчугана, похожего на умершего страшной смертью Егорку – росточком, телосложением, светлыми волосами, и решили похитить, – чтобы подменить покойного ребенка живым.
Но просчитались. Цвет, а также цифру «7» на госномере автомобиля запомнил случайный прохожий. И полицейские, сверив записи с камер наблюдения, сумели установить владельца. Дальше – дело техники и оперативной работы.
Вычислили дом, устроили засаду. Однако врываться, подвергая опасности жизнь не только Тимура, но и остальных детей, не стали. Двое сотрудниц, под видом соцработниц, открыто подъехали к воротам, постучались и сообщили вышедшим их встречать Павловым, что просто приехали проверить условия проживания приемных детей.
Но когда «соцработницам» предъявили украденного трехлетнего Тимура, назвав его Егором, вышел прокол: парнишка наотрез отказывался называть Андрея отцом, а потом и вовсе стал плакать и кричать: «Это чужие люди! Моего папу зовут Саша!».
Павловых задержали, а малыша вернули донельзя перепуганным родителям: он еще долгое время не мог прийти в себя, вскакивая по ночам.
Чернышковский районный суд Волгоградской области приговорил Наталью Павлову к семи годам лишения свободы в колонии общего режима, а Андрея Павлова – к шести годам зоны строгого режима.
Фото: Ralph Kerpa/Globallookpress
Ради выкупа
К сожалению, здесь жути еще больше.
Похитители действуют, как правило, устойчивыми группами, в которых конкретно распределены роли. Тщательно выбирают «объект», оценивая состоятельность семьи, у которой они намереваются похитить ребенка, разрабатывают подробный план, предусматривают пути отступления, способ последующего контактирования с родителями.
Так поступала, допустим, банда Паука – некоего Руслана Бакиева, в Самаре. Сам он сидел, к слову, в этом время в колонии, отбывая срок за убийство, и оттуда, собственно, и занимался организацией преступлений по похищениям детей. Все просто: раздобыл смартфон и шерстил социальные сети, вычисляя жертв (кто родители, в какой садик ходят малыши и т. д.), а потом разрабатывал план операции и передавал его сообщникам на воле.
Главной помощницей Паука была его гражданская супруга Екатерина Косырева, а помогали ей пятеро бывших уголовников, с которыми Бакиев ранее познакомился на зоне.
Первый наскок, впрочем, провалился. Бакеив наметил себе цель в виде воспитанника детсада в Тольятти, родители которого показались ему обеспеченными людьми (папа – сотрудник банка). Разузнал нужные подробности о графике работы дошкольного учреждения, позвонил туда от имени отца мальчика и предупредил, что его в этот день заберет «тетя», но – в тот раз помогла бдительность воспитательницы.
Когда Косырева пришла в детсад, ее вид – замотанное чуть не до носа шарфом лицо и нервозность – вызвали подозрения. И воспитательница наотрез отказалась отдавать ей ребенка.
А вот во второй раз все сложилось. Паук сумел через неофициальную группу сотрудников Сбербанка во ВКонтакте втереться в доверие управляющей банковским отделением в городе Кинель Самарской области. Вел с ней задушевные разговоры от имени матери-одиночки, выясняя нужные подробности об ее ребенке: про садик, распорядок дня и прочее.
И вот, однажды зимним утром, в полвосьмого утра, когда женщина вывела детей из подъезда, чтобы отвести дочку в школу, а сына в детсад, к ним подлетела «Приора», из которой выскочили мужик и женщина в медицинских масках. Схватили Диму, запихнули в машину и моментально сорвались прочь.
Найти преступников по горячим следам не удалось. А всего через полчаса банкирше пришло смс-сообщение: «Ребенок похищен. Если хотите увидеть его живым, вы должны заплатить 2 миллиона рублей».
Бандиты, к счастью, решили на заморачиваться со шпионскими поворотами, скрывая ребенка в лесных чащах или заброшенных подвалах, а просто высадили его в подъезде многоэтажки на окраине Самары.
«Думали, что деньги привезут быстрее, чем его найдут», – объяснила потом Косырева.
Но получилось иначе: продрогшего и заплаканного Димку нашли раньше. Правда, искомую сумму все-таки пришлось изыскать (ее взяли из кассы), но зато при передаче денег преступников задержали.