Русы. Кимры (анты). Аланы. Ярусланы.
В 5 веке до н.э. царь Замах сын царя Свята и внук царя Маха становится инициатором постройки Городищенской Руси в районе Северского Донца. Однако роды и племена руссов вновь стали обособляться «и стали с тех пор Словены и Русы раздельными»
Рядом с Руссами появляются новые рода Ярусланов (в будущем вместе с родами Джигов они составят основу современных Адыгейцев). Это дружественный и даже братский народ по отношению к Русам.
Когда в степях стало много врагов, Ярусланы примкнули к Руссам и вместе сражались на поле брани и вместе справляли Тризны по убитым. Русы, приглашали Ярусланов даже себе в князья. В сказах объясняется происхождение понятия Я-РУС-ЛАНЬ: «когда-то была война великая с Ланями (потомки родов Новояров пришедших на Кавказ ещё со Старым Орием) в степи, и Лани Щуров побили на той войне... А потом стали мирно жить с Руссами и поженили молодых хлопцев на своих девчатах, и с тех пор Русы-Лани сталися». И дети их говорили на двух языках, «однако ж, они себя тоже Руссами почитали». То есть это была смешанная русо-аланская ветвь, соединившая в кровном родстве два народа. Они были «темавые», т.е. темноволосые, но помнили своё родство с Руссами. Но так как род Руссов и род Аланов считались изошедшими от древнего рода Яров, пришедшего на Кавказ ещё с Родами старого Ория 20 тысяч лет назад, то в начале родового имени они добавляли «Я».
В 422г. до н.э. в Крымские степи во времена правления царя Оставра («тавр» - «бык», племена тавров (ставров), занимались в основном разведением крупного рогатого скота) прапрабабкой которого была царица Сиромаха, с запада (на кораблях) переселилась новая большая группа руссов –Комырей (кимров).
В «Истории войн» византийский летописец Прокопий Кесарийский рассказывая о происхождении гуннов утверждает, что они как раз и есть потомки вновь прибывших в азовские степи киммерийцев. Он начинает так: «В старом времени гунны, которых тогда называли киммерийцами, жили у Азовского моря и все подчинялись одному царю...»
392- 390г. до н.э. русы предпринимают поход на Рим, захватывают его и разрушают. Князь Атей объединяет разрозненные царства руссов. «Атей, воевавший с Филиппом, сыном Аминты, кажется, господствовал над всеми здешними варварами», - так писал о нем Страбон.
Есть несколько серебряных монет, отчеканенных в одном из городов Причерноморья, с необычным изображением. Всадник – казак, на полном скаку осадив коня, бросив уздечку, поднял свой тяжелый лук, прицеливаясь в невидимого нам врага. Одет всадник как простой воин — на нем нет роскошных одежд. Надпись на монетах читается хорошо — «Атей». Как подчеркивают современники, Атей внешне ничем не отличался от простого казака. Когда к Атею прибыли послы Филиппа Македонского — отца Александра Великого, — он встретил их, чистя своего боевого коня. В 339 г. до н.э. в возрасте 90 лет Атей погибает в засаде на Дунае.
В 335 году князь руссов Зарин в жестокой сече не далеко от Белгорода (устье Днестра) разбивает многотысячную армию Александра Македонского, сам Александр спасается бегством. В 331 г до н. э. Зарин опять разбивает войска Александра Македонского теперь ведомые его лучшим полководцем Запирионом, который с тридцатью тысячами воинов, «не желая оставаться в бездействии», предпринял поход в Скифию. Он был уничтожен вместе со всем своим войском.
В 309г. до н.э. В приазовье у р. Кубань происходит крупная междоусобная война между братьями князем Сатиром и Евмелом (союзником Евмела был кубанский царь Арифан). После ряда сражений Евмел берет власть в свои руки и строит крепость при впадении Дона в Азов которая станет будущей казачьей столицей под названием Белая Вежа. А.Лызлов пишет в 17 веке о развалинах этого города так: «...Знатный и мощный там бывал град некогда, это познается от стен оставшихся. Иже стоит на реке Дон, десять верст от устия, где тот в море впадает. На другой стороне реки Дон, стоит городок Азак (сейчас Азов), и от него же в десяти верстах есть колодезь воды смердящей, там же и капище поганское древнее (не будем забывать что Лызлов был христианином)».
А в далекой сибирской прародине откуда изошли все белые народы, в это время жизнь тоже не останавливалась. Оставшиеся там рода славян, боролись с Аримами (китайцы), вели торговлю, строили новые капища. Смотрим документы.
Велес книга
«Новояры идут (происходят) от старого Ория ( то есть они потомки тех переселенцев которые пришли в степи 20000 лет назад и выжили после катаклизмов), и были также Русичи, и шли до полдня (юг) и там ходили по степям 10 веков. То есть тоже Русы. Избирают князей своих роды, заботясь каждый о племени своем, и князья выбирают старшего князя. И это есть от отцов. И так живут в земле этой, если враги приходят на них, то там избивают оных. …. И поле то стало Русским. Новояры были там до ныне, и земля та наша от мечей и крови пролитой за неё.
И Эллины сказали князю старшему нашему, что повинуются ему, и не хотят до земли Неров ходить. И брат его отрок Олань (Алан) пусть берега морские имеет. (Алан, возможный Родоначальник рода Аланов, которые являются потомками Новояров, из родов Старого Ория,— они предки современных осетин, которые состоят из родов Аланов и родов Ясов-Асов)
Из сибирских летописей староверов
В Лето 5878 (370 г. н.э.), по смерти Хария Предвечного, Круг Ведичей избрал Руслана Патер Дием. По его указанию, в память Патер Дия Хария Предвечного было решено основать Святилище на берегу х’Арийского моря (озеро Байкал)….
В Лето 5890 (382 г. н.э.), во время своего пребывания в х’Арийском Святилище, Руслан, вместе с общинными дружинниками и отрядами штурмвоев отразили Ариманский набег, коий Аримы использовали для угона скота и разрушения Святынь….
В Лето 5893 (385 г. н.э.) в х’Арийском Святилище, в котором находился Руслан-Воитель, прибыли посланцы Раданов Народа Дракона, дабы принести дары Верховному Жрецу и испросить изволения его на прохождение караванов в дальние страны, по заходу Ярилы-Солнца лежащие
Во время Великого ПОСТа, в Лето 5896 (388 г. н.э.) Аримы напали на х’Арийское Святилище, дабы похитить все сокровища хранимые там. Аримское войско привёл Радан Ун Линь, и воинов с ним было полтьмы…. Патер Дий Руслан-Воитель погиб, защищая женщин, стариков и детей, ибо его тело с мечом в руке, рядом с двумя погибшими воинами, лежало на крышке подплитного лаза, ведущего в нижнее Святилище….
СКАЗАНИЕ ПРО ЦАРЯ ЗАМАХА
Во времена давние-прадавние, когда ещё Пращуры живы были, правил у них царь Замах, сын Свята. А Свят-царь был сыном царя Маха. А Мах был сыном царя Гура, который тоже был сыном царей русских.
Так царь Замах, внук Махов, всех славян имел под рукой. И стали разные Роды и Племена от Замаха отделяться и селиться, чтоб быть отдельными.
Созвал Замах всех царей и князей и спросил, кто согласен остаться под его рукой. И набралось больше половины согласных, а меньшая - несогласных. Велел тогда Замах сыну:
- Неси мой меч! Буду с несогласными биться! Засмеялись те:
- Что ж ты один станешь против всех нас?
- Один, да ещё боги со мной будут, те, что славянам вместе жить повелели. И меч у меня не простой, а Меч-Кладенец, тот самый, что Перун с неба когда-то Пращурам кинул, и кто его имеет, побивает всех до единого!
Встал Замах против отшельников и начал биться с ними, и сражались они так до самого вечера. Убил Замах нескольких насмерть, а остальные сказали:
- Воистину ты силу имеешь божескую, значит, подчинимся тебе!
И велел Замах ставить с полудня своей земли деревянные города.
- Ни с восхода, ни с захода не имеем мы сильных врагов, с полуночи Русь Сиверская помогает, а с полудня всегда приходят враги могучие и неведомые. Посему надо отгородиться от них.
И стали Русы возводить города - великие грады и малые, городища и городки, - и так сотворил Замах Русь Городищенскую, которая служила укрытием и защитой от всяких нежданных врагов.
И пришли как-то к Замаху люди с полуденного захода и сказали:
- От Волыни пришли мы, от Хорпов Горянских, от Карпат-горы и Дуная синего. Дед твой Мах всех славян до купы собрал, над всеми владычил и никому не давал спуску. Ты же о нас не радеешь, а Словены тебя и вовсе не слушаются.
Послал с ними Замах сына своего Замашко-царевича, чтобы ладу в тех землях дал и Словенов до купы пригорнул. Да пошла там война великая, и сгинул в ней Замашко-царевич. А Словены окончательно отреклись от Руссов и стали жить обособленно.
Узнал про то Замах, разгневался, хотел другого сына послать - Борилу-царевича. Да сказали старые Родичи, что не годится посылать на смерть и другого сына. Ежели Замашко-царевича не послушались, то не станут слушать и Борилу Замаховича.
И стали с тех пор Словены и Русы раздельными.
СКАЗАНИЕ ПРО ЦАРЯ ЗАМАШИЧА
Ой, почто Мать Сыра-Земля гудит, ой почто лес-трава дрожит, ой почто в степи пыль стоит, что стряслось там и что содеялось, и почто Земля-Мать Сыра в ночи плачет?
Так рекли внукам Деды старые и заставляли Землю-Мать слушать ухом, а потом посылали к царю Замашичу рассказать про то земледрожание.
А те прибегали к царю и видели, что царь Замашич сам Землю слушает и говорит, что это Русь Городищенская с врагом бьётся, и надо завтра на Зорьке Красной ей на помощь идти.
И выходили полки на Зорьке, и видели дым в степи, и когда подходили к Городищам, видели множество злых врагов, что у стен с Городищанами бились и повергали их на землю во множестве.
И накинулась тут на них Замашича конница, как ветер буйный на врагов налетела, стала сечь их, будто траву, бить-рубить, наземь сбрасывать, лошадьми топтать и мечом пронзать.
И когда закончилась сеча, увидели Русы, что Городищан мало осталось, едва половина, а рядом с ними чужие стоят, что так же дерзко с врагами сражались. И спрашивал Замах про людей тех, и отвечали ему Городищенцы:
-Сии люди с нами Братскую Чашу пили и вместе ворога злого били. Вон те рудые-рыжие Скоча (Скоты) будут, а темавые - Яруслань наша, Русы вольные, что в степи ходят и стада свои на травах выгуливают.
Привечал царь Замашич чужих князей, до воза своего звал, угощал. А раненых велел лековать-оздаравливать, а воинов их накормить-напоить и дать в дорогу припасов.
И с тех пор Яруслань стала с нами, а до того отдельно была всегда, сама в степи жила, стада водила, говяд плодила, гуляла.
С того времени и Скоча с Городищенской Русью в союз вступила и от врагов за стенами городищ пряталась и помогала оборону держать.
СКАЗАНИЕ ПРО ГАБАЙ-КНЯЗЯ ОЛАНСКОГО
Когда ещё в степях не было Комырей, да уже были Оланцы недолго, приехали Греки и нагородили градов на берегу нашего моря Русского. Сели в тех градах за стены и зовут на Торг всех Руссов, а также Оланцев и Куманю. А Торжищем тем Греки ведают, и ежели давали за корову чувал соли, то скоро стали давать за неё половину. И ежели давали два аршина оксамиту, так теде дают один аршин. И чем выше стены града кладут, тем меньшую цену дают за узбожь. А на шкуры, какие брали досель, днесь и глядеть не хотят Греки.
Поведал про то царь-Габай Оланский царю Куманскому Кумеху, и стали думать они, как Грекам супротив стать. Прискакал к ним ещё и царь Кощобский со своими Костобокими и сказал, что ежели грекам не противиться, то они скоро задарма станут узбожь-товар брать.
И послал Габай-царь гонцов во все концы собирать степных царей-князей, чтоб всем вместе решать, как быть с Греками.
И велел он для гостей забить десять коров, зарезать двадцать молодых овец, насобирать щавеля, катрана, прочих Кореньев и наварить пять мешков зерна.
Первыми три брата Суны приехали и рассказали, что видели в степях кости высохшие - головы старые, щелепы ощереные, может то ещё Веда (Венеды) Русская с врагами билась. И приехали с князьями-Сунами люди их, и были среди них такие, что Руссов не понимали, а иные могли с Руссами говорить. А Суной звались они, потому что так прежде Солнце наше называлось.
И приехали с ними Костобцы, а потом Языги собрались, и Забродня Куманская, которая хотя Руссов ещё разумела, да уже покуманилась до конца. И всего приехало тридцать Племён, а в каждом Племени пять-шесть Родов, а в каждом Роду - сотня-другая людей.
И расселись они вокруг кострищ великих, стали пировать, рога с мёдом к небу вздымать. И взял царь-Габай первое слово.
- Братья, - рек он, - князья-цари степные! Поглядите вокруг - нету с нами многих Родов, куда они исчезли? А они похищены Греками и отрочат в чужой земле. Где их семьи, где их родные? Убиты они и замучены в тяжкой неволе. Дойдёт черёд и до нас, ежели не истребим города греческие, какие на нашей земле расплодились!
И вздохнул тяжко старый князь Бачун, воевода Оланский, и так ответствовал:
- Греков можно побить, брате мой, ежели друг за дружку держаться, а у нас часто Ладу нет. Сколько раз уже степные народы с Греками бились, да терпели от них поражение. Ещё за часы Маха, когда Русы вместе были, и единое Слово имели, и когда царица Сиромахова Киряку-царя била, уже в те времена Греки на Торжища приезжали и оглядывали наши земли, чтоб осесть на берегах моря Русского, и грады свои возводили. И сражались с ними Русы, и грады их рушили, а Греки ещё сильней становились и наши грады захватывали. Надобно за море идти и рушить грады их в земле Греческой!
И одобрили все те слова, и часть степных народов пошла посуху, а потом через Дунай в землю Греческую, а другие делали чайки-лодии и шли в море и за море, и гуляли там не день и не два, а три полных месяца землю вражескую разоряли, огнём жгли и грабили дерзко. Потом домой воротились, добра навезли. Собрались опять Племенами, и Габай-царь читал им списы (ещё одно из подтверждений что письменность и грамотность у наших народов была на высоком уровне) про ту войну, как ходили они в Трапезун и Царь-град Греческий. Читал списы, колико богатства взяли, а колико сребра, злата, драга каменья, а колико бархату, сукна привезли. И ежели потеряли кого, тоже записано было, какие воеводы убиты и сколько воинов, и из каких Родов были люди те.
И рек им Габай-царь:
-Не сгубила города Греческие сия война, не в Царьграде и Трапезуне сила Греческая таится, а ещё дальше от Царьграда по полудне - в Милете, Йоне и других коренных градах, от каких, как бурьян в степи, новые ростки поднимаются.
И на то цари-князья соглашались, и пили вместе из Братины, и новые войска собирали, строили аж три тысячи лодий, и шли за море греческие города руйновать.
А когда вернулись назад, узнали, что Волохи напали на Лужичей и людей их тысячами угнали в отрочество, и многие греческие города не пощадили.
И с тех пор ослабели Ольва (находилась Ольвия на берегу Днепровского лимана) и Хорсунь, и долго на Русь за отроками не ходили Греки, людей не угоняли, русских сёл не жгли и полей не вытаптывали, как раньше.
СКАЗАНИЕ ПРО ЦАРЯ ОСТАВРА
В ту древнюю старину, что поросла травой-чернобыльником, так что даже самый старый Дед или Баба не могут сказать, когда то было, в те часы-времена, когда Пращуры жили в степях у лесов, охотничали, землю деревом драли, ячмень-просо сеяли и разводили говяд - коров и быков, а когда спорились - под Перуновым Дубом судились, - в те прадавние времена и случилось это событие.
Жил себе в степях, что на полудень от леса, царь руссов Оставр. Люди его гоняли в степи скотину - быков, овец, коней. И были они храбрыми, крепко сидели в седле, врагов не боялись, а царя слушались.
Ежели пошлёт кого Оставр с поручением, тот день и ночь скачет, пока не передаст царёв наказ всем людям. А у костра сядет - песни поёт про дела стародавние, про царей и богатырей. И недаром шлёт ему царь ковш вина греческого, и недаром тот ковш серебряный ему в награду даёт, потому как знает Певец обо всём, что надобно, - чему молодых учить и чем старых тешить.
Шлёт царь Певцу кусок мяса лепший - шлёт баранину с зелёной цыбулею (лук). Тот мясо ест, вино пьёт, и опять песню заводит про дела давние и подвиги славные. Царь Оставр ему усмехается и про Деда своего с Прадедом слушает, как те доблестно с врагами сражались и как одолели они супостата могучего.
«Ой, ты гой еси, царь Оставр наш, мудрый царь и великий! Славен будь, как Прапрабаба твоя, как Прапрабаба царица Мать-Сиромахова, что Киряку-царя, кровь русскую лившего, покарала, самого кровью досыта напоила, а потом сняла напрочь голову! И от Дурия-царя, что приходил с Вайлами, она вместе с Каныш-царём наши степи избавила! Будь и ты мужественным, царь Оставр, потому как слух отовсюду стекается, - с захода солнца народ новый в степи пришёл, и что будет с нами - неведомо...»
Услышали ту весть люди, пригорюнились, а царь Оставр челом нахмурился и ответствовал: «Придут враги - будем биться, но и дожидаться их, сложа руки, тоже не станем».
И велел Оставр в ту же ночь собираться, баранам ноги вязать, на возы укладывать, коней седлать, и прежде чем хворост в кострах прогорит, отправляться к полуночи.
Поднялись все, в один миг уложились, стада погнали, а Оставр с конной дружиной обоз замкнул.
Через два-три дня стало видно, как над заходом сгустилась чёрная туча. И росла та туча и ширилась, будто всё небо закрыть хотела. И бежали оттуда зайцы, лисы, козы, быки буй-туры, и сагайдаки скакали вместе с волками, и птицы всякие летели встревоженные, и прочие звери спасались большие и малые.
Хотел Оставр с дружиной своей навстречу туче скакать, чтоб самому увидеть врага, и какой тот владеет силою. Да увидел он в поле Дуб, а на Дубе том сидел-посиживал чёрный Ворон. И был то не просто Ворон, а Птица Вещая, и прокаркал он слово грозное, а потом снялся и полетел к полуночи.
Разумел Оставр язык птиц и зверей, и понял он упреждение, что идёт-приближается Лихо великое, какое лепше не видеть, не слышать, а уносить поскорее ноги.
И погнал он обозы дальше к полуночи. День и ночь скачет, отдыхать не велит. Притомились кони, шагом пошли. Покормят их наспех овсом, дадут травы, напоят и гонят опять вперёд.
Спотыкаться начали кони, тяжело дышать и шататься - надо дать им хоть день единый для отдыха! Велел Оставр в перелеске раскинуть Стан, чтоб кони травы зелёной поели досыта и воды чистой живой попили вволю.
Тут видит Оставр - чьи-то стада бегут, ревут, землю роют, а следом - возы запряжённые с баранами, овцами, жёнами и детьми. А там всадники скачут и кричат Оставру-царю: «Возьми нас с собой, у нас царя больше нету, остался в поле лежать... Идут Комыри (кимры-анты)! Комыри всех убивают, скотину берут, и не видно им ни конца, ни краю!»
Прибилось к ставрам много людей, и велел царь возам и стадам в лесу укрыться, а всем ратным людям к обороне готовиться.
Выстроили Русы конницу. Скоро и враг пришёл, - враг чужой и числом немереный. Стал он в поле и выслал к царю послов. Пришли послы от Комырей, стали говорить, а Русы всё понимают (то есть анты даже живя на чужбине сохранили родной язык ).
- Нам степь нужна, мы хотим осесть на этой земле!
- А тут я живу, русский царь, - отвечал Оставр, - эти степи мои, а дальше одни леса...
Поскакали Комыри назад, к своему царю. Потом вернулись и передали:
- Будем биться! Кто одолеет - того и степи!
И началась великая сеча: три дня бились, одолеть не могли. Да видит Оставр, что Комырей - сила, а ставров с беглыми людьми совсем мало осталось. И велел он в леса подаваться, что будешь делать, если злая Беда пришла вместе с Лихами?
А Комыри изловили в степи последних овец и коров, развели костры, стали пить-есть, песни запели. К Оставру же всадники скачут, говорят, что Комыри в лес пришли, а обороняться от них уже нечем.
Собрал Оставр Ратную Раду, стали думать-решать, как быть.
Потом вышел Оставр к Комырям и сказал, что подчиняется им и отдаёт всех овец и баранов и каждую третью корову из стад, только чтоб Комыри Русам жизнь оставили и не разоряли дотла.
Согласились Комыри, вернулись в степь. А всех, кто там раньше жил, будто огромной метлой повымело, только возы поломанные да люди лежат искалеченные - кто без рук, кто без ног, кто, истекая кровью, к воде ползёт утолить предсмертную жажду, а про остальное уже не думает.
Собирал Оставр всех живых, покалеченных, лечил, поил-кормил, успокаивал. И так помалу жизнь стала налаживаться.
И были Русы, Щуры наши, под Комырями, с ними мир и войну вместе держали и наказа их слушались строгого. И когда шли Комыри (русы-анты) войною на Волохов, то и ставр-русы шли с ними биться. И побили Волохов Комыри, и на других народов нагнали страха великого.
И долго-предолго Комыри были над нами. И были они нашей веры и нашего языка, только с далёкого краю пришли на Русь (с северной Африки). И были на них жупаны бараньи, а у тех, у жупанов, комыри высокие. И шаблюки у них были гострые, из железа прудкого кованые, и против них ничто медное не держалось совсем. Так это было.
СКАЗАНИЕ ПРО ВОЙНУ ЦАРЯ ПОДОПРИГОРЫ
С ЦАРЕМ ПОКОТИГОРОЙ
Когда Щуры наши с Пращурами ещё в длинных сорочках бегали, а Прабабы шерсть-волну на возах пряли, был над Руссами царь Колыба.
Тот Колыба-царь жил мирно, ни с кем воевать не любил, однако ж людей своих в руках крепко держал, споры разбирал, обиженных защищал и дозволял им своих обидчиков по Прави наказывать. И потому тихо было у наших Пращуров, редко драки и свары случались, а больше было лада в Родах.
А в степях на полдень жили два царя, тот что у горы-Подопригора, а за горой - Покотигора. И люди были у них смешанные, и Русы там были, что поженились на чужих девчатах, и дети у них на двух языках говорили, однако ж, они себя тоже Руссами почитали.