«Судья удовлетворила наш иск»: жительница Хакасии добилась права воспитывать родного сына
Жительница Хакасии Марина Зуева, о которой рассказывал RT, отстояла в суде право воспитывать 11-летнего сына. Органы опеки изъяли у неё ребёнка, посчитав, что она подвергает его опасности. Женщина отказывалась подписывать соглашение о госпитализации мальчика, когда у него диагностировали энурез. Также социальную службу не устраивали условия проживания семьи. Зуева доказала в суде, что заботилась о сыне, и смогла сделать в квартире ремонт, несмотря на стеснённое финансовое положение.
Аскизский районный суд в Хакасии снял ограничение в родительских правах с 52-летней Марины Зуевой, у которой два года назад органы опеки изъяли малолетнего сына. Об этом RT сообщил её адвокат Вячеслав Бушкин.
«Судья удовлетворила наш иск о снятии ограничений в родительских правах, но отказалась удовлетворить ходатайство о том, чтобы это решение вступило в силу немедленно», — рассказал RT адвокат.
Кроме того, суд выслушал мнение самого мальчика, который заявил, что хочет жить с мамой.
Сама обратилась в прокуратуру
Марину Зуеву ограничили в родительских правах по требованию прокуратуры в феврале 2018 года. За несколько месяцев до этого у её сына Ромы (имя изменено) на обязательном медицинском осмотре диагностировали энурез дневной и ночной невротический и задержку психического развития до уровня лёгкой умственной отсталости.
Марине сообщили, что мальчику необходимо стационарное лечение в больнице и прохождение психолого-медико-педагогической комиссии. Но она написала отказ от госпитализации.
«Я тогда вообще не знала, что энурез надо лечить. У меня две старшие дочери, у одной из них тоже это было, и ничего — постепенно само прошло», — рассказала женщина RT.
По словам Марины, на госпитализацию ребёнка она всё же согласилась — после угроз опеки изъять сына.
При этом, по словам Зуевой, к ней каждый день стали приходить проверяющие из разных организаций.
Женщина обратилась в прокуратуру с просьбой разобраться в ситуации. Жалоба принесла обратный результат. Прокурор потребовал ограничить её в родительских правах.
В феврале 2018 года Аскизский районный суд Хакасии постановил, что проживание мальчика с матерью «вследствие действий (бездействия) последней является опасным для ребёнка». Также было отмечено, что в квартире Зуевой неудовлетворительные санитарно-бытовые условия: «Дома прохладно, в квартире присутствует неприятный запах, требуется капитальный ремонт».
Ребёнка отправили в реабилитационный центр. Старшие дочери Марины хотели забрать мальчика под опеку, но им было отказано. Чиновники посчитали, что ни одна из них не может взять на себя эту ответственность.
В итоге опекуном Ромы стал сожитель свекрови старшей дочери Марины — Анатолий Дурнев, который живёт в посёлке Рощинском в Красноярском крае. По словам Марины, до этого ни она, ни мальчик с ним не общались.
Сейчас ребёнок видится со старшей сестрой, которая живёт в соседнем доме с опекуном. Зуева тоже приезжает к сыну, но редко — на дорогу у неё уходит около десяти часов.
100 тыс. на ремонт
Всё это время Зуева пыталась обжаловать решение суда, а также обустраивала квартиру. Хотя, по мнению адвоката Вячеслава Бушкина, именно органы опеки и должны были помочь женщине наладить быт.
«Например, опека заявила, что дома грязно и плохо пахнет. В старом двухэтажном доме протекает крыша, из-за этого от потолка отлетела штукатурка, её остатки и деревянная труха осыпаются на пол. Опека должна была обратиться к администрации посёлка, чтобы крышу починили, а прокуратура — проследить за исполнением рекомендаций. Ведь сама Марина не обязана чинить крышу, тем более что в месяц она получает 4,5 тыс. рублей», — отмечает юрист.
Марина говорит, что ремонт обошёлся ей почти в 100 тыс. рублей. Часть из этих денег она заработала сама, часть средств помог собрать благотворительный фонд «Волонтёры в помощь детям-сиротам».
Также женщине удалось купить холодильник и стиральную машину.
21 октября накануне очередного судебного заседания по иску Зуевой сотрудники органов опеки осмотрели её квартиру и пришли к выводу, что жильё находится в хорошем состоянии.
«В квартире тепло, прибрано, уютно. У ребёнка имеется отдельная комната, застелено новое постельное бельё, имеется вся необходимая бытовая техника (холодильник, стиральная машина, электрическая плита, телевизор). Продукты питания имеются», — сказано в акте обследования 36-метровой квартиры в посёлке Бискамжа.
23 октября суд выслушал и мнение 11-летнего Ромы. Мальчик заявил, что хочет вернуться к маме. В итоге суд постановил снять с Зуевой ограничение в родительских правах.
При этом, как отмечает адвокат, на суде прокурор заявил, что сына забрать можно будет, когда начнутся каникулы, чтобы мальчик закончил четверть в школе, которую он посещает сейчас.
Две работы
По словам Марины, она очень ждёт встречи с сыном и переживает из-за работы.
Прожиточный минимум для трудоспособного населения в Хакасии во втором квартале этого года составил 12 399 рублей, почти столько же составляет и минимальный размер оплаты труда. Однако Зуева, работая уборщицей, получает 4,5 тыс. рублей в месяц. Поэтому, чтобы обеспечить себя и сына, она нашла подработку.
«Я уже договорилась, что с 1 ноября выйду убирать снег, на снеге можно зарабатывать. Это очень тяжело, но мне здоровье позволяет», — говорит она.
Адвокат Вячеслав Бушкин отмечает, что рассчитывать на дополнительную помощь от государства Марина не может.
«С Мариной заключили не трудовой договор, а гражданско-правовой. Он отличается тем, что работодатель обязан выплатить работнику зарплату, а государству — налог с её дохода, но больше ничего: она не может рассчитывать на пенсионные отчисления и выплаты по болезни или отпуску. Такой договор заключается на короткий срок, каждый месяц Марина подписывает новый, — поясняет юрист. — Найти работу с трудовым договором Марина не может: кто возьмёт человека предпенсионного возраста без образования, тем более в посёлке?»
Бушкин считает, что если Марина встанет на учёт в центре занятости, то будет получать небольшие выплаты — ещё меньше, чем её зарплата. Причём это пособие станет единственным доходом для женщины, подрабатывать неофициально она не сможет.