Какие страницы истории вернул Крыму и Севастополю Владимир Гуркович
В это трудно поверить, но ещё полвека назад некоторые исторические места Крыма и Севастополя, хорошо известные сейчас, были практически стёрты и из памяти людей, и с лица земли. Например, массовые захоронения времён Крымской войны — английское кладбище в Севастополе или братское воинское кладбище в Симферополе. Многие из них удалось вызволить из забвения благодаря симферопольскому краеведу Владимиру Гурковичу.Как историк участвовал в возрождении памятников Крымской войны в Севастополе и помогал развивать охрану культурного наследия полуострова? В этом разбирался корреспондент ForPost, побывав в научной библиотеке "Таврика" на первой выставке цикла "Ровесники Победы. Год рождения — 1945-й", посвящённой как раз Владимиру Гурковичу."Я познал Крым сверху""Хорошо помню лето 1951 года. Мне было шесть с половиной лет (в этом возрасте половина очень важна). Наша семья переехала с улицы Комсомольской, что была за Первосоветской больницей, на улицу Крылова. Наш финский домик находился в самом начале улицы Крылова и имел номер 5-Б", — такими словами начинается "автобиографический этюд старожила Симферополя" Владимира Гурковича.Впрочем, коренным жителем крымской столицы Владимир Николаевич не был: он появился на свет 2 января 1945 года в городе Куйбышеве (сейчас Самара). Когда мальчику исполнилось четыре года, его отца, генерал-майора инженерно-авиационной службы, перевели в Симферополь на должность главного инженера Военно-Воздушных Сил Таврического военного округа.То, что в раннем детстве видел вокруг себя маленький Володя, во многом повлияло на его дальнейшую жизнь, определив сферу интересов."Я родился в 1945 году. И уже где-то с четырёх-пяти лет помню отзвуки этой войны. Большое количество людей тогда ещё ходили в военных мундирах. Без погон, без регалий, но с орденами и медалями. Ребята, с которыми я учился, всегда гордились, если у них была отцовская пилотка. <…> Мы читали книги о войне, видели фильмы. В начале 50-х годов было не очень много военных фильмов. И я тогда заметил, что ветераны войны, в частности и мой отец, не ахти как восторженно встречают эти фильмы: “А, — махали многие ветераны, — это как в кино". Это и любимое выражение моего отца было", — такими воспоминаниями о детстве поделился краевед во время одного из интервью в 2019 году.Кроме этого, отец Владимира Николаевича частенько брал сына-дошкольника "на работу" — на облёт самолётов. Так мальчик познакомился с географией Крымского полуострова: "я познал Крым сверху, и увидел, что он не такой уж большой".Все эти ранние впечатления, связанные с отцом, войной и Крымом, глубоко запали в душу Владимиру Гурковичу. И позже проросли в дело всей жизни.Поиски себяПо стопам отца юноша не пошёл. Окончив в 1963 году симферопольскую школу №14, поступил на исторический факультет Крымского педагогического института имени М.В. Фрунзе (сейчас КФУ имени В.И. Вернадского). Прошлое родного края студент изучал не в пыльных архивах, а вживую."Учась в институте, я окончил курсы инструкторов туризма. И профессионально водил туристов, которые приезжали со всего Советского Союза, по горам Крыма. Это были места, связанные и с партизанским движением, и просто очень красивые места Крыма. Это дало мне толчок изучать исторические памятники", — через полвека рассказывал Владимир Гуркович журналистам.Впрочем, получив диплом о высшем образовании, молодой историк изучал не только прошлое Крыма, но, кажется, и самого себя. Об этом можно судить по списку мест, где он работал после выпуска из вуза: учитель истории и обществознания в школе-интернате в селе Чеботарка Сакского района, а также в школе рабочей молодёжи №4 в Симферополе; научный сотрудник Бахчисарайского историко-археологического музея и Крымского краеведческого музея; инструктор пешеходного туризма; рабочий-геодезист второго разряда. А ещё шофёр, экскурсовод, ночной сторож, дворник."Владимир Николаевич искал себя. Мне это напоминает Талькова (советский рок-музыкант, который в своё время подрабатывал таксистом — Прим.) и других людей, которые где только не работали", — так охарактеризовала Владимира Гурковича заведующая библиотекой "Таврика" Нина Колесникова в беседе с ForPost.По её словам, даже устроившись в 1996 году в комитет по охране культурного наследия Крыма и став чиновником, Владимир Николаевич не просиживал дни в кабинете, а продолжал водить туристические экскурсии по горам полуострова.Ужаснулся в полном смысле словаПеребирая в памяти вехи судьбы, историк тоже вспоминал, что в молодости подработок было много, но основная работа после окончания вуза всё же была связана с Крымским краеведческим музеем и институтом "УкрПроектРеставрация"."Этот институт — это научно-практическое заведение, которое разрабатывало планы реставрации, восстановления, ремонта различных архитектурных, исторических, археологических памятников", — пояснил Владимир Гуркович в интервью 2019 года.Хотя он не был ни реставратором, ни архитектором, но занимался в институте важной и непростой работой: составлял так называемые паспорта для каждого памятника. Как объяснял сам историк, ему тогда приходилось устанавливать в различных архивах и фондах, когда возник объект, кто был заказчиком, проектировщиком и строителем, какие события могли происходить поблизости и потенциально повлиять на сохранность конструкций.Увы, нередко ему приходилось констатировать, что от памятника не осталось и следа. Так, в 1970 году Владимир Гуркович приехал в Севастополь, чтобы своими глазами увидеть место, описанное в стихах Константином Симоновым за 30 лет до этого, — "Английское военное кладбище в Севастополе"."Когда приехал, ужаснулся в полном смысле слова: кладбища не было, оно было полностью снесено. Я впоследствии начал заниматься историей его крушения, и выяснил, что оно снесено не только немецкими бомбами и снарядами, поскольку там проходила линия фронта в 1941-1942 годах, но и нашими партийцами: когда началась "холодная война", поступило указание снести всё, что там осталось", — рассказал историк журналистам через много лет.Владимир Гуркович стал узнавать, как можно восстановить историческую справедливость, но ему быстро дали понять, что это не его дело. Тогда он поступил неожиданно: написал Константину Симонову, бывшему тогда секретарём Союза писателей СССР, письмо, в котором рассказал, что упомянутое в довоенном стихотворении кладбище исчезло.И через несколько недель из Москвы в Симферополь поступил звонок. По телефону Константин Симонов лично сообщил Владимиру Гурковичу, что "ломился в двери нескольких очень важных инстанций" и, возможно, "что-то изменится", благодаря чему некрополь всё же восстановят. Так и произошло, но гораздо позже и на сто метров дальше от исторической границы, о чём позже сетовал краевед.Вслед за английским кладбищем симферополец хлопотал о реставрации французского военного кладбища в Севастополе, кладбища на поле Альминского сражения и памятнике русским воинам в Евпатории. Кроме этого, он готовил исторические справки по крымским мечетям, занимался паспортизацией армянского кладбища в Симферополе.Однако наиболее успешной своей работой Владимир Гуркович считал спасение братского воинского кладбища времён Крымской войны, которое расположено в Петровской балке Симферополя."Это кладбище, где захоронено огромное количество людей, по различным данным, 36-37 тысяч. И кладбище это, к сожалению, в период национального беспамятства было разрушено полностью. Не сохранилось ничего, и в конечном итоге уже в послевоенный период там был мотодром ДОСААФ. И это кладбище дало большой толчок мне для изучения нашей истории и всех её составляющих, позитивных и негативных", — признавал энтузиаст, вспоминая прошедшую жизнь.Сейчас территория некрополя облагорожена: восстановлен храм-памятник Святой Марии Магдалины, установлены гранитные плиты, на которых высечены наименования воинских формирований русской армии, сражавшихся в Крымской войне.За подготовку книги о французском военном кладбище Владимир Гуркович был удостоен премии имени А.Бертье-Делагарда Крымского республиканского фонда культуры в 2000 году. За просветительский труд ему был присвоено звание заслуженного работника культуры АРК в 2005 году.Мощная патриотическая "закваска"В марте 2021 года Владимира Гурковича не стало. Но дело историка продолжается и множится. Краеведческие экскурсии в Крыму становятся всё популярнее: всё больше людей хотят узнать о прошлом малой родины, а многие исследователи рады поделиться своими знаниями и как можно шире популяризировать историю Симферополя, Бахчисарая, Евпатории, Керчи, Севастополя, Симферополя и Ялты.Кроме этого, дочь краеведа Ирина Черныш пошла по стопам отца, и сейчас является заместителем начальника Управления государственного надзора объектов культурного наследия, заведуя отделом госнадзора в сфере ОКН департамента госохраны культурного наследия Минкульта Крыма. По словам дочери, Владимир Гуркович уделял много внимания ей и её брату, прививая патриотизм и любовь к родному краю."В детстве мы вместе читали книги, смотрели диафильмы, печатали фотографии, катались на велосипедах, ездили на мотоцикле, купались в море, ходили в походы. С ним всегда было интересно. Часто он водил нас по местам боёв Великой Отечественной войны, рассказывал истории о героической борьбе наших воинов, краснофлотцев и партизан, — рассказала ForPost собеседница. — Таким образом, мощную патриотическую закваску, бережное отношение к памятникам нашего прошлого сформировал именно отец. Поэтому вполне логично и ожидаемо, что я пошла по его стопам и поступила на исторический факультет".По словам Ирины Черныш, её отец был беззаветно преданным своему делу человеком: он любил и знал Крым, всегда воспринимая полуостров как неотъемлемую часть нашей большой Родины — России."В 2014 году он сказал: “Если Бог есть, то Крым вернётся домой в Россию". После принятия Крыма в состав РФ папа принял обряд крещения. Какое счастье, что он дожил до этого величайшего события, о котором мечтал всю жизнь", — подчеркнула дочь Владимира Гурковича.Потомки историка с радостью видят, как после 2014 года активно реставрируются памятники истории и культуры многонационального Крыма, ведётся тщательный учёт объектов культурного наследия, восстанавливаются жемчужины архитектуры региона, такие как Ханский и Воронцовский дворцы, ялтинские и евпаторийские дачи и виллы, а также братские могилы в отдалённых сёлах.Многое ещё предстоит сделать, в чём нам помогает опыт трудившихся на ниве спасения историко-культурного наследия земляков, среди которых достойное место занимает Владимир Гуркович.К счастью эта работа не останавливается. К примеру, как уже рассказывал ForPost, сейчас в Симферополе полным ходом идёт реставрация здания постройки начала XIX века, в котором ненадолго останавливался будущий писатель Лев Толстой.Пелагея ПоповаФото: предоставлены Ириной Черныш