Копай глубже! Порядок проведения археологических исследований в ходе строительных работ может быть значительно упрощен

Вопрос о необходимости пересмотра процедур археологических исследований и изысканий обсуждается уже несколько лет, разделяя профессиональное сообщество на два лагеря: одни ратуют за необходимость ускорения инвестиционно-строительного цикла, другие — за сохранность исторического наследия. Напомним, сейчас такие исследования требуются в любом случае — от устройства колодца и возведения сарая до строительства трассы или дома. Иногда археологические изыскания длятся в течение года, соответственно, и старт реализации проектов затягивается на такое же время. Разумеется, девелоперы опасаются, что если на их площадке будут найдены артефакты, то проект фактически будет в лучшем случае заморожен на неопределенный срок, либо вовсе отменен.

По мнению депутата Госдумы РФ Владимира Ресина, в этой ситуации важно найти баланс интересов. «Нужно наладить эффективное взаимодействие между государством, бизнесом и профессиональным сообществом. Это касается и планирования, и определения приоритетов развития территорий, особенно в исторических районах. Только так мы сможем обеспечить устойчивое экономическое развитие регионов, привлечь частные инвестиции, и при этом сохранить наше историко-культурное и природное богатство», — подчеркнул Владимир Ресин.

Именно поэтому с предложением изменить подход к проведению археологических разведок и внести ряд изменений в закон об объектах культурного наследия (ОКН) народов России недавно выступил заместитель руководителя аппарата мэра и правительства Москвы Дмитрий Аратский. Самый обсуждаемый сегодня вопрос — оставить или отказаться от обязательных археологических изысканий на тех территориях, где не происходили значимые исторические события; но тогда функцию определения перечня таких территорий надо вменить федеральным и региональным властям. Это важно, так как определение территорий, для которых не обязательно проведение археологической экспертизы, позволяет сократить издержки собственников и застройщиков. Помимо этого, в законе предлагается также определить виды работ, не требующих проведения исследований, например, при установке туалета на даче.

Долой барьеры

Экономисты и законодатели предлагают рассматривать законодательную инициативу как меру по снятию административных барьеров в сфере охраны ОКН. «У бизнеса все этапы работ четко расписаны по графикам, а для держателей открытых листов правила не писаны, они сами диктуют сроки и цены на разведку. В результате мы видим не только сдерживание экономической деятельности, но и нерегулируемую дополнительную финансовую нагрузку на государство, бизнес и граждан», — констатировал заместитель председателя Комитета Госдумы по экономической политике Артём Кирьянов.

Депутат предлагает наделить Минкульт РФ полномочиями по установлению порядка предоставления услуг по проведению археологической разведки за счет бизнеса и предельных цен на эти работы, либо порядка определения их стоимости.

Он также обратил внимание на чрезмерные бюрократические проволочки в вопросах выдачи так называемых открытых листов, то есть разрешений на проведение исследований. «Результат — ограничение конкуренции на рынке этих услуг. В регионах диспропорция между числом держателей открытых листов и числом территорий, на которых нужно проводить разведку только в связи с их застройкой, достигает трех тысяч», — подчеркнул он.

В связи с этим решением проблемы, по мнению законодателей, может стать изменение порядка выдачи разрешений. Так, Госдума предлагает выдавать открытые листы не на один год, а перейти на реестровую модель. При этом соответствие исследователя квалификационным требованиям подлежит проверке в рамках аттестации, а открытые листы нужно выдавать на более длительный срок и «отвязать» от конкретных территорий.

На страже истории

Эксперты отмечают, что тема археологической экспертизы при реализации строительных проектов деликатна и непроста. По мнению заместителя председателя Комитета Торгово-промышленной палаты РФ по предпринимательству в сфере строительства Николая Алексеенко, предлагаемый подход несет в себе большие риски: на старте строительства многие потенциальные находки будут уничтожены под ковшами экскаваторов, а сами строители предпочтут умолчать о них, чтобы стройка не ставилась на паузу. «Если уж и вводить такие механизмы, то необходимо предусмотреть высокие штрафы за сокрытие находок, а также тех, кто так или иначе будет выявлять на площадке, нашли ли там какие-либо археологические находки», — подчеркнул Николай Алексеенко.

Умеренную позицию занял и глава архитектурного бюро HADAA Георгий Тюгаев, который считает, что предлагаемые сейчас поправки не решат возникающих вопросов. С одной стороны, по словам архитектора, порядок проведения работ на территории со статусом исторических поселений может быть упрощен и ослаблен. «С другой — никакое послабление нормативов не отменит необходимости длительных археологических изысканий при нахождении, например, условных палат XVII века или других ценных объектов. Тогда остается вопрос: зачем менять то, что работает, в контексте таких локаций и городов?» — заметил эксперт.

С ним согласен и директор Института археологии РАН Николай Макаров, отметивший, что доработка законодательства в этой сфере необходима, но требует точного согласования. «При строительстве было сделано много интереснейших находок. Мы считаем, что принцип превентивного обследования перед застройкой должен быть сохранен», — заявил ученый. В то же время, избыточные ограничения, по его словам, должны быть устранены: например, при работах на уже исследованных территориях или покрытых техногенным слоем и не содержащих в себе следы древностей.

Высказал свое категорическое мнение и Владимир Ресин: «Считаю правильным, что порядок проведения археологических полевых работ, методы научных исследований археологических объектов и объектов культурного наследия, состав и структура научного отчета, требования к профессиональным знаниям и уровню компетенций исследователя находятся в сфере регулирования Российской академии наук, которая со всей ответственностью подходит к сохранению накопленного архива научных знаний».

Клады и находки

Надо признать, строители действительно нередко находят ценные артефакты, и один из самых ярких примеров — Московский Кремль, когда демонтаж 14-го корпуса, построенного в 1930-32 годах, открыл широкие возможности для археологических исследований и позволил наполнить современный Кремль уникальными элементами наследия.

Другой показательный случай — раскопки на Манежной площади, проводившиеся параллельно со строительством торгового комплекса «Охотный ряд». Под руководством главного археолога Москвы Александра Векслера исследователи нашли множество артефактов, которые теперь представлены в музеях.

Подобными находками богата не только Москва. Например, с 2016 года на строительстве трассы «Таврида» в Крыму найдено много интересных артефактов: археологи обнаружили 71 объект культурного наследия на пути от Керчи до Севастополя. Находки стали возможны благодаря совместной работе специалистов из разных институтов и музеев России, а также строителей и археологов.

Еще одна редчайшая находка была сделана при замене коммуникаций на территории Троице-Сергиевой лавры — там обнаружили нераспакованный клад, датируемый XVI-XVII веками. Как рассказал председатель Комитета Госдумы РФ по строительству и ЖКХ Сергей Пахомов, на объекте «вместе со строителями трудятся специалисты из Института археологии РАН. Среди находок были не только наконечники стрел и пули, но и пушечные ядра, детали оружия, а также небольшой клад из оплавленных в огне серебряных изделий и останки коня. Однако особое внимание привлек сохранившийся целым горшок, обернутый берестой, который ориентировочно датируется 1608 годом».

Учитывая важность и актуальность проблемы, принято решение более детально обсудить ее на площадке Минкультуры РФ. «Нужно найти компромисс между глубоко научными и бизнес-ориентированными подходами, но так, чтобы не плодить новые чиновничьи барьеры на пути градостроительного развития наших регионов», — подчеркнул Владимир Ресин.