Опасный культ сводит русских с ума: В зоне риска каждый
Не прошла ещё острая боль от страшной трагедии, случившейся в Казани, как в Челябинске отправили в местную психбольницу очередного "бога" с лицензией на оружие. В последнее время действительно увеличилось число странных людей, свою роль сыграла и пандемия. Как защитить себя и близких? Как справиться с посттравматическим стрессовым расстройством? Об этом в студии "Первого русского" ведущая программы "Вакцина правды" Олеся Лосева беседовала с кандидатом психологических наук Александром Невеевым.
Пандемия коронавируса спровоцировала обострение определённых отклонений у людей, подверженных психическим расстройствам, – на это указывают многие медики, напомнила Олеся Лосева. При этом создаётся впечатление, что психиатрическая помощь в России стала профанацией и теперь эту область здравоохранения необходимо возрождать. И теперь вопрос, как защитить себя и своих близких от неадекватных людей, отнюдь не праздный.
Как переключиться с травмирующей ситуации?
Олеся Лосева: – После страшной трагедии в Казани один из учеников школы №175 попал в больницу не потому, что был ранен, а из-за перенесённого стресса. Посттравматический сидром – такой шлейф у ребёнка остался после этого жуткого инцидента. Что это вообще такое? Как бороться с посттравматическим синдромом?
Александр Невеев: – Специально бороться с ним не нужно – главное, чтобы человек вышел из этой травмирующей ситуации и переключился на что-то позитивное. Кстати, у детей с этим проблем особых нет – им надо учиться, к тому же наступают летние каникулы. Я думаю, что если специально заниматься проработкой всех перенесённых переживаний, то это их только усугубит.
В то же время было бы хорошо, если бы дети произошедшее восприняли не просто как какую-то трагическую случайность, а это стало бы для них ценным опытом, который в будущем помог бы им не допустить ошибок, которые сегодня, к сожалению, делают многие люди.
Вот посмотрите, какие слова говорил этот Ильназ, совершивший чудовищное преступление: он называл себя "богом", заявлял о своей ненависти к окружающим. Но если мы сегодня приглядимся ко многим людям – и не только к молодым, проявляющим активность в интернете, мы можем увидеть у них те же самые идеи. Они действительно считают, что другие ничего не достойны, что они какие-то клопы-букашки, то есть "биомусор".
К слову, сегодня в интернете популярны именно такие персонажи. Пранки того же блогера Эдварда Била, сбившего женщину, привлекают довольно большую молодёжную аудиторию. А ведь блогер и драки устраивал, и разбивал в хлам дорогие машины, и людям хамил... Да и сами эти пранки стали одним из самых популярных жанров в YouTube и в социальных сетях. Надо задуматься над тем, к чему приводит потребление подобной продукции.
Как защитить себя и близких от неадекватных людей? Как справиться с посттравматическим стрессовым расстройством? Об этом в студии "Первого русского" ведущая программы "Вакцина правды" Олеся Лосева беседовала с кандидатом психологических наук Александром Невеевым. Скриншот: Царьград.
Понятно, что далеко не каждый человек купит ружьё и пойдёт кого-то убивать. Но сколько молодых людей начинают подражать этим "акулам" информационного пространства и пытаются сделать то же самое – над кем-то издеваются, устраивают пранки, объединяются в сообщества троллей. Ситуация, конечно, весьма прискорбная.
Бороться надо с причиной болезни общества – с массовой культурой
– Мы заостряем в последнее время внимание на молодёжи, потому что именно она живёт в социальных сетях. Однако каким-то странным расстройствам подвержены и люди старшего возраста. Я бы хотела поговорить с вами ещё и о фобиях, усилившихся на фоне череды неблагоприятных событий: пандемия, череда смертей, трагедии, различная негативная информация в соцсетях... Где-то взрывают, где-то происходит нарастание эскалации и так далее... Всё это не проходит бесследно.
– Всю эту информацию потребляют и взрослые. Но им повезло: у большинства из них личность уже сформировалась. А дети воспитываются на таком негативном информационном продукте. И это, конечно, большая проблема.
Что касается фобий, то они появляются всегда после таких чудовищных злодеяний или терактов: мы начинаем опасаться, что нечто подобное может случиться и в нашей школе. К счастью, людей, доведённых современным информационным прессингом до такого состояния, как этот убийца из Казани или Влад Росляков из Керчи, осуществивший то же самое пару лет тому назад, подавляющее меньшинство. Поэтому дрожать и бояться не стоит.
Самая конструктивная реакция на эту пугающую ситуацию – бороться не с синдромом, а с причиной "болезни" – с массовой культурой, в которой мы сегодня вынуждены существовать, от которой в первую очередь страдают наши дети. Надо сосредоточиться на том, чтобы защитить подрастающее поколение от этого влияния. Возможно, стоит родителям объединяться в какие-то сообщества, чтобы поддерживать своих чад.
И вообще, в ситуации, когда нас начинает сковывать страх, лучшее средство с ним справиться – делать что-то конструктивное, имеющее смысл, ставить перед собой какие-то цели и их достигать. А тут и сама ситуация показывает нам, в чём проблема и над чем надо работать.
– А как распознать симптомы этого заболевания? Пока один просто хайпует, другой может быть действительно болен, а есть люди, которые просто всего бояться, и это тоже может быть проявлением какой-то болезни.
– Я бы не стал советовать родителям специально выискивать какие-то признаки того, что с ребёнком что-то не так. Всё намного проще: надо постараться вникнуть в жизнь своих детей, посмотреть, чем они занимаются. А когда вы даёте в руки ребёнку планшет или сотовый телефон, потому что вы заняты своими делами и у вас нет времени, стоило бы поинтересоваться: а что ребёнок там смотрит или читает? Что-то полезное, что помогает ему познавать мир? Или его внимание привлекают пранки, сцены издевательств? А может, он и вовсе заинтересовался порнографией?
Родителям пора наконец задуматься над тем, к чему может привести их попустительство и такое безразличное отношение к воспитанию детей. Обратите внимание на своего ребёнка, узнайте, чем он живёт, что его интересует. Уверяю вас, это намного интереснее, чем болтовня с подружками в чате. Возможно, именно это поможет избежать трагедии в будущем.
– Понятно, что у детей и взрослых реакция не происходящее вокруг нас разная. У взрослых, которые понимают, какие последствия может повлечь то или иное событие, оно вызывает серьёзную тревогу и беспокойство. Как с этим бороться?
– Если у взрослого человека есть проблемы и он действительно находится в состоянии, близком к фобии, то эту ситуации следует проработать рационально. Оценить своё положение в жизни, посмотреть на факторы, влияющие на жизнь, да и вообще – посмотреть на всё трезво. Если человек не может сделать это самостоятельно, можно поговорить со священником или обратиться к психологу.
Нельзя бороться с эмоциями с помощью самих же эмоций. Здесь нужно понять, где кроется причина беспокойства. Но если даже вдумчивый анализ не помогает справиться с ситуацией, выявить корни проблемы, тогда придётся обращаться к специалистам, которые при необходимости назначат и медикаментозное лечение.
Как вычислить неадекватного человека?
– Специалисты не только лекарства прописывают, но и справки выдают. А сейчас как раз очень остро встал вопрос о выдаче справок на владение оружием или продление водительского удостоверения. К примеру, врач-психотерапевт Александр Федорович считает, что экспертиза для получения лицензии на оружие в том формате, в котором она сегодня существует, совершенно бессмысленна. По его словам, на оценку психологического состояния призывников даётся как минимум неделя, а для экспертизы преступников может потребоваться месяц.
Конечно, очень много вопросов вызывает сама процедура прохождения этого медосвидетельствования у психиатра, потому что действительно подход формальный. А с другой стороны, отказаться от этого ну тоже как-то очень странно и страшно. Вот на ваш взгляд, как можно вычислить неадекватного человека? Может быть, есть какие-то специальные тесты? Ведь должны быть какие-то механизмы, чтобы предотвратить повторение подобных трагедий.
– Дело в том, что метод отсева при таком освидетельствовании максимально грубый. Первый момент – они выясняют, стоял этот человек на учёте в психиатрическом или наркологическом диспансере. Какая ещё задача перед специалистами? Они должны отсеять людей явно неадекватных, которые, когда им психиатр говорит "Положите руку так", начинают дёргаться и спрашивать, а почему, мол, вы это просите. Или когда молоточком проверяют, неадекватный человек заявит, что по нему "какие-то чёртики бегают". Вот таких сразу отсеивают.
То есть всё это чисто проформа и никакой серьёзной диагностики в таком формате провести невозможно. А теперь давайте представим, как отбирают людей в спецслужбы. Там выясняют всю подноготную, вплоть до бабушек и дедушек. И даже в этом случае бывают проколы и, несмотря на такой серьёзный отбор, проблемы двойных агентов избежать не удаётся. Это говорит о том, что по-настоящему действенных методов такого психического рентгена не существует. И в этом смысле психиатр, наверное, и не виноват в том, что он пропустил этого Ильназа.
Кроме того, понимаете, даже если психиатру дадут возможность часами анализировать каждого будущего охотника, то методы у него ограниченные. Психиатр смотрит на внешние проявления, скажем, слышит ли человек голоса, адекватно ли он себя ведёт или нет, соответствуют ли его эмоции контексту, не чрезмерные ли они или, быть может, вообще отсутствуют.
Решить проблему поможет психологическое тестирование
– То есть вычислить психопата практически невозможно?
– Дело в том, что психиатрия – это не точная наука. Более того, мы знаем примеры, когда психиатрия обслуживает просто чисто политические интересы. К примеру, лет 30-50 назад гомосексуализм считался психиатрической болезнью, а затем началась его депатологизация. Понятно, что люди, допускающие такое в собственной науке, особого доверия не заслуживают. Поэтому, как мне кажется, намного резоннее обратить внимание на предложение, сделанное главой Росгвардии Виктором Золотовым: необходимо проводить психологическое тестирование.
– Что касается получения справки на оружие, понятно, но тут есть ещё один момент – медосвидетельствование для получения водительского удостоверения. Видимо, и тут надо менять подход, чтобы такие идиоты, как упомянутый вами блогер Эдвард Бил и другие, не могли устраивать на дорогах свои шашечные гонки, из-за которых гибнут люди.
– Очень важно, чтобы была интегрирована информация из разных ведомств. Потому что при выдаче разрешения на водительское удостоверение или на владение оружием люди, которые за это отвечают, имеют доступ к информации здесь и сейчас. Максимум, что они могут запросить, – это документы из психоневрологического и наркологического диспансеров. А необходимо всё-таки аккумулировать больше информации, об этом как раз также говорил и Золотов.
Если говорить об Ильназе Галявиеве, то хорошо было бы узнать, как он учился в школе, какое мнение о нём было у учителей. Понятно, что исключение из колледжа не та ситуация, в которой идут и кого-то убивают. Тем не менее, если бы психиатр знал об этом, он мог был порекомендовать полгодика подождать с получением права на владение оружием. И это было бы разумное решение.
Почему психологическое тестирование может быть приоритетным по сравнению с психиатрической диагностикой? Потому что тестирование можно автоматизировать. И человек может просто сесть за компьютер – конечно, под камеру, проставить нужные варианты ответов в хорошо разработанном и усовершенствованном психологическом тесте. Это даст даже более точные результаты, чем выводы психиатра. Такие инструменты у нас есть сегодня, и они используются, в том числе при отборе в ту же Росгвардию, кстати говоря.
– А что это за вопросы? Какого характера?
– Если я расскажу, какие это вопросы, люди могут подготовиться. Но в качестве примера могу привести такой вариант. В тесте есть утверждение "Я часто лгу". Тестируемый должен с ним или согласиться, или нет. Казалось бы, все вопросы простые. Но компьютер работает не только с одним испытуемым, а видит всю статистику, и программа знает, как ведёт себя человек, который является шизоидом, психопатом или маньяком-убийцей.
– Вы хотите сказать, что гораздо целесообразнее проводить такие тесты, чем эти комиссии, которые являются, по сути, профанацией?
– В целом – да. Всё-таки эти тесты обойти не так просто. Даже если вы будете лгать, отвечая на вопросы теста, всё равно он выявит какое-то стрессовое ваше состояние или тем более какой-то зарождающийся психоз. Но и тут не нужно думать, что это панацея.
– Как вы относитесь к идее ведения паспорта психического здоровья?
– Я не считаю, что это идея реалистична, потому что существует тайна диагноза. И соматические диагнозы тоже нельзя распространять: в этом плане у нас люди защищены законом. Даже родственники не всегда знают диагноз своих близких.
Пока одни хайпуют, другие показывают признаки психического расстройства
– Если бы были сейчас паспорта психического здоровья и если бы была в них графа "В зоне риска", то люди, о которых я сейчас расскажу, 100-процентно туда бы попали. В Новосибирске прошёл Всероссийский чемпионат по скоростному копанию могил. Назвали его "Могильный беспредел". Что в головах у людей, организовавших этот чемпионат? А может быть, тут тоже налицо признаки проявления какого-то психического расстройства – устраивать чемпионат "Могильный беспредел" в те дни, когда страна скорбит по погибшим в Казани детям?
– Я сам нередко удивляюсь тому, что сегодня происходит. Но о чём говорить, если у нас известная телеведущая на собственную свадьбу приехала в катафалке? Она же недавно поместила под свет софитов откровенного маньяка, место которому где-то в тёмных закоулках, но никак не на миллионном канале. Или вот недавняя ситуация, когда в Страстную пятницу Филипп Киркоров появляется одетым как на Хеллоуин. При этом он сам признаётся, что отлично знает, какой это день.
– Эти хайпуют, понятно, а копальщики могил?
– Это тоже форма хайпа, понимаете. Никого не заинтересует ситуация, когда, например, собака укусила человека. Всем нужно, чтобы человек укусил собаку. А ещё лучше – расчленил и съел. Или разделся и прибил что-то у себя к мостовой.
– Получается, мы все стали отчасти заложниками вот этих тенденций? И вот признаки заболевания психического, можно сказать, налицо.
– Именно с этого я и начал нашу беседу. Потому что если любого из нас поселить в сумасшедший дом, то спустя 2-3 недели мы уже будем демонстрировать определённые, очень опасные симптомы. А сегодня мы все живём в информационном мире, который абсолютно не соответствует даже общечеловеческим ценностям, я уже не говорю о православных.
Нет никакого взаимного уважения, всем правит культ наживы, нам демонстрируют постоянно какое-то самовозвеличивание, причём за чужой счёт, без скандала никакую тему невозможно продвинуть. А все эти ток-шоу, где вытаскивают напоказ самое грязное бельё? Понимаете, когда мы живём в таком мире, тут уже все люди, даже нормальные, будут думать: а может быть, вот это и есть норма? Может быть, так и надо – копать могилы, снимать штаны на виду у всех и выкладывать это куда-то?
– То есть всё, окно Овертона открыто?
– По сути, да. И больше всего меня волнует одна простая вещь: ведь от такого варварства нас должен защищать специально созданный обществом механизм, а именно наше государство. Но оно почему-то как-то не особо этим озабочено. Может быть, они не видят проблему? А может быть, они считают, что всё и так хорошо? Ведь населением, которое интересует только хайп, которое не может анализировать, которому неинтересны какие-то общечеловеческие ценности, легко управлять. Я думаю, что вот это очень тревожная ситуация.