Боспорское царство. На пути к величию

Древнейшим государством на территории Крымского и Таманского полуостровов является Боспорское царство.

Основанное греческими переселенцами, оно просуществовало почти тысячу лет − с конца V века до н. э. и исчезло только в VI веке н. э.

Несмотря на то, что северные рубежи Чёрного моря в те времена считались окраиной мира, Боспорское царство на протяжении всей своей истории оставалось в самом центре событий античной эпохи. Торговый партнёр для Афинского морского союза. Опора Понтийских правителей в войне с Римом. Первая линия обороны для Римских императоров. И плацдарм для набегов у множества варварский племен. Всё это – Боспорское царство.

Но как всё начиналось? Почему греки перебрались из благодатного средиземноморья в не такой уж и комфортный климат Северного Причерноморья? Как удалось выжить в условиях постоянной угрозы кочевого нашествия?

На эти и другие вопросы попробуем ответить в данной статье.

Первые города-государства на Боспоре и при чём здесь персы

Сведений, дошедших до нас, о раннем периоде жизни Северного Причерноморья крайне мало. Однако и то, что сохранилось, позволяет в общих чертах реконструировать события тех лет.

Первые регулярные поселения греческих колонистов на Крымском и Таманском полуостровах датируются VI веком до н. э. В то время, практически единовременно возникают несколько полисных городов-государств, среди которых выделяются Нимфей, Феодосия, Пантикапей, Фанагория и Кепы.

Самым крупным и значимым городом выступил Пантикапей (район современной Керчи). Расположенный на значительном природном возвышении, он имел выход к самой удобной гавани Боспора Киммерийского (современный Керченский пролив) и был важным стратегическим и оборонительное форпостом региона.

Жители Пантикапея быстро осознали свою значимость и главенство в области. Есть предположения, что уже с раннего времени его стали называть метрополией всех городов Боспора, о чём впоследствии упоминал знаменитый греческий географ Страбон. Как один из первых полисов, Пантикапей помогал прибывающим колонистам устраиваться на новом месте и способствовал сохранению единой культурной и религиозной общности греческих поселений.

Но что же подвигло греков бросить насиженные места и отправиться в столь далёкие земли для поиска нового дома? На сегодняшний день многие учёные сходятся на мысли о том, что наиболее значимой причиной столь массовой колонизации стала непрекращающаяся война эллинов с персами. Разрушение сельского хозяйства и постоянные людские потери в борьбе за независимость спровоцировали во многих городах-государствах тяжелый экономический и продовольственный кризис. Особенно персидское давление усилилось после 546 года, когда пало Лидийское царство. И завоеватели смогли установить протекторат на греческих землях. Всё это вынудило население побеждённых городов отправиться в путь к малоисследованным северным берегам Чёрного моря.


Конечно же, земли Крыма и Тамани не были пустыми. Первые колонисты оказались в самом тесном соприкосновении с различными варварскими племенами – как земледельческими, так и кочевыми. В Крымских горах обитали тавры, промышлявшие морским разбоем и крайне консервативно относившиеся к иностранцам (и вообще, ко всему иноземному). На азиатской стороне встречались более миролюбивые синды и меоты, с которыми удалось наладить выгодные связи. Но особо следует акцентировать внимание на отношениях эллинов с кочевыми скифами, так как есть основание полагать, что на берегах Керченского пролива греки в первую очередь встретились именно с ними.

Вообще, скифские племена на то время представляли из себя самую грозную силу северных берегов Чёрного моря. Информацию об этом можно найти в «Истории» Геродота, который весьма подробно описал победу скифского воинства над персами, вторгшимися в их земли. А также у видного античного греческого историка Фукидида, писавшего, что


Нетрудно представить, что миграции кочевых орд могли представлять серьёзную угрозу для греческих колоний. Возможно, по этой причине на самых ранних этапах становления эллины не решались осваивать земли, далеко отстоящие от их первоначальных поселений. Современная археология фиксирует практически полное отсутствие деревень в глубинных районах Восточного Крыма. Более того, в раскопах раннего Пантикапея обнаружены фортификационные сооружения, возведенные поверх следов крупных пожаров и остатков скифских наконечников стрел.

Тем не менее, несмотря на явные периодические стычки с отдельными отрядами, грекам всё-таки удавалось какое-то время сохранять мирные отношения с соседними племенами. О чём свидетельствует сам факт существования большого количества сохранившихся городов-государств.

Первый кризис и Археанактиды

На рубеже VI и V веков до н. э. в степях Северного Причерноморья разразился серьезный военно-политический кризис, что вероятно следует связывать с вторжением со стороны востока новой крупной группы кочевников. Существует мнение, что именно их Геродот называл «царскими» скифами, обращая внимание при этом, что они были наиболее сильными воинами тех мест и все остальные племена считали своими рабами.

В следствие вторжения новых групп кочевников, ситуация для всех колоний Боспора Киммерийского к 480 году до н. э. стала крайне опасной. На это время приходится прекращение жизни во всех известных сельских поселениях Восточного Крыма. Слои крупных пожаров находят в Пантикапее, Мирмекии и в других полисах, что свидетельствует о повсеместных набегах и массовых разрушениях.

В этой обстановке некоторые греческие города-государства, вероятно, решили противостоять внешней угрозе, совместно создав оборонительный и религиозный союз, во главе которого выступили представители рода Археанактидов, проживающие на тот момент в Пантикапее.

Что касается самих Археанактидов, то известно о них лишь из одного сообщения древнего историка Диодора Сицилийского, который писал, что они 42 года царствовали на Боспоре (с 480 года до н. э.). Несмотря на скудность данных, учёные сходятся во мнении, что в трудный для греков час знатный род Археанактидов встал во главе объединения Боспорских городов.

Археологические исследования этих поселений позволяют говорить о некоторых весьма важных действиях Археанактидов, направленных на защиту рубежей. Так, в городах союза были спешно возведены оборонительные стены, включавшие в себя как новую каменную кладку, так и части разрушенных ранее каменных зданий. Зачастую эти сооружения не окружали город со всех сторон, а располагались на наиболее уязвимых участках и направлениях для атаки. Это свидетельствует о высокой спешке строительства и определённой нехватке времени и ресурсов в условиях непрекращающихся набегов. Тем не менее, данные заграждения создавали существенные осложнения для конных нападений кочевых отрядов.

Другим важным сооружением для по поддержания обороноспособности союза стал так называемый Тиритакский вал. Хотя о датировке его строительства до сих пор не утихают споры, ряд учёных сходится во мнении, что его начали возводить именно во времена правления Археанактидов.

Это оборонительное сооружение имеет протяженность в 25 километров в длину, начинается у берегов Азовского моря и окачивается у поселения Тиритаки (район современного порта Камыш-Бурун, г. Керчь). Предназначалось оно для защиты сельских поселений от неожиданных нападений конников и для своевременной подготовки к отражению атаки.

Учитывая масштабы строительных работ, а также относительно невысокую численность населения местных городов-государств, есть основания предполагать, что в строительстве вала принимали участие не только греки, но и оседлые скифы, которые также были заинтересованы в защите от вторжений извне. Они же (наравне с гражданским ополчением городов-государств) принимали участие в обороне рубежей зарождавшегося Боспорского царства. О развитии тесных контактов греков с местными племенами при Археанактидах свидетельствуют курганы с погребениями варварских знатных лиц, которые находят в окрестностях Пантикапея, Нимфеи, Фанагории и Кепы.


Исходя из исторических данных и археологических раскопок, некоторые учёные полагают, что система обороны Боспора Киммерийского при Археанактидах была весьма продуманной. В холодное время Тиритакский вал конечно не мог защитить земли греков полностью, так как кочевники имели возможность обойти его по льду. Но вряд ли зимние рейды могли нанести большой урон боспорцам. Урожай на полях был уже убран, а население могло легко укрыться под защитой оборонительных сооружений городов. Вал был эффективной преградой в летнее время. И, что особенно важно, он позволял сохранить ключевые для греков сельскохозяйственные угодья, которые действительно могли пострадать от нашествия кочевников.

В VI веке до нашей эры Керченский пролив и Азовское море (называемое Меотским болотом) в зимний период замерзало настолько, что, по описаниям Геродота,


Климат в те времена был значительно холоднее нынешнего.

Как же воевали колонисты Боспора?

На этот вопрос нет прямого ответа, но есть вполне обоснованные предположения.

Во-первых, греки предпочитали сражаться фалангой. Такое воинское построение сложилось уже к VII веку до н. э., задолго до колонизации Северного Причерноморья. Оно представляло собой линейный боевой порядок тяжёлой пехоты (гоплитов), сомкнутых в шеренги. Воины строились плечом к плечу и одновременно в ряды в затылок друг к другу. Сомкнув щиты и вооружившись копьями, они медленными шагами двигались по направлению к противнику.

Во-вторых, фаланги были крайне уязвимы с тыла. И не были способны сражаться на пересечённой местности. Для этого их прикрывали отряды конницы и, возможно, лёгкой пехоты. В случае с Боспорскими греками, роль этих отрядов выполняли местные племена, прекрасно владевшие навыками верхового боя и хорошо управлявшиеся с лошадьми.

В-третьих, у городов-государств не было возможности содержать постоянные отряды профессиональных воинов. Среднее боспорское поселение того времени вряд ли могло выставить больше пары десятков воинов, чего было явно недостаточно для открытого боя. А вот несколько населённых пунктов, скооперировавшись, могли организовать серьёзную боевую силу. Вполне вероятно, что именно эта потребность и подтолкнула независимые полисы Боспора создать оборонительный союз.

В-четвёртых, в связи с тем, что главными противниками греков того времени были не крупные кочевые армии, а небольшие мобильные отряды конников (тактика которых заключалась в неожиданных нападениях, грабеже и быстром отступлении с поля боя), действия фаланги в оборонительных сражениях оказывались крайне неэффективными. Вполне логичным кажется предположение, что в этих условиях эллины, объединившись с местными племенами, создавали свои летучие отряды, которые могли встретить врага в открытом поле и навязать бой. Учитывая то, что содержание лошади и снаряжения для неё стоило достаточно дорого, можно предположить, что в таких группах воевали в основном местные аристократы, которые сравнительно быстро стали предпочитать конные боевые построения традиционному пешему порядку фаланги.

Таким образом, уже к середине V века до н. э. боспорское войско представляло собой причудливую смесь традиционных для греков плотных боевых порядков и быстрых кинжальных отрядов варварской конницы.

Подводя итог, можно сделать вывод о том, что действия Археанактидов, направленные на защиту эллинских земель, оказались весьма успешными. Под их руководством в оборонительном союзе греки сумели защитить не только свои города, но и (при помощи Тиритакского вала) целый район в восточной части Керченского полуострова.

Ополчение полисов и варварские дружины смогли отстоять эллинские колонии. Что впоследствии привело к формированию такого политического образования, как Боспорское царство.