Сражение при Доростоле. Святослав против Цимисхия.

В 967 году византийский император Никифор II Фока развязал очередную болгаро-византийскую войну, но посчитал чрезмерно дорогим отправлять имперские войска через Балканы и вместо этого послал своего дипломата Калокира для организации нападения русов на Болгарию.

Лев Диакон пишет:

Тем временем, пока император совершал все это в Сирии и в Византии, патрикий Калокир, посланный к тавроскифам по его [44] царскому приказу, прибыл в Скифию, завязал дружбу с катархонтом тавров.

Узнав, что [Сфендослав] уже подплывает к Истру и готовится к высадке на берег, мисяне собрали и выставили против него фалангу в тридцать тысяч вооруженных мужей. Но тавры стремительно выпрыгнули из челнов, выставили вперед щиты, обнажили мечи и стали направо и налево поражать мисян.

То есть, войско пришло из Керчи на кораблях, и высадилось на берег недалеко от Истра. Надо понимать,что Лев Диакон называет челном:

Полюбовавшись искусным плаванием кораблей в боевом строю и показательным сражением между ними (было их вместе с ладьями и челнами, которые теперь в народе называются галеями и монериями

То есть челн для Льва Диакона- это судно меньше дромона, галея.

А с катархонтом войска росов, Сфендославом, он решил вести переговоры. И вот [Иоанн] отрядил к нему послов с требованием, чтобы он, получив обещанною императором Никифором за набег [56] на мисян награду. И удалился в свои области и к Киммерийскому Боспору,

То есть, опять указывается, что Святослав проживал имел ставку не в Киеве, а именно в Керчи. Святослав отказался уйти, и заявил, что имеет все права на эту землю, в отличие от ромеев. Император стал угрожать, и напомнил о судьбе Игоря, отца Святослава:

Полагаю, что ты не забыл о поражении отца твоего Ингоря[54], который, презрев клятвенный договор[55], приплыл к столице нашей с огромным войском на 10 тысячах судов[56], а к Киммерийскому Боспору прибыл едва лишь с десятком лодок, сам став вестником своей беды[57]. Не упоминаю я уж о его [дальнейшей] жалкой судьбе, когда, отправившись в поход на германцев( древлян-дереван-лютичей, прибывших из земель, к 11в. захваченных Германской Империей, а поэтому названных германцами по географическому признаку) он был взят ими в плен, привязан к стволам деревьев и разорван надвое.

монета Иоанна Цимисхия

                                   монета Иоанна Цимисхия

Император за зиму поднял и собрал большое войско, что бы с весной пойти походом на тавроскифов.

Иоанн, прекрасно вооруженный, вскочил на быстрого благородного коня, вскинул на плечо длинное копье и двинулся в путь. Впереди него двигалась фаланга воинов, сплошь закрытых панцирями и называвшихся «бессмертными», а сзади — около пятнадцати тысяч отборнейших гоплитов и тринадцать тысяч всадников

14 апреля 971г. Ромеи захватили Преславу, и двинулись дальше,к Доростолу.

Началась осада Доростола. 23 и 26 апреля были бои между армиями, затем Святослав решил засесть в осаде, и лишь 22 июля начались генеральные сражения. Судя по словам Льва Диакона, Святослав решил навязать ромеям сражение на истощение, и притом конского состава. Кони утомляются быстро, и после 2-3 часового боя совершенно не пригодны для сражений в течение 2 дней. Так что Святослав спешил своих воинов ( надо сказать, что Прокопий описывает гуннских федератов Юстианиана, как тяжело бронированных лучников, менее копьеносцев, способных сражаться пешими и конными. Ну а северяне-русы и были гуннами) При осадных работах русами был убит магистр Иоанн Куркуас, погибший в попытке защитить осадные машины.

На следующий день тавроскифы вышли из города и построились на равнине, защищенные кольчугами (Лев везде называет боевой одеждой русских alusidotorax «панцирь, сделанный из цепных звеньев». Он единственный из византийских авторов, кто дает довольно точные сведения о русском вооружении (Шрайнер. 1981, 226)

20 июля 971 г. Сражения возобновились в поле. Ромеи атаковали пехоту Святослава катафрактами, избрав тактику караколе - когда всадники редким строем по очереди, пользуясь отличными латами, длиннейшими копьями выбивают пехотинцев, оставаясь неуязвимыми. Погиб Икмор, один из лучших воинов войска Святослава.

Сражение было 22 июля было продолжено, и словно удача отвернулась от Анемаса, убившего Икмора - он был убит в этот день. Армия русов жестко теснила слабую ромейскую пехоту. Ромеи стали отступать, но армию Иоанна Цимисхия спас вовремя введенный в сражение отряд катафрактов -Бессмертных под командованием Варды Склира, ударивший войску русов в фланг и тыл. Близкая победа превратилась в поражение. Но потери ромеев были огромны.

Святослав был вынужден заключить мир (*Прим. Почетный мир), и встретился с императором. Осталось ценнейшее описание Льва Диаконом встречи и внешности Святослава, которое и убирает все нелепости:

Вот какова была его наружность словами Льва Диакона :

умеренного роста, не слишком высокого и не очень низкого, с мохнатыми бровями и светло-синими глазами, курносый, безбородый, с густыми, чрезмерно длинными волосами над верхней губой. Голова у него была совершенно голая, но с одной стороны ее свисал клок волос-признак знатности рода; крепкий затылок, широкая грудь и все другие части тела вполне соразмерные, но выглядел он угрюмым и диким. В одно ухо у него была вдета золотая серьга; она была украшена карбункулом, обрамленным двумя жемчужинами.

( Как видно,внешность князя Святослава тождественна внешности гуннов-эфталитов на монетах и мумий саков из Пазарыкских курганов-бритая голова, и клок волос-шикха на затылке) Одеяние его было белым и отличалось от одежды его приближенных только чистотой. Сидя в ладье на скамье для гребцов, он поговорил немного с государем об условиях мира и уехал.

Почему в ладье-здесь много вариантов. Для безопасности, либо отделяя себя чертой от ромеев- вода как граница чистого и нечистого.

                                           монета гуннов-эфталитов .

Внешность идентична внешности Святослава по описанию Льва Диакона. Серьга в ухе, бритая голова, и волосы только на затылке.

                                мумия сака из пазарыкского кургана