Сетевые принципы чиновников

Ни для кого не секрет, что сегодня чиновники всех уровней массово заводят аккаунты в социальных сетях. Это касается не только конкретных должностных лиц. Свои странички в «Одноклассниках», «ВКонтакте» и других подобных ресурсах имеются у всех населённых пунктов РФ, где есть Интернет, – даже у руководителей крошечных сельских поселений. Позиционируется вся эта сетевая активность как «близость к народу и его проблемам». Но, как показывает практика, в реальности всё порой получается с точностью до наоборот.

ОТМЕТИМ, что присутствие в социальных сетях сегодня иллюстрирует удивительный, редкий для российской бюрократии феномен: формальной обязанности что-то делать нет, а действие есть. Обязанность вести аккаунты не зафиксирована ни в одном нормативном акте (за исключением разве что «внутренних»). Более того, периодические новости об инициативе отдельных губернаторов сделать ведение социальных сетей обязательным неизменно встречают сопротивление. В 2017 г. возможность появления подобной «обязаловки» обсуждалась даже на федеральном уровне, но инициатива после ряда отрицательных экспертных отзывов хода не получила. При этом мода, заданная ещё во времена президентства Дмитрия Медведева в 2008–2012 годах (напомним, что именно он первым зарегистрировался на всех подобных платформах и призвал к тому же всех остальных чиновников), жива и умирать не собирается. Меняются разве что сайты социальных сетей, которые в тот или иной момент пользуются наибольшей популярностью. Вначале это был любимый Медведевым «Твиттер», потом случился кратковременный всплеск интереса к «Живому Журналу» (LiveJournal), сегодня пальму первенства прочно держит «Инстаграм». Видимо, формат «минимум слов плюс фотография» показался власть имущим максимально приемлемым.

В целом ситуация с присутствием официальных лиц в социальных сетях сегодня остаётся довольно странной. С одной стороны, федеральные власти всерьёз и вполне справедливо считают социальные сети если уж не действенным инструментом коммуникации с «народом», то, как минимум, потенциальной «бомбой», которая если рванёт – мало не покажется.Отсюда – множество инициатив, направленных на попытку регламентировать поведение «государевых людей» в социальных сетях: и постоянные высказывания про некий «этический кодекс», и обязанность чиновников периодически отчитываться о том, где и какие аккаунты у них заведены. С другой стороны, все эти инициативы, многие из которых довольно разумны, в абсолютном большинстве существуют в формате благих пожеланий. В результате на фоне того, что формального регламента на содержимое страниц не существует, ведутся они по принципу «кто во что горазд» в соответствии с личными представлениями тех или иных руководителей.

Таким образом, многообразие форм активности в социальных сетях получается огромным. Варианты колеблются от клонов официальных сайтов с сухими пресс-релизами и отсутствием возможности комментировать посты (как правило, именно так выглядят страницы многих населённых пунктов) до страниц, которые превращаются в причудливую смесь жалобной книги и площадки для самовыражения хозяина аккаунта (больше характерно для персональных страничек). Ведущие у страниц тоже разные: где-то эта обязанность делегируется пресс-секретарям, некоторые чиновники уверяют, что пишут сами. При этом – вот парадокс! – по факту получается, что «для людей» эти самые страницы ведутся крайне редко. Ситуации, когда чиновник по следам той или иной жалобы в соцсети выезжает разбираться, пока встречаются нечасто. В основном сами же «государевы люди» считают соцсети этакой формой отчёта перед вышестоящими инстанциями – мол, живы, работаем, стараемся. Ярчайшим выражением этой философии стало недавнее высказывание злополучной чиновницы из Керчи – одной из тех, кто поздравлял блокадников в недавнюю годовщину. Напомним, что гнев соцсетей вызвала фотография в её аккаунте, где она вместе с другими коллегами в дорогих шубах дарила ветеранам пироги, принятые за батоны. На обвинения в пиаре и на вопрос «зачем было публиковать тот злосчастный пост?» она ответила, что «мы обязаны отчитываться о своей деятельности». Правда, вопрос о том, зачем подобные отчёты большинству её читателей и для кого они на самом деле предназначаются, – чисто риторический.

Дополнительный аргумент

Есть у российских «чиновных» страниц в соцсетях и ещё одна пикантная особенность. В сознании российских обывателей нет никакой разницы между официальной страницей ведомства, где трудится чиновник, и его личной страницей в социальной сети. В итоге в «публичные» порой превращаются личные аккаунты, даже если информацию о работе хозяин страницы там не публикует. Любая запись там начинает восприниматься как сделанная от имени официального лица. И в итоге попытки «самовыразиться», как все знают, нередко оборачиваются громкими скандалами – причём инициаторами этих скандалов становятся как читатели, так и начальники незадачливых авторов.