Как я брал интервью у Михаила Шеремета
Договориться с ним об интервью было не сложно. Пресс-служба пообещала, что, как только он будет в Крыму, то уделит полчаса на беседу. «Вставим вас в график», - строго, но дружелюбно пообещали они мне. И в графике, как позже выяснилось, я шел сразу за АКСЕНОВЫМ.
С опозданием в час ШЕРЕМЕТ пришел и, объясняя задержку, сказал: «Был у шефа». Я тут сразу вспомнил знаменитое «Лёлик, всё пропало!» и хотел было пошутить на эту тему, но ШЕРЕМЕТ выглядел то ли уставшим, то ли не в духе, и я решил не рисковать – ведь я хотел уйти после интервью, а не до.
«Вы мало, как мне кажется, даете интервью, Михаил Сергеевич», - сказал я садясь. «Почему?» - ответил он вопросом. И я опешил. «Что «Почему? - спросил я сам у себя. – Он спрашивает, почему я так думаю или интересуется у меня, почему он мало дает интервью?». Почувствовав, что еще ничего не началось, а я уже начал путаться, говорю, что, если какие-то вопросы ему не понравятся, он может не отвечать. Я-то думал, что это собьет градус настороженности, но градус только подскочил вверх после его, совершенно неожиданного для меня ответа: «Мне не нравится сразу такая постановка». И тут занервничал я. Мне даже показалось, что помощник, зная нрав работодателя, уже подходит сзади, чтобы выпроводить меня, ориентируясь на интонации начальника. И снова в голове мелькнуло «Всё пропало!», но я успел спросить:Вы – герой Крымской весны, командир крымского народного ополчения, депутат Госдумы. Кем бы хотели быть вписаны в историю Крыма?
Он сел за стол и даже не задумываясь, ответил:
Все крымчане уже вписаны не только в историю Крыма, но и в современную историю вообще. Хочется быть созидателем – человеком, который внес значительный вклад в развитие нашего полуострова.
А что интересней – быть командиром ополчения или депутатом Госдумы?
Те люди, которые участвовали в Крымской весне – а это абсолютно все жители нашего полуострова – они пропустили через себя все события и им интересна любая работа, ведущая к процветанию и благополучию полуострова.
Тут я подумал, что депутатство – это профессиональная трансформация, часть которой – навык отвечать уклончиво. А он продолжал:Мы люди военные и универсальные. Если нам ставится задача – мы достигаем результатов. Причем, к результату мы идем по наименьшему пути сопротивления. Не строим какие-то параболы. Может быть это и излишне прямолинейно, но нам главное – конечный результат.
То есть вы найдете интерес везде, куда вас пошлют?
Совершенно верно.
А вы свой первый день в Госдуме помните?
Помню.
И тут наступил момент, когда я потерял Михаила ШЕРЕМЕТА – он расплылся в улыбке и ушел куда-то глубоко в себя. Я даже представил, как он вспоминает, как стоит перед этой глыбой – зданием Госдумы – и, глядя вверх, на герб страны, прилепленный под крышей, вот так же улыбается, как сейчас.
«Вы ее увидели и подумали: «Охренеть!»?» - спрашиваю, выводя его из транса.
«Ну, что-то очень близкое», - сказал он по-человечески и вдруг в нем снова включился депутат: «Я ж был в исполнительной власти, а законодательная была для меня новой сферой. Но я встал на колею, освоил, разобрался и работаю достаточно эффективно. Работаю так, чтобы не краснели за меня ни ополченцы, ни крымчане».
А вам не приходила мысль: «Не думал никогда я, простой мальчишка из глубинки, что войду в госдумовские двери»?
Это точно! Никогда я не собирался быть депутатом. Но готов всегда быть там, где Родина посчитает, что я могу быть эффективным.
Как вам легендарный госдумовский буфет? Раньше было обильно и не дорого.
Он скудный.
Ого! Уже не тот, что в предыдущих созывах?
Я тот видимо просто не застал.
Раньше там можно было за 100 рублей отлично пообедать.
Уже нельзя.
Кризис добрался и до госдумовского буфета?
Кризис тут, мне кажется, ни при чем.
Поняв, что из темы общепита ничего не выжмешь, меняю направление.
Вы член комитета по энергетике. Когда проллобируете снижение цен на топливо в Крыму?
На цены у нас сильно влияла логистика, - отвечает он, имея в виду, как я понимаю, дорогущую переправу через Керченский пролив на паромах. - Сейчас мы всем миром проблемы эти убрали, и на днях на рубль снизилась стоимость дизельного топлива.
Говорит он быстро и уверенно, но я успеваю понять, что «всем миром», это значит «за счет федерального бюджета построили мост».
Насколько я понимаю - АКСЕНОВ приказал, вот и снизили. Но это, извините, совсем другая логистика.
ШЕРЕМЕТ соглашается, что республикой приходится управлять в ручном режиме, но проблема, по его мнению, не в системе, а в том, что АКСЕНОВ за всеми проблемами не успевает. «АКСЕНОВА было б здорово клонировать, - говорит он, - тогда бы в разы больше чего решалось. Нужны сильные помощники, чтобы АКСЕНОВ за них не решал их вопросы».
Тут надо было спросить, не стоит или клонировать и самого ШЕРЕМЕТА по количеству необходимых помощников, чтобы в разы больше всего решалось, но сообразил об этом потом, а с ходу задал вопрос: «То есть с железнодорожными товарняками снижение цен в Крым не приедет? Что скажете – член комитета по энергетике?».
Посмотрим, но я в такую зависимость не верю. Верю в логистику и в разумный подход к решению задач. В украинские времена был принцип набить сию минуту карманы, а там хоть трава не расти.
А сейчас иначе?
А вы не видите разницы?
Не вижу.
Жаль. Сейчас все продуманнее и дальновиднее. Все с учетом перспектив.
Если ручное управление регионом, как вы считаете, столь эффективно, так может стоит вообще законодательно развязать руки Сергею АКСЕНОВУ?
Я считаю, что полномочий на местах у руководителя немного. Это, кстати, касается всех губернаторов и глав. А спрос с них очень большой. А рычагов влияния для быстрых и эффективных решений недостаточно. Я говорю в том числе и про федеральные органы власти, которые находятся на территории субъекта, но бездействуют, не решают задачи, которые на них возложены. И вот жители обращаются к главе, а …
А руки-то у него связаны.
Да.
Депутат сам комитет выбирает, где, как мы считаем, он числится, а он считает, что работает, или старшие товарищи направляют?
У меня выбор комитета был осознанным, так как после теракта с подрывом линий электропередач очень плотно занимался этими вопросами - глава республики поручил мне возглавить комиссию по ликвидации чрезвычайной ситуации. Наши энергетики смогли тогда удержать оставшиеся 300 мегаватт и не развалить сеть. А то бы мы по сей день расхлебывали последствия. Это были профессиональные и грамотные действия наших энергетиков.
И вот я решил, что раз топливно-энергетический комплекс лежит полностью на мне, то я вполне могу считаться великим энергетиком.
Тут Михаил Сергеевич улыбнулся (может потому, что это была его шутка), но было очевидно, что шутит он так не в первый раз.
Но на практике оказалось, что мне до сих пор приходится учить терминологию и становиться хоть на какую-то ступень выше, чтобы я мог вести диалог с коллегами депутатами на одном языке.
А может надо было в комитет по обороне? Там бы с полуслова понимали вы их, а они вас.
Дело в том, что с обороной в Крыму все благополучно, а с энергетикой в 2016-м году было сложно.
А сейчас и энергетика наладилась – вырабатываем больше, чем потребляем. А с культурой сложно. И со спортом дела обстоят не ахти (и я рассказал ему вот об этой истории).
Я и то, и другое без внимания не оставляю. Депутату ведь не запрещается обращать внимание на все вокруг происходящее и высказываться по этому поводу и делать депутатские запросы.
Можно сказать, что вы, крымский таран в Госдуме?
Да. Надеюсь. Хочется в это верить.
У вас 136 законодательных инициатив, в которых вы выступили соавтором, а почему не автором?
Есть, где и автором – у вас неточная информация. Да и соавторство, это, поверьте, очень большая работа – поправки ведь вносятся не только при голосовании на пленарных заседаниях. И качество законопроекта зависит в основном от того, насколько он продуман в комитете, а не насколько долго за него голосовали.
Слушайте, в интернете полно информации, что депутаты просят вписать их в соавторство за деньги, чтобы было что показать, как результат работы, и чтобы в следующую Думу их взяли.
Я вот сейчас даже перекрещусь и скажу, что в жизни никогда не платил и платить не буду.
А вы в следующую Думу собираетесь?
Если глава республики, если народ посчитают, что это необходимо, то я готов.
С АКСЕНОВЫМ встречаетесь?
Вот только что от него.
А неофициально?
Бывает. Есть вопросы, которые нужно порешать глаза в глаза.
Вы с ним по старинке запросто? Он вам: «Михалыч!». Вы ему: «Серега!».
Я отставной офицер и субординацию понимаю и соблюдаю. Только «Сергей Валерьевич» и только на «вы».
«Сергей Валерьевич, а не выпить ли нам чаю с бубликами?». Так?
Ну, во-первых, мы из народа и таких выражений не знаем, а во-вторых, он, если надо, сам предложит – он очень демократичный человек.
Вы какие-то его поручения в Госдуме выполняете?
Конечно. Ведь много чего случается здесь, так сказать на земле, что требуется решить там…
Так сказать, на облаках. Понятно.
К примеру, продление приборов учета по всем энергоносителям. Крымчане не успевали установить их вместо украинских. И продлевали законодательно сроки, чтобы жители полуострова не попадали под действие российского законодательства.
Как это происходит? АКСЕНОВ вызывает вас и говорит: «Слушай, Михаил Сергеевич, езжай-ка ты в Госдуму, дорогой мой друг, и сделай там, то-то и то-то»?
Происходит по-разному. Получить поручение сейчас можно и по телефону, и по емайлу. К примеру: «Проработай вот это направление». Прорабатываю, докладываю. Стараюсь держать высокий темп, заданный в 2014 году.
Я помню, как вы с отрядом бабушек задавали темп у дачи КИСЕЛЕВА в Коктебеле!
Наш отряд потом стали называть «мишкины бабки». Но это была сила! Мы до сих пор встречаемся в клубе «Дружба».
Песни с ними поете?
Пою обязательно.
Единство «Русского единства» сохранилось? Или сейчас каждый из вас – вы, АКСЕНОВ, ПОЛОНСКИЙ, ЦЕКОВ – сами по себе?
«Русское единство» плавно перетекло в «Единую Россию».
Вас, как человека, как депутата, как крымчанина что-то не устраивает в политике государства?
Не устраивает, что наш, вроде бы рядовой субъект, испытывает ряд сложностей, которых не испытывают другие субъекты. В какой-то степени присутствует дискриминация в отношении крымчан. Это и провайдеры интернета, и мобильная связь, и банковские услуги и другое.
Вы будете мозги МТСу вправлять? Может, для верности ваш отряд позвать? Может, хватит им песни петь, а стоит снова за дело взяться?
Стоило бы, но не хочется украинского цирка.
Удастся решить?
Занимаемся. Глава занимается лично. Не сомневаюсь, что решим. С таким главой мы что угодно решим.
Итак – глава у нас лучше всех, а чего тогда Крыму недостает, чтобы выбиться в тройку региональных лидеров по России? Сужу количество вариантов до двух: нефти или мозгов?
Нефть и газ, это хорошее подспорье, лишь бы перерабатывать их научиться, а не реализовывать сырцом.
То есть, нет мозгов?
Есть, но мало – нужно больше.
Вы спортом занимаетесь?
Занимаюсь, но не в том объеме, как было раньше.
Вы президент федерации каратэ Крыма, но мне рассказывали, что видели вас играющим в настольный теннис.
Мало того – я активный участник соревнований по настольному теннису среди депутатов Госдумы. Не менее четырех раз в год турниры проводим международные в рамках проекта «Парламентские игры». Принимали участие депутаты из Эстонии, Латвии, Венгрии, Югославии. Поляки были.
Поляков вы разбили?
С этими справился. А вот венгра и румына не одолел.
Учитывая международную обстановку это уже не важно. А точно вы призовое место в теннисе заняли не потому что президент федерации по карате?
Тогда бы я первое занял.
Логично. А почему настольный теннис?
Он очень умный и очень быстрый. И у меня еще в школе был второй разряд.
Новый министр спорта России какие-то титулы высокие в настольном теннисе имеет. Получается, как только он в Крым приедет, то вы его сразу к столу можете пригласить.
Главное, чтобы он меня правильно понял.
На том закончили. Уходя, я спросил сам себя «Ну и какой он, Михаил ШЕРЕМЕТ?». И сделал вывод, что он тот, у кого всего в меру. И именно таких называют «крепкий середнячок» и ничего обидного в этом нет.
Алексей САЛОВ