Мы люди особого поколения
О группе «Альфа» знают практически все. Её офицеры по праву приобрели репутацию тех, кто способен решить задачу любой сложности. Причём не только во время спецопераций, где нужно применять военную смекалку и демонстрировать великолепную подготовку, но и в обычной гражданской жизни. Потому как защищать Родину можно на разных рубежах, в том числе и после службы. О том, чем занимается Международная ассоциация ветеранов подразделения антитеррора «Альфа», какое внимание уделяет молодёжи и какие проблемы есть в военно-патриотическом воспитании, «АН» поговорили с её президентом Сергеем ГОНЧАРОВЫМ.
– СЕРГЕЙ Алексеевич, с чего начиналась ветеранская организация «Альфы»?
– Группа «А» создавалась как антитеррористическое подразделение, которое должно было заниматься строго своими делами: борьбой с террором и спасением жизней заложников. Однако после развала СССР и прихода Ельцина к власти нами вдруг решили затыкать дырки в бывших союзных республиках, где возникали политические и военные конфликты. Это Прибалтика, Таджикистан, в котором стали вырезать русское население, Армения, Грузия и т.д. Мы практически не находились в России и решали проблемы в этих уже независимых государствах.
Ключевыми стали события 1991 года в Вильнюсе, когда нас сначала по приказу Горбачёва отправили наводить порядок, а затем стали открещиваться от этого. Никто тогда из руководства страны не взял на себя ответственность, выставив ситуацию так, что мы якобы самовольно туда полетели. Тогда многие сотрудники решили, что с таким отношением властей служить Родине просто невозможно. Плюс государство практически вообще не платило деньги офицерам, и тем чуть ли не в бомжей приходилось переодеваться и просить милостыню у метро, чтобы хоть как-то существовать. У страны не было денег обуть и вооружить сотрудников даже такого подразделения. Не говоря уже о каких-то компенсациях семье в случае смерти альфовца.
Офицеры стали увольняться. А так как «Альфа» была брендом известным, многие наши сотрудники без труда нашли работу и смогли заработать серьёзные деньги, став уважаемыми людьми.
Было понятно, что в таких условиях без ассоциации, которая бы помогала материально, мы банально не сохраним подразделение. Бывшие сотрудники группы «А», ставшие бизнесменами, начали доплачивать семьям, приобретать оружие, форму, оплачивать командировочные. Тогда ещё не шло речи о каких-то грандиозных вещах – только о том, чтобы выжить.
Позже Ельцин из-за событий 1993 года решил расформировать «Вымпел», и офицерам, которые знали по 2 языка, которых 5 лет учили как высококлассных диверсантов, – предложили написать рапорт и перейти в милицию!
Так эпопея с нашей ассоциацией потихоньку раскручивалась – офицеры увольнялись из силовых структур, их нужно было устраивать на работу. Бренд «Альфа» был велик, поэтому одного нашего звонка хватало, чтобы человек получал хорошее, заслуженное рабочее место.
Также мы оказывали юридическую помощь и защищали тех ребят, которые попадали в ситуации наподобие тех, что были в Вильнюсе. До сих пор мы с этой проблемой боремся. Михаилу Васильевичу Головатову, бывшему командиру «Альфы», который руководил операцией, литовский суд грозит пожизненным заключением, а остальным – по 25 лет тюрьмы.
– Одно из направлений работы организации – это военно-патриотическое воспитание молодёжи, что здесь делается ассоциацией?
– Мы взяли на себя миссию, чтобы дети погибших офицеров «Альфы», могли гордиться своими отцами. В то время этим вообще никто не занимался. Да и сегодня государство и федеральные каналы не только не занимаются военно-патриотическим воспитанием, но и банально вредят. Взять телевидение – наши побеждают на Олимпиаде, завершаются какие-то грандиозные стройки, и об этом лишь небольшие сюжеты. Но когда доходит до грязного белья звёзд, то тут же целый цикл передач со всевозможными пошлыми подробностями.
Понятно, что для них это коммерция. И если государство во главу угла поставило в заслугу только деньги, то вокруг этого всё и крутится. Наша ассоциация хочет перевернуть эту ситуацию. Так, мы начали с того, что стали присваивать школам имена наших погибших офицеров. У нас 15 именных школ по всей России, есть подшефные учебные заведения, мы стали создавать спортивные клубы, организовываем кадетские классы. Наши кадеты единственные, кто принимает клятву в Георгиевском зале Кремля. Мы проводим уроки мужества в школах – когда к ребятам приходит герой с иконостасом из наград, который рассказывает про «Норд-Ост», Беслан, как он туда попал и вообще, что для него значила служба Родине.
Многие уже с трудом ответят, кто такие Матросов, Чапаев, но легко расскажут про Бузову и Крида. Мы же хотим часть детей оттянуть от наркотиков, от пьянства, от такого позорища, как «Дом-2», чтобы они понимали, что кроме денег, популярности и шмоток есть у людей что-то святое.
– Если у поколения постарше были ветераны Великой Отечественной войны, то сейчас ветераны в том числе «Альфы» должны занять их место на таких встречах?
– Безусловно! Ветеранов и так практически не осталось, да и трудно им на одном языке общаться с молодёжью – слишком велик разрыв у поколений. А когда приходит молодой Герой России, полный сил, в наградах, успешный и уважаемый человек – это другое дело.
Пусть медленно, но это даёт результаты. В этих школах 80% детей знают об истории России что-то положительное. А не сидят и завидуют, кто и как в инстаграме набрал лайков и как с помощью этого куда-то пробиться.
– Как вы относитесь к тому, что было решено возродить Главное военно-политическое управление в армии? Есть ли в этом смысл?
– Я отношусь к идее двояко. В СССР была идеология – хорошая или плохая, не нам судить. Поэтому там ГлавПУР (Главное политическое управление ВС и ВМФ СССР) теоретически могло бы работать. А если переносить эту ситуацию в существующие реалии, то мне не понятно, на чём эта идеология должна базироваться. Идеология – это же как вера – либо есть, либо нет. У русских это то, что мы пронесли и впитали от наших прадедов и дедов. А написать её с нуля и убедить всех – такого уже никогда не будет. Вот нынешний ГлавПУР, что он будет проповедовать?
Не хочу скрывать, что в 90-е многие из наших офицеров говорили, мол, случись чего – кого мне идти защищать? Березовского и Абрамовича? И ответить нечего, потому что они правы. Если раньше люди шли в атаку «За Родину, за Сталина!», то теперь что? «За «Челси»?
Хотя чисто воспитательная работа в армии должна быть. Если у тебя боец пошёл по кривой, курит и пьёт, то, конечно, его надо воспитывать. Но воспитывать нужно только на той основе, которая была бы для него реальна. Не на деньгах, а на положительных примерах, которых у нас достаточно.
– А вообще с чего должен начинаться патриотизм?
– Нужно знать историю. Понимать, что всё это существует только благодаря тому, что всё самое святое передавалось из поколения в поколение, и при этом действительно любить свою страну. Но одновременно с этим и Родина должна отвечать взаимностью. Страна должна понимать, что ты не быдло, которое можно водить по кругу, якобы ты ничего не понимаешь. Многие ведь уезжают за границу не потому, что они Родину не любят, а потому что здесь они не могут себя реализовать. Все социальные лифты для них перекрыты, и не всегда обоснованно. Если бы он, например, знал, что начальник умнее его в 50 раз и потому занимает должность, – это одно. А у нас чаще это брат-сват и чей-то родственник.
– Получается, что важная составляющая патриотизма – это социальная справедливость?
– Конечно! Если человек отдаёт стране свой ум, свои силы, то почему Родина должна платить ему только 10 тысяч, как аспиранту? Почему героями передач и репортажей, становятся звёзды шоу-бизнеса, а не те, кто добивается чего-то действительно полезного для Родины? Посмотришь СМИ – кажется, что у нас страна артистов, которые ещё и платят за то, чтобы их грязное бельё обсуждали. В стране много внутренних проблем, но повестку дня подменяют на несущественные вещи. Нужно понимать, что эта линия уже вызывает неприязнь и раздражение у общества, когда тебе целыми днями наваливают про Украину. Или доходит до смешного, когда Голикова делает перерасчёт и у нас в стране вдруг меньше бедных становится – так власть банально дискредитирует сама себя.
– С одной стороны, по Конституции идеология невозможна, но, чтобы государству этим заниматься, – нужна идеология. Как соблюсти баланс?
– А она разве куда-то исчезла? В советские годы были лозунги, что мы построим коммунизм через 20 лет после XXII съезда, состоявшегося в октябре 1961 года. Сейчас у нас в документах – достигнем таких-то показателей к 2024-му, построим столько-то к 2026-му и т.д. По сути, ничего не поменялось. Власть думает всё теми же категориями, что и раньше. При этом не понимает, что народ устал от морковки где-то впереди – он хочет хорошо пожить не когда-нибудь, а уже сегодня. Мы сначала ждали коммунизм, потом – демократию, теперь – ещё чего-то.
– В чём, на ваш взгляд, главная проблема патриотического воспитания?
– В том, что нет возможности решать эту проблему, потому что людей, неравнодушных к этой теме, государство не приглашает и не даёт площадки, где можно выступать. Эти препоны везде, в том числе в СМИ. Почему, например, не сделать передачи о новых героях? У нас живы афганцы, те, кто прошёл чеченские войны, появились новые герои в Сирии. Почему не восхвалять их подвиги?
– И в завершение, если в регионах в какой-то школе захотят, чтобы под вашим кураторством прошёл урок мужества, то куда им обращаться?
– Мы представлены на всех площадках в Интернете, на страницах указаны контакты, и все желающие могут обращаться к нам. Мы всегда готовы выехать в школы и провести урок мужества или же, как было после трагедии в Керчи, дать консультации директорам и педагогам школ.