Турбулентность: кто за неё в ответе? Рейтинг российской власти пошёл вниз и без усилий внешних врагов
Иллюстрация: Ferbies / shutterstock.com
Казалось бы, сколько сегодня поводов для торжества в России тех, кто в последние годы делал ставку на «антисистемные» силы на Западе. Американское правительство с Дональдом Трампом во главе встретило новый 2019 год в состоянии «шатдауна», то есть в параличе. Британская власть в коме от «брекзита», и премьер-министр Тереза Мэй держится буквально на волоске. Французский президент Эммануэль Макрон, которого наши госканалы так старательно «топили» в ходе предвыборной кампании, поставлен к политической стенке своими «жёлтыми жилетами».
Основания получить злорадное удовлетворение от страданий Запада налицо. Однако удовлетворение это оказывается весьма поверхностным и коротким. Проблема в том, что России от бед Запада лучше не стало. Как бы ни были заняты американские демократы и республиканцы борьбой между собой, на нашей стране и её авторитете это сказывается совсем не по заслугам – более полусотни раундов экономических и политических санкций, массированная милитаризации западных границ и необузданная демонизация. Вечно «гадящая англичанка», прежде чем повиснуть над пропастью отставки, успела основательно отравить не только свои отношения с Россией, но и Европу вовлекла в токсичный оборот. И только Макрон успел до своего кризиса предложить России принять участие в пересмотре архитектуры безопасности в Европе – но ответа не получил.
Когда у Иосифа Сталина в 1925 году спросили, какой уклон в партии хуже, левый или правый, генсек ЦК РКП(б) ответил: «Нельзя так ставить вопрос. Оба они хуже». Так и с Америкой: Клинтон или Трамп – вопрос нерелевантный, оба хуже. Лондон с Европой или Лондон с «брекзитом» – тоже оба хуже. У палки два конца. Надеяться, что один конец будет бить мягче, чем другой, – это из области фантазий и иллюзий, а не политического анализа и прогнозирования.
Ситуация могла бы быть другой, если бы Россия сделала ставку на (относительного) социалиста Берни Сандерса в США и решительного социалиста Джереми Корбина в Британии. Но поскольку любая левая идея для сегодняшнего Кремля совершенное табу, то такие ставки невозможны.
Поэтому и в 2019 году Кремль продолжит стабильно получать тем концом палки, который сам на себя направил. Новые санкции – получим, новые провокации – в стиле украинских вылазок в Керченский пролив и хуже – тоже гарантированы. Более того, пока в США во власти Д. Трамп – будь то ещё два года или шесть лет – никаких поблажек России не будет. Внешнее давление будет нарастать: обещания Трампа «поладить с Россией» – это лишь прикрытие для американской стратегии ослабления – и по возможности разрушения – нашей страны.
На европейском направлении хороших новостей тоже немного. Легитимный протест против либерального капитализма – «жёлтые жилеты» vs. Макрон – перехватывают крайне правые силы, приверженцы капитализма националистического, ещё более радикального. Европейские парламентские выборы в мае 2019 года станут вотумом недоверия правящим партиям в Европе. В результате, по всей вероятности, крайне правые возьмут минимум треть парламента – цель, которую поставил ультраправый стратег Д. Трампа Стивен Бэннон, сбивающий сейчас «антисистемный» альянс в Европе. Политические диверсанты в сердце европейской бюрократии Брюсселе уже в этом году встряхнут европейское объединение так, как его ещё не трясло во всей послевоенной истории. Что от этого России?
Исполнят ли крайне правые свои обещания «дружить» с Россией или получится, как у Трампа? И что это будет за Россия при таких друзьях? Значит ли это, что российская власть последует западному тренду разрушения социального государства?
И это самый главный для нас вопрос. Ведь именно сокращение социальной системы вместе с потерей доверия к власти стало главной причиной дестабилизации европейских государств. Внешнее давление для России стало константой, новой нормой, поэтому стабильность – или нестабильность – будет зависеть от внутреннего курса. Рейтинг власти в 2018 году пошёл вниз без усилий внешних врагов – одними лишь решениями российской власти. Недовольство, раньше глухое, вышло на поверхность – на сентябрьских выборах в Приморье, Хакасии и в Орловской области граждане дали понять: лучше кто угодно, только не «системные силы».
С наступлением нового года объективных обстоятельств для роста протеста добавилось – опять же решениями российского правительства. Введение новых налогов – увеличение НДС на 2%, налог на самозанятых 4% (6%) и повышение цен – ЖКХ на 4,1%, на бензин, на парковку, другие поборы, вплоть до возможного «налога на колбасу», плюс рост цен за счёт ослабления курса рубля – россияне в ближайшие месяцы почувствуют новую нагрузку на кошелёк. И всё это в добавок к повышению пенсионного возраста и обманутым ожиданиям на изменение курса после президентских выборов.
Справедливость и социальное государство – самые главные запросы граждан сегодня. Согласно соцопросам, две трети россиян с ностальгией отзываются о советской эпохе. И ностальгия эта – не по собственной молодости, как хотят внушить пропагандисты, и не по пломбиру за 19 копеек. Люди хотят качественного бесплатного образования и здравоохранения, равенства перед законом, справедливого распределения доходов. Декабрьский доклад-исследование ряда специалистов «Осенний перелом в сознании россиян: мимолётный всплеск или новая тенденция?» отмечает к тому же резкое усиление нематериальных потребностей, таких как свобода, уважение, честные выборы.
Национальные проекты вроде бы ставят именно такие социальные цели. Но люди не видят результатов. Как в Приморье: отдельная программа развития, инвестиции, фонды – а жители региона в своей жизни изменений не почувствовали и отправили «систему» в отставку.
Услышит ли власть людей в 2019 году? Предложение «ценностей» в форме клерикализации и «консерватизма» направлено на сохранение самой власти, но отнюдь не в ответ на социальный запрос.
Пока пропасть между властью и народом только расширяется. Вероятно, правящие круги обрекают себя на получение более решительных требований от народа – пока не дойдёт. Когда и в сколь решительной форме народ даст новые посылы – вопрос открытый.
Вероника Юрьевна Крашенинникова