«Мы расстаемся окончательно и бесповоротно»
«Мы посылаем месседж в Москву: мы расстаемся, окончательно и бесповоротно», — слова президента Украины Петра Порошенко выразили суть украинской политики в отношении России за все последние годы. Взятый четыре года назад курс на разрыв с РФ в 2018 году президент Украины окончательно сформулировал в своем предвыборном лозунге «Армия! Язык! Вера!» Три источника и три составные части, символизирующие окончательное размежевание: своя армия, свой язык, своя вера.
Для украинской власти, как и для всего народа Украины, наступает волнительный момент. В марте 2019-го граждане выберут себе президента и, судя по последним соцопросам, это будет не Порошенко.
За пять лет его президентства страна погрязла в затяжном гражданском противостоянии, лишилась части территории, а социально-экономические проблемы многократно обострились. Рекордно низкие рейтинги президента в полной мере отражают отношение избирателей к его персоне. Не имея возможности похвастать успехами в экономическом развитии и урегулировании в Донбассе, президент Украины решил обратиться к «последнему прибежищу негодяев» — патриотизму.
Пожалуй, центральным событием уходящего года стало создание своей «национальной и независимой от Москвы» церкви. Еще в апреле Порошенко и Верховная Рада при поддержке Украинской православной церкви Киевского патриархата (УПЦ КП) и Украинской автокефальной православной церкви (УАПЦ) обратились к Константинопольскому патриарху с просьбой предоставить Украине томос об автокефалии (указ о церковной независимости от Московского патриархата). Тогда мало кто обратил внимание на это обращение, сочтя его не более чем обычным предвыборным трюком, однако скептиков ждало разочарование.
После подготовительного периода в октябре Константинопольский патриарх, будучи в православной иерархии духовно, но не властно, первым среди равных, пообещал предоставить Украине автокефалию. Следующим шагом к этой цели стало создание объединенной православной церкви Украины, что и произошло 15 декабря на всеукраинском соборе. Формально для завершения формирования украинской автокефальной церкви ей осталось получить томос от Константинопольского патриарха, что он уже пообещал сделать 6 января 2019 года. Впрочем, не все так просто.
Крупнейшая и, самое главное, пока единственная каноническая церковь, — Украинская православная церковь Московского патриархата (УПЦ МП) — не присоединилась к процессу, назвав его расколом. О каком единстве теперь может идти речь, если самая крупная по числу прихожан церковь, контролирующая все монастыри и лавры на Украине, осталась в стороне.
Правда, на этот случай у украинской власти есть некоторые рычаги в виде спецслужб и радикалов. Так, в день проведения объединительного собора сотрудники Службы безопасности Украины (СБУ) попытались захватить кафедральный Преображенский собор Винницы, а уже на следующий день бывший лидер запрещенного в России «Правого сектора» Дмитрий Ярош призвал к охоте на «московских попов».
Войной Патриархатов дело не ограничилось. На фоне церковного конфликта российско-украинские отношения подошли к стадии военного противостояния.
Однажды (уже после возвращения Крыма) украинские военные корабли уже проходили через Керченский пролив, просто уведомив, согласно общепринятым правилам, российскую сторону. Однако 25 ноября что-то пошло не так. Два бронекатера и буксир вошли в территориальные воды России в районе Крыма и двинулись в сторону Керченского пролива. На запросы российских пограничников экипажи не отвечали, а когда многочасовые переговоры не увенчались успехом, российские моряки обстреляли украинцев, задержали нарушителей и отбуксировали корабли в Керчь.
Этот эпизод спровоцировал крайне жесткую реакцию Украины. Инцидент произошел примерно в 16:00 в воскресенье, а уже в полночь Совет национальной безопасности и обороны (СНБО) собрался на экстренное заседание, по итогу которого было принято решение о введении в стране военного положения сроком на два месяца.
Многие на Украине восприняли эту меру как сугубо искусственную, направленную на срыв избирательной кампании. Режим военного положения позволяет не только перенести выборы, получив дополнительное время и надежду поправить электоральное положение действующего президента, но и дает властям законное право ограничить деятельность оппозиции. Поэтому Верховная Рада отказалась поддерживать президентскую инициативу и согласилась на промежуточный вариант военного положения: 30, а не 60 дней, и не во всей стране, а только в приграничных с Россией областях. Порошенко в свою очередь клятвенно пообещал не переносить из-за военного положения президентские выборы.
При стабильном развитии ситуации военное положение закончится вместе с 2018 годом и не помешает проведению выборов, однако Порошенко допустил, что его можно продлить в случае «полномасштабного военного вторжения России». Интересно, что вслед за президентом Украины, министр иностранных дел РФ Сергей Лавров предупредил о планах украинской стороны организовать вооруженную провокацию на границе с Россией. Если представленные министру разведданные верны, то вполне можно допустить, что в Киеве готовы пойти на крайние меры ради продления военного положения.
Еще одним важным событием уходящего года стали выборы в Донецкой и Луганской народных республиках. Они были продиктованы не только требованиями конституций ДНР и ЛНР (демократические процедуры становятся сегодня основным признаком государственности даже в случае непризнанных республик), но и политической целесообразностью.
Летом этого года в результате покушения погиб первый глава Донецкой народной республики Александр Захарченко. Немногим ранее, в ноябре 2017-го, тоже не по своей воле, хоть и в добром здравии покинул свой пост глава Луганской народной республики Игорь Плотницкий. Пришедшие им на смену люди хоть и пользовались определенным авторитетом в республиках, но не могли бесконечно находиться в статусе исполняющих обязанности. Рано или поздно легитимность их власти следовало подтвердить всенародным голосованием. Что и произошло в ноябре.
Вполне ожидаемую победу одержали исполняющие обязанности глав ДНР и ЛНР Денис Пушилин и Леонид Пасечник соответственно. Несмотря на непризнание выборов официальным Киевом, Европой и США, по информации источников «Ленты.ру», проводивших социологические опросы накануне выборов, и Пушилин, и Пасечник одержали честную победу, набрав 60 и 68 процентов голосов.
Проведение выборов и закрепление формальных полномочий глав непризнанных республик само по себе не так важно, как тот контекст, в котором рассматривается ситуация Донбасса. Через четыре месяца в стране пройдут президентские выборы. По последним соцопросам, действующий президент Петр Порошенко занимает лишь третье место в рейтинге с уровнем поддержки всего 11 процентов. Схожая ситуация и с грядущими парламентскими выборами, которые пройдут осенью 2019 года. На них представителей нынешней власти скорее всего ждет поражение.
Лидеры же рейтингов, будь то Юлия Тимошенко или политики с подконтрольного Украине юго-востока, неоднократно заявляли о готовности договариваться с представителями непризнанных республик ради разрешения конфликта в Донбассе. В связи с этим выборы в ДНР и ЛНР приобретают особую значимость, ведь по их итогу в результате всенародного голосования к власти пришли люди, малоизвестные широкой украинской аудитории и не принимавшие участия в военных действиях, соответственно, не запятнавшие себя кровью украинских солдат.
А это уже открывает пространство для переговоров после смены власти в Киеве в 2019 году. Для украинских политиков из условной партии мира эти кабинетные функционеры более приемлемые партнеры, чем полевые командиры юго-востока.
К тому же и Пасечник, и Пушилин — граждане Украины, что дополнительно подтверждает тезис о гражданском характере противостояния. Будучи по своей сути формальностью, ноябрьские выборы в ДНР и ЛНР позволят уже в 2019 году приступить к мирным переговорам по урегулированию ситуации в Донбассе.
Близость президентских выборов заставляет украинских политиков объединяться и искать союзников. И если абсолютное лидерство Юлии Тимошенко в соцопросах позволяет утверждать, что скорее всего именно она станет будущим украинским президентом, то судьба других политиков пока туманна.
Петр Порошенко, несмотря на увеличившуюся активность в последние полгода, лишь на пару процентов смог нарастить свой рейтинг. В данный момент не то что победа, но даже выход во второй тур представляются практически невозможными. Тем не менее действующий украинский президент будет бороться до последнего, потому что в случае его поражения, преемник наверняка попробует организовать судебное преследование своего предшественника. Благо на Украине накоплен богатый опыт по этой части.
Президентские выборы могут вывести на политическую арену и очень неожиданных персонажей. Лидер группы «Океан Эльзы» Святослав Вакарчук хотя и не объявлял о походе в политику, но весьма активно высказывается по общественно-политическим вопросам. Он полгода изучал демократию и права человека в американском Стэнфорде, а за его спиной, как говорят, стоит влиятельный олигарх и медиа-магнат Виктор Пинчук, связанный с семьей Клинтонов.
Самым же интересным для российской аудитории является будущее оппозиционных политиков от юго-востока, выступающих за федерализацию страны и нормализацию отношений с Россией. В ноябре партия «За жизнь» объединилась с «Оппозиционным блоком» и создала «Оппозиционную платформу — За жизнь».
В результате произошло объединение партии «газовиков» Юрия Бойко и Сергея Левочкина с группой Виктора Медведчука, имеющего статус неформального посла России в Киеве. Считается, что кандидат от этого объединения может выйти во второй тур президентских выборов, а на парламентских выборах партия вполне может собрать порядка 30 процентов голосов избирателей. А это в свою очередь открывает еще более широкое пространство для мирного урегулирования на Украине.
Прошедший год оказался крайне сложным в отношениях Украины и России, а в предвыборный период нас, вероятно, ожидает очередное обострение. Однако уже в апреле на Украине скорее всего будет новый президент, а с ним (или с ней) появятся и новые надежды.