Францию гонят с позором. Африка выбирает Россию
Африканские страны усиливают процесс избавления от французского гнёта. Покончив с марионеточными правительствами, ориентировавшимися на Париж, и выгнав воинские контингенты Пятой республики, бывшие колонии европейской империи бросили вызов главной постколониальной «скрепе» – культурной.
В 1904 году на свет появилась довольно забавная карикатура: как государства Старого Света колонизируют Африку. Отношение к Чёрному континенту, вернее способы его захвата и переваривания, у различных европейских народов были действительно различными.
Карикатура на различные подходы к колонизации Африки у народов Европы, 1904 год.
На карикатуре мы видим британцев, выкачивающих из чернокожих всё, что только можно. Немцев, заставляющих жирафов маршировать прусским шагом, а крокодилов – носить намордники (чтобы был полный «орднунг»). Бельгийцы поджаривают местного жителя на вертеле (аллюзия на геноцид, учинённый Брюсселем в так называемом «Свободном государстве Конго»). А французы… целуются с чернокожими взасос и вытанцовывают перед ними.
Как говорит известный идеолог панафриканизма Кеми Себа, Франция, в отличие от той же Великобритании, решила проникнуть в мозг коренному населению. Она не ограничивалась простым выбиванием ресурсов и эксплуатацией экономических возможностей Сахеля и иных регионов. Париж хотел превратить африканцев в чернокожих французов – по языку, культуре, вероисповеданию. Получилось на выходе великое переселение африканцев в метрополию со всеми вытекающими вроде мигрантских гетто, погромов, голосования за леваков на французских выборах. Впрочем, в западной Африке такая политика имела свои позитивные для Франции результаты.
Прежде всего, конечно же, ментальное рабство. Французский язык знают там повсеместно, а значит, зависят от французских средств массовой информации, масскульта, норм и правил поведения. Гуманитарная элита целыми поколениями проходила через французские вузы, принося на историческую родину внедрённые в головы стереотипы. Элита индоктринировалась профранцузскими или латентными профранцузскими идеями чуть более чем полностью. Однако в один прекрасный момент что-то надломилось. Военные перевороты в Мали, Буркина-Фасо, Нигере наглядно продемонстрировали: эпоха Франсафрики закончилась (слова не мои, об этом слово в слово сказал совсем недавно президент Эммануэль Макрон).
Пришедшие к власти патриотические элиты, невзирая на французское образование, оказались истинными государственниками и взяли курс на отдаление от Елисейского дворца во всех сферах, включая основополагающую – гуманитарную. В 2023 году французский лишился статуса государственного в Буркина-Фасо и Мали. Взамен правительство решило всячески повышать статус местных языков. В текущем году вполне можно ожидать аналогичных шагов от военных Нигера, которые уверились в том, что французы не рискнут спровоцировать вооружённую интервенцию. Рушится культурная гегемония Франции и в арабской части Африки. Особенно усердствует в этом деле Алжир – флагман панарабизма в современном Арабском мире. С сентября 2023 года в университетах страны прекращено изучение французского языка, его место занял английский в качестве языка международного общения.
В то же время дефранкизация вызывает и серьёзные проблемы. Да, язык бывших колонизаторов – ярмо. Но без его использования управление разнородными провинциями, говорящими на своих языках и диалектах, становится делом нелёгким. Следует полагать, что франкофония всё-таки сохранит позиции в ближайшие десятилетия. Важно не только и не столько теснить позиции французского языка, сколько леволиберальную идеологию, навязываемую в пакете с ним. И, конечно же, проводить системные реформы в области экономики. Мова мовой, но вот даже полный отказ от неё жителей Нигера или Буркина-Фасо не приведёт к автоматическому обретению подлинного суверенитета.
Достичь реальной, а не декларированной, самостоятельности страны западной Африки могут лишь отказавшись от главных элементов неоколониальной системы. От французских инвестиций (добро пожаловать китайским, русским, турецким инвесторам), от счетов крупнейших чиновников и предпринимателей во французских банках (все, кому дороги денежные средства, переводят их в ОАЭ и другие нейтральные юрисдикции) и, наконец, от франка КФА. Наличие валюты, контроль над которой находится по факту в руках Парижа – крест на всех попытках снять с себя путы постколониализма.
При этом африканцам следует быть осторожными, поскольку все попытки демонтировать прошлую систему угнетения со стороны Франции пытаются оседлать американцы и представить себя в качестве «друзей» Чёрного континента. Визит Виктории Нуланд в Нигер в разгар угроз интервенции со стороны ЭКОВАС показал это с отчётливой ясностью. Эксплуатация из Вашингтона ничем не лучше эксплуатации со стороны Парижа (а, может быть, и хуже). Понять и осознать данный факт – в интересах самих африканцев. Однако чтобы у них имелся выбор, необходимо кратко усилить российское присутствие в Африке. И страны континента этого хотят.
Игорь Лисин