По воле мусора: сможет ли Карелия справиться со стихийными свалками

В условиях глобальной мусорной реформы в республике и отчетах о планах по строительству крупных профильных объектов (заводов и т.д.) в последнее время «за кадром» остается работа самого регионального оператора с несанкционированными свалками.

При этом власти все чаще говорят о волонтерских акциях и призывают неравнодушных помогать природе, тогда как в самой отрасли крутятся громадные деньги. Нет ли здесь лукавства?

Сами не с усами

Для начала – чуть статистики. По данным Росприроднадзора, в Карелии за 2021 год в Карелии было выявлено 111 несанкционированных свалок отходов, тогда как в 2020 – всего 43. Любопытно и то, что ликвидирована в прошлом году была… 122 свалка (в 2020 – всего 11). Ошибок тут нет: в число убранных куч мусора могут входить и те, с которыми власти не работали до этого.

В общем, по числу обнаруженных и «задокументированных» стихийных свалок за прошлый год Карелия среди регионов СЗФО заняла «почетное» четвертое место, проиграв лишь Ленинградской, Псковской и Новгородской областям.

Хотя о том, что Карелия зарастает мусором, эксперты сегодня не говорят, отмечая противоречивую тенденцию (или хотя бы намек на нее): власти вроде бы занимаются «экологическим просвещением», но преимущественно одним способом. Призывают помогать с уборкой местных жителей. И надо отдать должное семьям с детьми, которые в этих акциях участвуют.

Без «Чистого Онего», «Чистой Арктики» и других «субботников» с мусором, вероятно, возникли бы гораздо большие проблемы: ежегодно таким образом Карелия освобождается от десятков тонн мусора на прибрежной земле. А участников – многие сотни человек.

Но почему же этим вынуждены заниматься сами жители, если в Карелии есть компетентная и уполномоченная организация - «Карельский экологический оператор»?

Деньги есть - и съесть

Вопрос первый. Может, в Карелии просто некуда выкидывать мусор? Не хватает оборудования? Замминистра природных ресурсов и экологии экологии Алексей Павлов недавно говорил о создании «инфраструктуры планово-регулярного сбора отходов», закупке контейнеров, выделении субсидий в 20 миллионов рублей из бюджета РК – Петрозаводску и Сортавальскому району. Он же «с особой гордостью» сообщил о том, что в 2022 году Карелия получит из федерального бюджета 58 миллионов рублей субсидии на покупку более 2,1 тысяч контейнеров для раздельного сбора мусора.

Но стихийные свалки как были, так и есть. И, по мнению Алексея Павлова, это связано с «организацией обращения с твердыми коммунальными отходами» в малонаселенных и отдаленных районах, где не развита транспортная сеть. Другими словами, мусорщикам туда добраться нелегко.

«Низкая плотность <населения> приводит к накоплению и образованию свалок, - уточнил замминистра. - В 2021 году ликвидировано свыше 400 несанкционированных стихийных свалок и навалов мусора на землях лесного фонда, в водоохранных зонах и границах населенных пунктов. В 2022 году Министерство заключило соглашения с администрациями Кемского, Пудожского, Пряжинского, Суоярвского, Прионежского муниципального округов на предоставление субсидий для ликвидации несанкционированных свалок».

Вот и еще один «источник финансирования», который Карелии приходится использовать на борьбу со стихийным мусором, о котором, впрочем, было известно и ранее. Значит, деньги есть. Зачем тогда волонтеры?

«Стыдно за эту ситуацию»

У ребят, которые сегодня помогают убирать мусор, точка зрения по-хорошему наивна. Если не мы – то кто?

«Многие люди просто пока не научились за собой убирать, но я вижу, как многое постепенно меняется, - говорит жительница Петрозаводска Анна О. – Все больше приходит семей с детьми, которые на примере взрослых видят, как не надо и как надо обращаться с мусором. Это касается и раздельного сбора. Значит, когда они вырастут, то уже не будут мусорить, где попало: просто приучить к культуре обращения с отходами быстро, за год или за два, невозможно. Это как с лесом: большие акции по посадке леса тоже сегодня проводятся часто, и в них тоже участвуют семьи».

С этим ожидаемо согласен и замминистра Алексей Павлов.

«<…> Я вижу все исключительно в экологическом просвещении граждан, - недавно признавался он коллегам. - Поверьте мне: если человек приехал на природу, и там было чисто, то, скорее всего, он уедет и оставит после себя чистоту. А если он приехал – и стоял пакет…. Поверьте, около этого пакета там будет просто, как муравейник, набиваться рядышком мусор, который не был вывезен. Поэтому с самого начала – воспитание».

Впрочем, от помощи волонтеров регион, естественно, не отказывается. Замминистра вспомнил про одну из акций «Чистой Арктики» в Беломорске, где стал свидетелем показательного разговора.

«<…> К нам федеральные волонтеры приехали из Приморского края убрать от мусора места отдыха, - вспомнил он. - Местные жители спрашивали, вы к нам приехали, чтобы поддержать нас в чистоте? Внешне показалось, что им стыдно за эту ситуацию, на лицах она читалась».

Хватит хулиганить

Может, тогда стыдно за происходящее должно быть не только жителям, но и местному регоператору? Тем более, что профилактика – вдвойне эффективна, когда сопровождается сколько-нибудь заметной помощью ответственных предприятий.

Формально ситуация у и.о. гендиректора «Карельского экологического оператора» (КЭО, бывшего «Автоспецтранса») недавно вызвала Павла Дегтярева даже праведный гнев. Особенно со строительным мусором. Только от решения этих вопросов регоператор… едва ли не самоустраняется.

«Все, что вы видите, все это безобразие, на пляжах, в городе неубранное, строительный мусор… это вопросы-то, собственно говоря, по большей части не к нам, к сожалению, - сообщил недавно руководитель. - Тут же можно пойти двумя путями. Как в других регионах делается <…> существует очень сильное законодательство на эту тему. Там не найдете такого хаоса, который существует у нас. Вы не найдете ни одной машины, которая могла везти мусор куда-то, если она не имеет соответствующий талон. Там дикие штрафы, там люди теряют, если мы говорим о строительном мусоре».

На этом рынке та же Москва, например, давно не «хулиганит», добавил Павел Дегтярев. В Карелии же по-прежнему существуют «серые перевозчики» и т.д. При этом КЭО может все «вывозить идеально», но мусор – все равно будет.

«Волонтеров упоминали: это вообще просто дичь какая-то, - сетует руководитель. - Какие волонтеры? Вы предлагаете студентам-детям убирать за людей, которые отдыхают на пляжах? Это здорово, конечно, но это говорит о том, что работа абсолютно не налажена, в том числе, у местных властей».

Безобразие системы?

Только местные власти здесь могут оказаться не причем. По мнению старшего научного сотрудника института геологии КарНЦ РАН Дмитрия Рыбакова, в республике «провалена» сама система организации раздельного сбора мусора.

«Нужно менять систему, которая привела к безобразию с этими свалками, это мнение генпрокурора РФ, которое он высказывал еще в 2020 году, и сегодня ситуация не поменялась, – Кроме того, годами уничтожалось экологическое образование, просвещение и воспитание. Думаете, граждане, ничего не зная о том, как как ведут себя экосистемы, будут должным образом вести себя на природе?»

В свою очередь, мнение Павла Дегтярева о штрафах за мусор, – панацеей быть не может в принципе, уверен Дмитрий Рыбаков. Причем одна из причин такого метода борьбы может оказаться не столь очевидной.

«Они считают, что нужно наполнять консолидированный бюджет: а собранные средства распределятся по местным бюджетам, где выбранные депутаты сами решат, как их использовать, и целевой установки на работу со свалками – нет, - поясняет эксперт.

Сегодня же в целом не исключен вариант дополнительного и неоднозначного дохода регоператоров – за счет несанкционированных свалок, полагает Дмитрий Рыбаков. И парадокса тут нет. Возможная схема такова: организация устраивает несанкционированную кучу, которая затем убирается за казенные деньги. Или с помощью тех же волонтеров. А это – экономия. Дешевле «сбросить под елку в лесу», чем централизованно везти на полигон.

Достойные штрафы

Так или иначе, у руководителя «Карельского экологического оператора» Павла Дегтярева публичная позиция неизменна.

«Для того, чтобы что-то потребовать, вы сначала обеспечьте эти площадки, - недавно заявил он в парламенте. - Как ГИБДД задерживает и говорит: вы нарушили. Вы говорите: а куда ставить? А вам говорят: это ваши проблемы. Так вот когда люди говорят, куда нам все это выкидывать. Вы должны сначала сделать площадки и параллельно заниматься очень жесткими и непопулярными штрафами. Эта история продлится примерно от трех до пяти лет. Она будет непопулярна, возможно, для власти, но я был в Белоруссии, там беднее, чем у нас, но очень чисто. Пять лет нас по полной программе наказывали, а после пяти лет нам уже самим не захотелось».

Пока нет штрафов – «это просто одни разговоры», уверен Павел Дегтярев. Плюс к тому необходимо «вложиться» в контейнерные площадки. И заодно… внимательнее приглядеться к тарифу на вывоз мусора.

«Считаю, что надо иметь достойный тариф, который позволял бы убирать все, - констатировал он. - Мы не можем убирать строительный мусор, вы все равно будете обращаться к нам, потому что у нас есть специализированная техника. Вы все равно эту работу будем делать по отдельному соглашению».

По мнению экспертов, такое заявление здорово смахивает на шантаж со стороны, по сути, «естественной монополии», пусть и имеющей «на мусорном подряде» компании в районах. Особенно любопытно это выглядит на фоне прошлогодних финансовых показателей КЭО, которые оказались значительно скромнее, чем те, что были в 2020 году.

Выручка от продажи осталась практически на том же уровне (сократившись с 1,052 до 1,026 миллиона рублей), но чистая прибыль «рухнула» с 7,02 миллионов до 1,6 миллиона рублей. Зато управленческие расходы – выросли с 65,6 до 70,3 миллиона рублей. Где «зарыт мусор»?

Кому прибыли?

Напоследок – дабы составить более полное впечатление о районной активности по работе с несанкционированными свалками - взглянем на «финансово-контрактную» деятельность» районных «мусорных» компаний. Тех, что связаны именно со стихийным мусором.

Судя по информации официального сайта «Карельского экологического оператора», сегодня «помощников» у регоператора - около десятка. И их отчетные данные из открытых источников - крайне разнородны.

Вывод напрашивается один: компании финансово выживают, как умеют, а «география» распределена, судя по всему, исходя из возможностей подрядчика. Кроме того, мы взяли в расчет только «профильные» тендеры, тогда как других у компании может быть множество. Например, у того же КЭО – по обычному (регулярному) вывозу бытовых отходов.

В любом случае, в глаза бросается явное присутствие самого КЭО: помимо формального статуса он также имеет сразу четыре территории обслуживания, пусть и со значительно меньшей, чем у многих остальных компаний, чистой прибылью. Если же вспомнить о судебных конфликтах, связанных с мусорной реформой, то картина становится еще более «разноцветной».

***

Еще в середине «нулевых» многие местные журналисты отмечали, что мусорная отрасль – может стать «золотой жилой» для тех, кто будет способен разобраться в хитросплетениях расчетов и логистики. И эта метафора носила не самый лестный оттенок.

Сегодня же наблюдатели добавляют, что мусорная реформа при всей назревшей необходимости тоже может «выйти боком». И особенно это касается несанкционированных свалок, которые как будто бы созданы для «серых схем». Ведь ничейные отбросы, оказывается, тоже можно превратить в рубли. А что если просто перестать мусорить?