Аналитик Веселов: причины ЧП в ростовском СИЗО — слабый контроль и халатность
Захват заложников в ростовском СИЗО-1 поставил немало вопросов к ФСИН. Попытки оправдаться маленькой зарплатой и недобором кадров не пройдут: работа с особо опасными преступниками не терпит халатности и попустительства. Это едва не стоило жизни двум сотрудникам изолятора. Сейчас во всем будут разбираться следователи СК.
Ростовское СИЗО захватили террористы
Утром 16 июня шестеро заключенных захватили в заложники двух сотрудников СИЗО-1 Ростова-на-Дону. Нападавшие вооружились пожарными топориками, ножами, заточками и резиновыми дубинками. У них также имелись флаг и головные повязки запрещенного в России террористического движения ИГИЛ*.
Преступники потребовали автомобиль с полным баком, «зеленый коридор» и возможность улететь из России. Силовики и имам предложили мужчинам отказаться от кровопролития и сдаться, но те не согласились. В результате трехминутного штурма террористов ликвидировали. Все заложники живы.
Следственный комитет возбудил уголовное дело. В отношении начальника ростовского СИЗО-1 Андрея Мусаева начали служебную проверку, а всех сотрудников следственного изолятора проверят на причастность к террористическим организациям. В ходе мероприятий оценят и условия содержания арестантов в изоляторе.
Кем были террористы
Трое из шести преступников — 36-летний Тамерлан Гиреев, 27-летний Шамиль Акиев и 25-летний Азамат Цицкиев — включены в перечень террористов и экстремистов, были членами запрещенного в России «Исламского государства»*. В 2022 году они собирались напасть на здание Верховного суда в Карачаево-Черкесии, напомнил «Коммерсант».
Террористы купили автомат Калашникова и пистолеты Макарова, а также хотели смонтировать самодельную бомбу. Однако всю компанию успели задержать до теракта. Двое из них получили 18 лет, а самый младший, Цицкиев, — 18 лет и шесть месяцев лишения свободы.
Уже в СИЗО к этой троице примкнул 22-летний Малик Гандалоев. Будучи студентом-медиком, вместе с братом он настолько увлекся радикальным исламом, что бросил учебу. А в марте 2023 года был задержан по делу об изготовлении и незаконном хранении взрывчатки.
Оставшиеся двое преступников — Д. Камнеев, осужденный за преступления против государственной безопасности, и М. Сайпудинов, чьи дела связанны с тяжкими преступлениями против личности и собственности.
Преступники пытались завербовать как можно больше сокамерников, а взамен обещали оплатить их лояльность после побега деньгами. Примечательно, что почти всех террористов содержали в разных камерах, но они поддерживали связь с помощью запрещенных в СИЗО телефонов.
В три часа ночи мужчины смогли выбить оконные решетки и спуститься по канату с третьего и четвертого этажей. После они захватили младшего инспектора, 23-летнего Виктора Кончакова. С преступниками попытался было договориться начальник оперативного управления Александр Богма, но и он оказался в заложниках.
Что известно про СИЗО
Здание СИЗО-1 довольно старое, ему более двухсот лет. Камеры были не просто переполнены: по словам члена Совета по правам человека при президенте Евы Меркачевой, там содержали около трехсот заключенных, у которых даже не было спального места, сообщил РБК.
Кроме того, в пенитенциарном учреждении царил кадровый дефицит — недобор персонала был не менее 30%. При этом известно, что младший инспектор ФСИН, который непосредственно работает с заключенными, получает на руки лишь 25-35 тысяч рублей. Зато опыта работы при этом не требуется.
Но недостаток сотрудников и маленькая зарплата не повод плохо исполнять свои обязанности, особенно когда речь идет о работе с преступниками. Странно, что охрана проглядела заточки, но как не увидели запрещенные усы и бороды заключенных? На все эти вопросы предстоит ответить следователям.
Флаг мог быть самоделкой
Причина, по которой в ростовском СИЗО содержали слишком много людей, в том, что в регионе находится окружной военный суд. Вот в старый изолятор и отправляли всех террористов, экстремистов, военных преступников и шпионов, пояснил 360.ru член Общественной палаты Ростовской области Игорь Омельченко.
Он также отметил, что пока нет точных данных о том, как именно преступники пронесли запрещенные предметы в камеру и проносили ли они их вообще — могли прихватить и после побега. Например, топорики террористы взяли на пожарных стендах СИЗО.
Дубинки взяли в кабинетах сотрудников. Там же могли раздобыть и телефон. Несколько ножей с затупленным острием явно были взяты в хозяйственных кабинетах следственного изолятора. Их вполне официально выдают заключенным на время, чтобы порезать продукты, а после забирают.
Игорь Омельченко
член Общественной палаты
Флаги и повязки могли быть самоделкой: тут годятся вещи, легально переданные родственниками. Достаточно распороть в камере сумку, куртку или другую одежду и нанести на них надписи. Заключенные — очень изобретательный народ, напомнил общественник.
Он добавил, что история с вытащенной решеткой до сих пор оставляет много вопросов. В таких заведениях подобные заграждения довольно крепкие, да еще и нередко их устанавливают с двух сторон — изнутри и снаружи.
Омельченко уточнил, что, несмотря на первоначальный успех побега, преступники были обречены: они не смогли бы выйти из здания или открыть другие камеры. Именно для этого им и понадобились заложники — их жизнь собирались обменять на «зеленый коридор».
Журналисты со ссылкой на свои источники заявили, что флаг и головные повязки, которые были на террористах, им передали под видом полотенец. Ножи преступники отобрали у других заключенных.
Пора проверить ФСИН
Происшествие в Ростове-на-Дону еще раз показало, что необходимо усилить контроль работы Федеральной службы исполнения наказаний, отметил эксперт-аналитик по безопасности и антитеррору, начальник управления Комитета безопасности России «Кобра» Станислав Веселов.
Он заверил, что в результате расследования ЧП руководители ФСИН региона будут отвечать по уголовной статье. Ведь сообщниками преступников могут оказаться не только их товарищи с воли, но и сами сотрудники СИЗО.
Нельзя исключать коррупционную составляющую системы. Известно, что в таких учреждениях устраивали мошеннические кол-центры: звонят гражданам, представляются сотрудниками полиции, вымогают деньги и так далее. При этом заключенные действуют в связке с теми, кто находится на свободе.
Станислав Веселов
эксперт-аналитик по безопасности и антитеррору
Эксперт отметил, что ослабевший контроль и халатность дали печальные результаты: двое сотрудников СИЗО попали в заложники. Похоже, перед этим преступники смогли завоевать доверие надзирателей: те явно проявляли лояльность к террористам.
«Безусловно, захват внутри данного исправительного учреждения они готовили не одну неделю и не месяц. В среднем такие акции готовятся три месяца, а то и полгода. А времени у террористов было достаточно», — напомнил Веселов.
Он еще раз подчеркнул, что преступникам наверняка помогали с воли. Не исключено, что они могли дать взятку кому-то из сотрудников СИЗО, чтобы помогли передать «запрещенку», в определенное время отключили камеры наблюдения или изъяли архивные записи.
Возможно, сыграли роль низкая заработная плата сотрудников ФСИН и график работы. Хотя, как правило, он суточный — сутки через двое-трое, при недостатке людей они могли меняться неделю через неделю или месяц через месяц. Поэтому там и ослабили бдительность, а возможно, дошли и до коррупционной составляющей.
Станислав Веселов
Силовики старались избежать жертв, но переговоры скоро показали, что ничего не оставалось делать, кроме как уничтожать преступников. Чтобы подобного не повторялось, нужно менять законодательство, сказал эксперт.
*ИГИЛ / «Исламское государство» — запрещенная в России террористическая организация.