Стражи могучие райской земли
Алла Чотчаева
Родилась в ауле Джаганас Карачаево-Черкесии, училась в Николаевской средней школе. Окончила Карачаево-Черкесский государственный университет им. У.Д. Алиева. Профессиональный путь прошла от завуча средней школы до преподавателя математики и директора вуза. Поэт, прозаик, переводчик, член Союза писателей России, член Союза журналистов России, автор восьми книг и поэтических сборников. За личный вклад в развитие литературы и культуры народов Карачаево-Черкесии удостоена Премии Главы КЧР в области литературы и искусства. Стихи также переведены на аварский и другие языки народов Кавказа, отдельные – включены в школьную программу по родному языку. Исполняет обязанности руководителя Карачаево-Черкесским отделением Клуба писателей Кавказа. Заместитель руководителя литературного объединения «Орфей». Победитель городских, краевых и региональных литературных конкурсов.
Сирень
Опять взметнулась ввысь
сирень!
И чувства вместе с нею
рвутся
Туда, где прошлого лишь
тень,
Откуда счастью
не вернуться.
Мечты божественный
полёт –
Я верю в чудо раз,
весною,
Когда вовсю сирень
цветёт,
Мне снится – счастье вновь
со мною.
Матери
Зарастает,
зарастает,
зарастает
тишиной.
Незабвенный,
незабвенный,
незабвенный
образ твой.
Свет,
тепло,
уют и нежность –
всё, что счастьем
звалось
мной,
Как преступная
беспечность,
Впредь – под мраморной
плитой!
Слышу, где-то звенит…
Слышу, где-то звенит
колокольчик
задумчиво-нежный,
И дыхание тёплой земли
на лугу
за рекой.
Это значит: моё вдохновенье –
со мною,
как прежде,
Это значит:
я снова живу,
потеряв свой покой.
Милый край
Милый край! Сторонушка родная!
Сколько лет не виделись с тобой?!
О тебе в разлуке вспоминая,
Мысленно гордилась я судьбой.
Как же так – убогою картиной,
Что с холста художника сошла,
В платьице из ветхого сатина
Ты встречать домой меня пришла?!
Где поля звенящие, где нивы,
Золотом манящие хлеба?
Вместо рек, озёр – болота, сливы,
Как узнать, родимая, тебя?!
Сплошь в домах разбитые пороги,
Окна заколочены доской.
Сгорбленной старушкой у дороги
Ивушка… с протянутой рукой.
Скоро весна!
Скоро капля за каплей
растают снега,
отступая
За моря и бескрайние выси
далёких
холмов.
И весенняя ширь
загрохочет
от края до края,
Разливаясь счастливой надеждой
над сенью
домов.
И ручьи побегут за ручьями
в зелёные
дали –
Звон хрустальный в ночи
разорвёт тишину
пополам.
И на месте недавно
уныло черневших
проталин,
Первоцвет зазвенит колокольчиком
вновь
по полям!
Апрель
Лунная ночь серебром, и
апрель
Звонко роняет под ноги
капель.
Капля за каплею брызжет,
стучит,
Одой торжественной, гимном
звучит
Вешнему небу и талым
снегам,
Щедро раздавшимся вширь
берегам,
Дымной проталинке, первым
скворцам –
Первым предвестникам счастья,
гонцам!
Райский уголок земли
Стражи могучие райской земли –
Горы кавказские в синей дали.
Там, где в обнимку с землёй облака
Тучные греют под солнцем бока.
Там, где орлы над ущельем парят,
Скалы гранитные высятся в ряд,
Воздух хрустальною нотой звенит
И тетивой – паутинная нить!
Хвойных лесов необъятная даль,
Сочных лугов разноцветная шаль.
Там, на вершинах, нетающий снег.
Горных потоков волнителен бег.
Стражи могучие райской земли –
Горы кавказские в синей дали.
Там, в облаках, седовласый Эльбрус
Гордо несёт одиночества груз.
Притяжение Родины
Сердце безмерно терзают сомнения:
Ты ли, родимая даль?!
Родины так велико притяжение,
Как велика и печаль.
Хаты убогие, миром забытые,
Словно погост, не село.
Двери прикрытые, наспех забитые,
Кровли ветрами смело.
Улицы, сплошь крапивою заросшие,
Вымерли, нет ни души.
Только вздыхает тоскливо за рощею
Речка в безмолвной тиши.
Мой затерянный рай
Мой затерянный рай,
сердцу милый мотив –
Он повсюду со мной,
до него не дойти:
Так понятен и прост,
и словами правдив.
Но дороги туда
мне уже не найти.
Там рассвет серебром,
и струится роса,
Лист, кленовый резной,
на скамейке лежит.
Там иначе горят
по ночам небеса,
По-другому поёт,
вдаль речушка бежит.
Там родные глаза,
мой беспечный приют,
Там остались весна
и сиреневый сад.
Там теперь я – никто,
там всегда меня ждут.
Жаль, дороги уже
не найти мне назад.
Там остались весна и сиреневый сад!
Жаль, дороги уже не найти мне назад!
Ночные фонари
Спит улица, лишь только фонари,
Покачивая мирно головою,
Как стражи света над ночною мглою,
Несут дозор до утренней зари.
А снег январский тих, несуетлив,
Дворы заполонил, кусты, тропинки.
Летят, как мошки, стаями снежинки
На яркий свет. Их танец так игрив!
И в этот час в заснеженном плену,
В забытой Богом дальней подворотне,
Вдруг пёс бездомный заскулил, голодный –
Завыл тоскливо, будто на луну.
И тут же смолк, поняв, что обречён
Он бесконечной ночью леденящей,
А может, долей тяжкою, бродячей,
Которою невольно наделён.
И тишина… Под утро фонари,
Поникшие, над будничной толпою
Качнутся, внемля сонному покою,
Их слабый свет затмит огонь зари.
Вот и дождались
Вот и дождались
холодных, неласковых дней –
Мы так спешили
озвучить обиды скорей.
Серым туманом
ложатся на землю мечты,
Осень меж нами
поспешно разводит мосты.
Будут под вечер,
волнуясь, снежинки кружить...
Ночь напролёт
нам не жить, уже больше не жить.
А на заре
всё закончится – осень пройдёт,
И первый снег
за окном отрезвит, словно лёд.
Вот и дождались
холодных, неласковых дней –
Мы так спешили
озвучить обиды скорей.
Но облетела
вдруг сказка осенней листвой,
И за окном
уже вьюги пронзительный вой.
Луна над рекой
Луна сегодня хороша! –
Всплывает гордо, не спеша
Диск огненный, такой шальной,
Над сонной, тихою рекой…
Собой любуется в воде
И отражается на дне.
И впрямь чертовка хороша,
Как будто в ней живёт душа!
Поэт
Я только песчинка Вселенной
большой,
А может быть, путник, усталый
земной.
Поток я бурлящий, журчанье
реки,
Дремучей безмолвной тиши
вопреки.
Я – грустная осень, опавший
листок,
Бесстрашно летящий в костёр
мотылёк.
Я – времени дух, отражение,
свет.
И милостью божьей, быть может,
поэт.
Мир поэта
И день – не день
и ночь – не ночь,
Душа безжалостна
в смятенье!
И сердце рвётся,
рвётся прочь,
А думам нет конца,
забвенья.
Как сердцу бурю
пережить,
Когда губительно
земное?!
Душе в пространстве
надо быть,
Где измерение
иное.
Где миг порою
длится век.
А вечность тает
поминутно.
Там времени красив
пробег.
И день, как день,
и ночь не нудна.
Радуги хочу!
Дайте мне лазурной
тишины!
Ввысь окно откройте –
и пошире.
Дайте мне небесной
синевы –
Нет иного счастья
в этом мире.
Серая, с просветной
полосой –
Жизни чёрно-белой –
ненавижу.
Радуги хочу
над головой!
И сирени цвет
в тумане вижу…