Не виноватые мы: как молкомбинат Ставрополя выступил против госнадзора

Что такое МКС Знакомый многим ставропольчанам логотип с улыбающейся коровкой на трехцветном фоне – торговый знак одного из крупнейших переработчиков молока в регионе. И, пожалуй, самого старого предприятия отрасли. Согласно официальной биографии, компания ведет историю аж в 1928 года. Сегодня АО «Молочный комбинат “Ставропольский”» (МКС) позиционирует себя как одно из ведущих пищевых предприятий Ставропольского края и юга России, а также как «уникальную производственную площадку». Предприятие может перерабатывать до 400 тонн молока в сутки и выпускает 500 наименований продукции. Структура собственности акционерного общества довольно прозрачная, что, прямо скажем, не характерно для крупных частных предприятий Ставрополья. На виду нет ни цепочек «управляющих компаний», ни офшорных прослоек. Крупнейшим акционером компании выступает сам генеральный директор Сергей Анисимов. Ему принадлежат 48,99% акций общества. Еще 2,99% акций распределены между членами совета директоров компании Андреем Зарудневым, Раисой Кузнецовой и Людмилой Труфановой. Таким, образом, совет директоров владеет контрольным пакетом акций и может самостоятельно решать вопросы деятельности организации, а также определять состав совета директоров и назначать руководителя. Экономические показатели компании вполне стабильные. В течение пяти лет с 2014 по 2018 годы МКС показывает растущую выручку и чистую прибыль. В 2018 году выручка составила более 3,11 миллиарда рублей при чистой прибыли 47,8 миллиона. При этом компания заплатила более 287 миллионов рублей налогов. Несмотря на известность в крае, МКС сравнительно редко выигрывает тендеры на поставку продукции в госучреждения. Например, в 2017 году компания участвовала в 71 закупке, из которых 23 завершились контрактами, то есть выиграла примерно треть от поданных заявок. В 2018 году МКС участвовала в 46 аукционах и стала победителем в 12 из их, это 26% заявок. В 2019 году компания участвовала в 42 аукционах и заключила 9 контрактов – 21%. Объемы поставок от госконтрактов тоже сокращаются год от года: если в 2016 году МКС продала госучреждениям продуктов на 20,7 миллиона рублей, то в 2019 году – только на 7,3 миллиона. Совет директоров владеет контрольным пакетом акций и может самостоятельно назначать руководителя. Все поставки по госконтрактам в прошлом году осуществлялись в медицинские и социальные учреждения. Среди заказчиков Городская клиническая больница №3 Ставрополя, Грачевская ЦРБ, Ставропольская краевая психиатрическая больница №1 и Специализированный дом ребенка для детей с ограниченным поражением центральной нервной системы в Ставрополе. Нарушения и опровержения В феврале 2020 года между молочным комбинатом «Ставропольский» и управлением Россельхознадзора по Ставропольскому краю и Карачаево-Черкесии разгорелся нешуточный спор. Поводом стало опубликованное надзорным ведомством сообщение о том, что в продукции МКС в результате проверки нашли антибиотики. Россельхознадзор сообщал, что плановая проверка на предприятии проводилась еще в августе 2019 года. Лабораторное исследование отобранных проб готовой продукции показало наличие антибиотика ампициллина в сметане и флорфеникол-амина в кефире и сливочном масле. Анализы проб проводились в Ставропольской межобластной ветеринарной лаборатории. Широко распространенный антибиотик ампициллин в ветеринарии применяется для лечения пневмонии животных, сальмонеллезе и пастереллезе – острой инфекционной болезни животных. Флорфеникол-амин – это метаболит антибиотика флорфеникола, который применяется для лечения респираторных заболеваний крупного и мелкого рогатого скота. При этом флорфеникол запрещено вводить дойным коровам. «Согласно Техническому регламенту Таможенного союза «О безопасности молока и молочной продукции» и Техническому регламенту Таможенного союза «О безопасности пищевой продукции» наличие лекарственных средств в продукции не допускается», - сообщает Россельхознадзор в релизе от в 18 февраля. В сентябре 2019 года административное дело было возбуждено в отношении гендиректора МКС Сергея Анисимова. Позже он обжаловал решение и заявил, что ответственным за правонарушение является его заместитель Сергей Демченко. В феврале Россельхознадзор возбудил три дела уже в отношении Демченко. Не дожидаясь результатов административного расследования, уже на следующий день после заявления Россельхознадзора МКС выпустил опровержение, в котором выступил категорически против выводов органа. В компании прямо назвали сотрудников лаборатории, проводивших исследования, некомпетентными. «В молоке с антибиотиками не могут развиваться бактерии, то есть антибиотиков в принципе не может быть ни в одном кисломолочном продукте. Известно, что только в 1 грамме кефира и сметаны МКС, где якобы были обнаружены антибиотики, содержится не менее 10 миллионов молочнокислых микроорганизмов (бактерий)… Отметим, что в 2019 году прошло 6 судебных заседаний Арбитражного суда и решения были в пользу МКС. Кроме того, в ходе судебного заседания суд отметил некомпетентность сотрудников Ставропольской межобластной ветеринарной лаборатории при проведении исследований, по всей видимости, в том числе и это привело к смене их руководства осенью 2019 года», - говорится в официальном комментарии руководства предприятия. Досталось и самому Россельхознадзору. В компании фактически обвинили ведомство в том, что оно проводит исследования кое-как и заказывает экспертизу сомнительным учреждениям. «Специалисты молочного комбината считают, что Россельхознадзор либо не исследовал продукцию, либо исследовал ее ненадлежащим образом», - говорится в заявлении МКС. В компании прямо назвали сотрудников лаборатории, проводивших исследования, некомпетентными. Это далеко не первое противостояние производителя с надзорным ведомством. Летом 2018 года проверка Россельхознадзора едва не привела к полной остановке производства. Тогда Россельхознадзор нашел некачественное молоко производства АО «МКС» в детском саду №34 «Золотой петушок» в Невинномысске. По данным ведомства, продукция не соответствовала нормам по жирности и содержанию бактерий. Партию молочных продуктов изъяли из детсада в июле. Комбинату предписали приостановить производство до устранения нарушений. Столкнувшись с перспективой практически закрыть завод до выяснения обстоятельств, компания подала иск в Арбитражный суд с требованием приостановить действие предписания. Ведь если бы МКС выполнил то, что от него требует Россельхознадзор, это бы привело к масштабным последствиям: начались бы перебои с поставками молока в магазины, сотни молочных хозяйств и фермеров, ежедневно сдающих сырье на комбинат, были бы вынуждены уничтожить излишки молока. В общем, нарушилась бы большая производственная цепочка в самом центре Ставропольского края. Арбитражный суд согласился с доводами МКС и приостановил решение Россельхознадзора. Другой громкий конфликт разгорелся в начале 2018 года. Незадолго до этого Автономная некоммерческая организация «Российская система качества», более известная как «Роскачество», представила результаты веерного исследования кефира российских производителей. Результаты исследования образцов продукции двух ставропольских компаний – МКС и «Буденновскмолпродукт» – повергли в шок: в кефире обнаружили следы кишечной палочки. Оба производителя категорически опровергли выводы проверки. «Мы не допускаем ее (кишечной палочки) появление. У нас проводятся проверки и санэпидемстанцией, и другими службами. У нас есть собственная лаборатория, которая проводит около тысячи анализов всех видов продукции в день. Все находится под контролем и в процессе приготовления, и во время розлива», – рассказал NewsTracker директор по продажам МКС Сергей Дутов. В компании тогда заявили, что ставропольский молкомбинат производит натуральную и безопасную продукцию, а попадание кишечной палочки в пробы «Роскачества» могло быть случайным. «Это (кишечная палочка) абсолютно безобидное существо. Оно есть на человеке, на руках, в воздухе вокруг человека. Сейчас где угодно сделайте смыв, и кишечная палочка будет присутствовать. Везде, где есть человек – есть кишечная палочка… Сейчас по нормативам, принятым несколько лет назад, кишечная палочка не допускается нигде, хотя во всех странах ее наличие в кисломолочке допускается, так как она практически безобидная. Была она допустима и в советские времена. Может, конечно, если бы ее было гигантское количество, может, что-то плохое и могло бы происходить», – сказал Дутов. «Все находится под контролем и в процессе приготовления, и во время розлива» В ответ на это в «Роскачестве» продолжили настаивать, что их исследования – бесстрастные и неподкупные. «Все опубликованные выводы Роскачества достоверны и основаны на результатах испытаний аккредитованных лабораторий, в том числе и лабораторий Россельхознадзора, которые также участвовали в исследованиях качества кефира», – заявила пресс-секретарь организации Мария-Марта Галичева. Закончилось тем, что и МКС, и «Роскачество» решили подать друг на друга в суд. Битва за бренд Ставропольский молкомбинат спорил с государством не только о качестве своей продукции, но и за право использовать фирменное наименование. И дело тут не в совпадении аббревиатуры МКС с названием Международной космической станцией. Еще в 2017 году управление Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю заметило, что в Ставрополе как-то уж больно много вывесок с узнаваемым логотипом МКС. Инспекторы стали проверять и выяснилось, что многие «фирменные магазины» используют бренд и изображение логотипа – ту самую коровку на фоне триколора – на самом деле не являясь фирменными магазинами АО «Молочный комбинат “Ставропольский”». Просто в договоре с контрагентами МКС разрешал им использовать свои цвета и название. ФАС увидел в этом нарушение конкуренции. Ведь покупатели, видя название привычного им производителя, скорее зайдут в «фирменный магазин» и купят проверенную, на их взгляд, продукцию. «Общество связано со своими контрагентами только договорными обязательствами» ФАС выдало предписание, обязав МКС запретить своим контрагентам пользоваться зарегистрированным фирменным наименованием и логотипом. Когда улыбающихся коровок МКС в городе не стало меньше, ведомство решило оштрафовать комбинат на 300 тысяч рублей. Не согласившись с этим наказанием, компания подала в суд. МКС указал, что выполнил предписание ФАС и убрал из договора с контрагентами пункт, разрешающий им пользоваться их брендом. При этом МКС не может и не должен контролировать все мелкие магазины на предмет выполнения запрета. С этим выводом последовательно согласились суды всех инстанций. «Использование контрагентами общества товарного знака АО «МКС» в своей деятельности, при отсутствии на это разрешения правообладателя (АО «МКС») не влечет нарушения обществом антиконкурентного законодательства. Магазины контрагентов общества не являются сетью фирменной торговли самого Общества. Контрагенты общества не являются его акционерами, его работниками и неподотчетны обществу. Общество связано со своими контрагентами только договорными обязательствами в части поставки продукции общества», - говорится в решении суда. За три года дело дошло из Арбитражного суда Ставрополья до Суда по интеллектуальным правам в Москве, которое и поставило точку в этой тяжбе, признав правоту МКС и отменив штраф. Кто виноват? История противостояния МКС с государственными органами и надзорными ведомствами показательна. Любое крупное молочное производство связано со множеством рисков, в том числе нормативного характера. Эта отрасль весьма жестко регулируется и постоянно находится под надзором. Любое нарушение серьезно карается, поскольку чревато массовыми отравлениями. МКС жестко отстаивает свои позиции, нередко ставя под сомнение результаты проверок как таковые. Только Россельхознадзор в 2018-2019 годах провел непосредственно на молкомбинате «Ставропольский» три плановые и четыре внеплановые проверки, найдя 4 нарушения. Роспотребнадзор в 2017 году провел две плановые и четыре внеплановые проверки и нашел 5 нарушений. Это не считая регулярных контрольных закупок и проверок продукции в других регионах. МКС же довольно жестко отстаивает свои позиции, нередко ставя под сомнение результаты проверок как таковые. Чего стоит заявление о некомпетентности главной аккредитованной лаборатории Россельхознадзора в Ставрополе. Но если одна из крупнейших компаний может позволить себе спорить с контролерами и годами судиться с ними, доказывая свою правоту и отстаивая репутацию, то у более мелких переработчиков на это нет ни ресурсов, ни желания. Создается впечатление, что большинство других участников рынка молочной продукции предпочитают молча выполнять предписания инспекторов и надеяться сохранить свое место в конкурентной борьбе.