Шей, как бабушка

Ногайские мастерицы точно знают, как сделать самое теплое и легкое одеяло. Да так, чтобы его захотели купить даже за океаном

 Игла протыкает насквозь одеяло и выглядывает вновь. Два сантиметра — и исчезает снова. Стежок за стежком вырисовывается узор: елочка, ромбы, прямые линии. Красота — дело второе, эти стежки скрепляют ткань и шерсть, чтобы она не скомкалась, не свалялась. Только так может получиться хорошее одеяло, которому не будет сносу.

Главный учитель

— Должна признаться, два-три первых одеяла я испортила, — сейчас 75-летняя жительница ногайского аула Адиль-Халк Фатима Анапиева смеется над своими ошибками и неумелостью, вспоминая себя тридцатилетнюю, когда впервые села за станок.

В молодости она в составе комсомольской бригады строила Эркен-Шахарский сахарный завод — одно из основных предприятий Карачаево-Черкесии, затем была заправщицей в местном совхозе. Но всегда хотела работать «на себя», создавать своими руками вещи, которыми люди будут пользоваться долгие годы и вспоминать добрым словом, как некогда ее бабушку Муслимат Калмыкову.

— Авайка (с ногайского «бабушка», — Ред.) была рукодельницей, сама делала пряжу и ткала шерстяные полотна, валяла на заказ из войлока пастушьи шляпы. Я помогала ей, плела тесьму для шляп и башлыков. А еще мы вместе ходили за двадцать километров от аула, чтобы собрать камыш. Залезали в воду, срезали его серпом, взваливали снопы на спину и приносили домой, высушивали, а потом плели корзины, — вспоминает Фатима.

Фатима была еще школьницей, когда, приученная бабушкой к рукоделью, начала шить.

— Тогда был дефицит тканей, в магазинах ничего не найдешь, я тащила отрезы из сундука и начинала экспериментировать. Отец как раз купил маме швейную машинку — пока я исследовала ее, то и дело выводила из строя. То иголку поломаю, то нитки запутаю. В итоге мне запретили к ней прикасаться, но я задалась целью сшить младшему брату костюм моряка, работала, когда родителей не было дома. И у меня получилось, красивый наряд вышел. Мама удивилась, но была очень довольна, а брат с радостью носил этот костюмчик.

На сон грядущий

Через много лет Фатима снова взялась за рукоделие. В тридцать она была еще молодой матерью, воспитывала двоих сыновей и двух дочек. Она собиралась учиться на сахароварение, чтобы потом работать на заводе, но муж эту затею не поддержал: кому-то нужно было присматривать за хозяйством. Тогда Фатима занялась собственным ремеслом.

Сама смастерила из арматуры станок, на него натягивала полотно (чаще крепсатин), ровным слоем стелила шерсть, затем поверх накидывала отрез ткани понаряднее и побогаче, например атлас (это была лицевая сторона одеяла), и прошивала края. Затем финальная, самая сложная и времязатратная задача — простегать одеяло.

Сорок лет спустя технология создания изделия не изменилась, по-прежнему 90% работы делается вручную, а вот сроки изготовления сильно сократились.

— Раньше я могла делать одно одеяло дня два, сейчас справляюсь за три-четыре часа, если никто не отвлекает, — говорит мастерица. — Уже набила руку, да и станок стал удобнее, сын усовершенствовал его.

Три  кило шерсти, чтобы укрыться

Раньше Фатима делала одеяла и из ваты. Но после распада Советского Союза от этого материала пришлось отказаться: Казахстан перестал поставлять вату в больших количествах и за бесценок. А вот бараны на Кавказе не переводились никогда. К тому же одеяла из шерсти получаются легче — для популярного сейчас размера «евро» (220×240) достаточно всего трех килограммов. Для сравнения, с одной овцы настригают 8−10 килограммов шерсти. Да и одеяло получается недорогим — около двух тысяч рублей.

— С шерстью приходилось хорошо попотеть. Промыть несколько раз с порошком, чтобы ушла грязь и особенно жир, затем с шампунем или с кондиционером, чтобы исчез специфический запах шерсти: он многим не нравится, хорошенько прополоснуть, просушить, расчесать до пушистости и руками выловить все соринки. В последнее время сил на все это у женщины уже не хватает, и она покупает готовую, обработанную, скатанную в рулон шерсть в одном из цехов. Однако раньше затрачиваемых усилий не жалела. Ведь, как уверяет мастерица, шерсть очень экологична и к тому же обладает лечебными свойствами.

— Шерстяное одеяло легкое, ноское, достаточно проветривать и просушивать его пару раз в год. Шерсть экологичная. Никак не сравнить с синтепоном — это же искусственный материал, вредный для окружающей среды. В народе шерсть всегда ценили за лечебные свойства: она лечит болезни суставов, хондрозы. Одним словом, шерсть — это здоровье.

Одеяла-долгожители

Официальные производители называют разный срок службы подобных изделий — от 7 до 15 лет. Но, по словам Анапиевой, некоторым эти одеяла служат не одно десятилетие.

— Однажды моя сосношница попросила сделать одеяло для своей дочери, та выходила замуж. Сейчас сыну этой «невесты» 37 лет, значит, тому одеялу уже 38. Недавно она говорит мне: «Я до сих пор укрываюсь твоим одеялом». А сколько всего людей пользуются моими одеялами, не сосчитать. Штук пятьсот за свою жизнь я точно сделала.

Заказы Фатиме приходят довольно часто, хотя и нестабильно: бывает за неделю не сделает ни одного одеяла, а бывает почти не выходит из мастерской. Как правило, заказчики находятся с помощью главного на Кавказе пиар-инструмента — сарафанного радио. Но Фатима и сама ходила в народ. Возила свои изделия на ярмарки в Сочи, Абхазию, Ростов, Горячеводск, чтобы показать их людям. И несмотря на нынешнее обилие отечественных и импортных товаров — на любой вкус и карман, товар не залеживается.

— Приезжали ко мне по рекомендации знакомых заказчики из Санкт-Петербурга. Сказали: «Представляете, у нас таких одеял нет». Это потому, что сейчас часто к наполнителю добавляют синтетику. А местная шерсть очень теплая и полезная, особенно серая и черная, поэтому часто с заказами приходят те, кто страдает от воспаления.

Мои одеяла отправляли в Баку, несколько раз в США. Одной девушке, она в Америке живет, сделала одеяло и матрас для приданого, ее свекровь через некоторое время попросила такие же для себя.

«Когда тружусь, забываю про возраст»

Фатима уверена: мастеру не нужно ждать особого настроения или вдохновения, чтобы начать работать. Наоборот, настроение приходит само, когда трудишься, тогда-то забываются все невзгоды. А их в жизни женщины хватало. В тридцать с небольшим у Фатимы погибла дочь, оставив сиротами троих сыновей. Тогда она стала работать и по ночам: внуков нужно было ставить на ноги, а на дворе очередной кризис.

— Внучата помогали мне чем могли. Помню как сейчас, сидят один другого меньше и перебирают шерсть, достают соринки. А потом берем ее и едем на чёску. Теперь все они уже взрослые, состоявшиеся люди.

Сейчас Фатима живет в одном дворе с сыном, дочерью и внуками. Всего у женщины 11 внуков и уже 7 правнуков. Помимо одеял она занимается хозяйством и готовит на заказ ногайские национальные блюда для крупных мероприятий.

— Дети выросли, теперь для внуков своих стараюсь. Всем молодым говорю: надо стараться, работать, человеческие руки все могут, было бы желание. Я, когда тружусь, забываю про возраст и что где-то болит. Потому что с детства любила иголку — и сейчас люблю, почти всю работу делаю вручную. На лавочке сидеть, ездить-гостевать не привыкла.

Когда ложусь спать, даю себе наряд на завтра, что надо сделать. Говорю всем своим: один халат, одно платье — мне на мою жизнь хватит. Мне самой ничего не надо теперь. Пока на ногах, буду вам помогать, а потом сами.

Фото: Олег Малхожев