Богатые регионы России стали еще богаче

Итоги первых трех-четырех месяцев 2019 года противоречивы: при некотором росте промышленного производства почти не выросли инвестиции, но усилилась их концентрация в регионах с агломерационными и ресурсными преимуществами. В большинстве федеральных округов продолжалось сокращение ввода жилья. Бюджеты регионов стали более благополучными благодаря росту поступлений налога на прибыль и трансфертов, однако усиливается поляризация – бюджетных денег стало больше у самых богатых регионов.

Темпы роста промышленности в январе-апреле 2019 г. увеличились по сравнению с динамикой 2018 г. за тот же период (2,8 и 1,8% соответственно). Несколько сократилось число регионов, в которых снижалось производство (с 20 до 18). Отрицательную или нулевую динамику имели большинство регионов Северного Кавказа и половина регионов Дальнего Востока, депрессивные Ивановская и Амурская области. Второй год подряд снижаются показатели нефтедобывающего Ненецкого АО, стагнирует главный нефтедобывающий регион – Ханты-Мансийский АО, а также Татарстан. Более значительное снижение промышленного производства в Архангельской (-18%) и Ростовской (-6%) областях обусловлено эффектом высокой базы предыдущего года.

Лидеров промышленного роста можно разделить на три группы: с устойчивой динамикой благодаря ресурсным или агломерационным конкурентным преимуществам (Ямало-Ненецкий АО, Астраханская обл., Якутия, Москва и Московская обл.); с восстановительным ростом после спада благодаря выросшему гособоронзаказу или улучшению конъюнктуры на автомобильном рынке (Тульская обл., Удмуртия, Калужская обл.); с неразвитой промышленностью, что создает эффект низкой базы (Крым, Севастополь, Чечня, Тыва и др.). Иногда эти факторы сочетаются: быстрый рост промышленности Бурятии в январе–апреле 2018 и 2019 гг. (на 28 и 17% соответственно) обусловлен как эффектом низкой базы, так и возросшим гособоронзаказом и экспортом вертолетов за границу.

В обрабатывающей промышленности рост слабее, чем в целом по промышленности, – 2,2%, а регионов со спадом больше – 24. Наиболее значительное снижение произошло в Северо-Кавказском ФО (-7,4%), спад отмечался почти во всех регионах, а в Дагестане выпуск в обработке сократился на треть вследствие проблем с гособоронзаказом для предприятий Каспийска. Среди регионов с более развитой обрабатывающей промышленностью отрицательную динамику имели Приморский и Хабаровский края, Иркутская, Челябинская, Оренбургская, Саратовская, Ростовская, Архангельская, Рязанская и Ивановская области, Республика Карелия.

Роста инвестиций в I квартале 2019 г. почти не было (+0,5%). Данные за этот период по регионам не очень показательны, более информативна агрегированная динамика по федеральным округам. Только в двух федеральных округах инвестиции росли: в Центральном ФО – на 16%, в основном за счет роста в Москве почти на 26% (на столицу приходится более половины всех инвестиций в ЦФО), и в Сибирском – на 13%, основной вклад внесли

Рис.1 Динамика реальных денежных доходов населения в I квартале 2019 г., % к аналогичному периоду 2018 г.

Иркутская, Кемеровская и Омская области. Во всех остальных федеральных округах инвестиции сокращались. Самый сильный спад – в Южном ФО (на 20%), динамика негативна почти во всех его субъектах, кроме Адыгеи и Севастополя. Значительное падение инвестиций в Краснодарском крае (на 30%) и Республике Крым (на 20%) связано с завершением строительства Крымского автомобильного моста и подходов к нему. В Приволжском, Северо-Западном и Северокавказском ФО инвестиции снизились на 3–5%, на Дальнем Востоке – на 6%, сокращение произошло в большинстве регионов этого федерального округа. Спад в Уральском ФО (-8%) также обусловлен отрицательной динамикой во всех крупных регионах, кроме Ямало-Ненецкого АО (+10%), где строится вторая очередь комплекса по сжижению газа. В нефтедобывающем Ханты-Мансийском АО инвестиции сократились на 10%, но его доля во всех инвестициях в УФО остается максимальной – 41%.

В жилищном строительстве продолжался спад (-3% в январе–апреле 2019 г.). Однако региональная динамика за первые месяцы года не показательна, различия велики и по регионам, и по федеральным округам. Самый значительный рост отмечался в Центральном ФО (на 12%) за счет "рывка" Москвы (рост в 4,6 раза) и в Южном ФО (на 9%) – в основном за счет Краснодарского края и Ростовской области. В Приволжском ФО рост был сравнительно небольшим – на 4%. Во всех остальных федеральных округах продолжался спад, наихудшая динамика в Северо-Западном – падение на треть из-за сильного снижения в начале года ввода жилья в Санкт-Петербурге (на 60%). В Сибирском и Уральском ФО ввод жилья сократился на 12–15%. В этих трех федеральных округах спад обусловлен высокой базой начала 2018 г. (из-за затягивания строительства в 2017 г. ввод переносился на I квартал следующего года). На Дальнем Востоке и Северном Кавказе спад небольшой (-4%), но они обеспечивают только 3–4% от всего ввода жилья в стране. Рост оборота розничной торговли в январе–апреле 2019 г. замедлился до 1,7% (в тот же период 2018% – 2,2%). Региональная динамика различается слабо, в диапазоне от -2 до 4–5%, в большинстве регионов она близка к средней по стране. Спад в 9 регионах невелик и находится в пределах статистической погрешности. Рост торговли поддержан выросшим в I квартале потребительским кредитованием.

Состояние региональных рынков труда в 2019 г. практически не отличалось от периода 2017–2018 гг. Проблемы занятости минимальны, как и просроченная задолженность по заработной плате, региональные показатели почти не изменились по сравнению с концом 2018 г., за исключением ее заметного роста в Мурманской и Ивановской областях. Количество вакантных рабочих мест также стабильно – около миллиона, более пятой части из них приходится на московскую агломерацию, где эти вакансии не пользуются спросом из-за неконкурентоспособной заработной платы. Уровень безработицы, измеряемый по методологии Международной организации труда, в последние годы зафиксировался на минимуме около 5% в среднем по стране, в феврале–апреле 2019 г. он составил 4,8%. Региональные различия очень велики, но практически не меняются. Худшие показатели имеют Ингушетия – 27%, Чечня, Дагестан, Карачаево-Черкесия и Тыва – по 13–14%, в регионах Забайкалья уровень безработицы почти вдвое выше среднего. Минимальный уровень безработицы (чуть выше 1%) наблюдается в двух крупнейших федеральных городах, обладающих огромным рынком труда, и во внешней зоне столичной агломерации –Московской области (менее 3%), а также в ведущих нефтегазодобывающих регионах – ХМАО и ЯНАО (по 2%), из них чаще всего уезжают при потере работы. Рост номинальной заработной платы в марте 2019 г. составил 7% к марту 2018 г., большинство регионов имели близкие показатели. Исключения -два ведущих нефтегазовых региона: в ХМАО номинальная заработная плата не росла, а в ЯНАО даже немного сократилась (-1%), что может быть связано с отсутствием индексации или стагнацией бонусной (переменной) части зарплаты в компаниях. Как и в предыдущие годы, опережающими темпами росла заработная плата в Севастополе (15%) и Республике Крым (9%), по темпам роста выделялась также Москва (11%).

Динамика реальных денежных доходов населения регионов за I квартал 2019 г. рассчитана Росстатом по новой методологии, но без скорректированного ряда данных за прошлые периоды. Изменение методологии не улучшило показатели: в целом по стране спад доходов продолжался (-2,3% в I квартале 2019г.). Негативную динамику имели все федеральные округа, разница только в темпах – от спада на 1% в Центральном ФО (благодаря росту доходов населения Москвы почти на 2%), Уральском и Дальневосточном ФО до спада на 4% в Северо-Западном ФО (доходы населения Санкт-Петербурга и Ленинградской области сократились на 4–5%). Слабый рост в пределах точности учета отмечался в 14 регионах, а более высокие темпы роста – в Тверской области и Забайкальском крае. Очень сильный спад в соседней Бурятии, в Архангельской, Белгородской, Ярославской, Ивановской и Костромской областях трудно объяснимы (рис. 1).  

Сочетание роста заработной платы и спада реальных денежных доходов населения всегда вызывают вопросы. Наиболее велики различия между быстрым ростом номинальной зарплаты (9-15%) и сильным спадом реальных доходов населения (-7–8%) в Крыму и Севастополе. Отчасти это можно объяснить высокой долей неформальных доходов, которые нестабильны и не индексируются, в отличие от зарплат бюджетников. В целом изменение методологии не привело к заметному улучшению качества учета доходов населения на региональном уровне, за исключением Москвы.

Начало 2019 г. было благополучным для консолидированных бюджетов регионов: доходы за январь–апрель 2019 г. выросли на 23% по отношению к тому же периоду 2018 г. Сократились доходы только в Республике Башкортостан (на 6%) из-за снижения почти на треть поступлений налога на прибыль. Основные причины улучшения доходов бюджетов – рост поступлений налога на прибыль почти в полтора раза и трансфертов на 21% (табл. 1).

В Москве налог на прибыль за январь–апрель 2019 г. увеличился на 48%, что обеспечило дополнительно 124 млрд руб. доходов. В указанный период в столице сконцентрировались 27% всех поступлений налога на прибыль в консолидированные бюджеты регионов. Среди других регионов с большим объемом этого налога очень высокие темпы его роста имели Тюменская область с автономными округами, Сахалин и Республика Татарстан. Богатые регионы стали еще богаче (О динамике доходов и расходов регионов см. также статью А. Дерюгина "Региональные бюджеты за четыре месяца 2019 года: сохранение тенденций" в настоящем выпуске мониторинга).

Высокие темпы роста трансфертов в январе–апреле 2019 г. почти совпадают с динамикой в целом за 2018 г. (22%). Судя по всему, федеральные власти сменили политику "оптимизации" помощи регионам (в 2014–2016 гг. трансферты почти не росли) на поддержку, и она не ограничилась электорально значимым 2018 г.

Расходы бюджетов регионов росли медленней и примерно одинаковыми темпами, как в целом, так и по основным расходным статьям. Быстрый рост доходов бюджетов и выполнение зарплатных указов позволили территориям обойтись без маневра бюджетными ресурсами, типичного для предыдущих лет.

Таблица 1. Динамика доходов и расходов консолидированных бюджетов регионов в январе–апреле 2019 г, 
% к соответствующему периоду 2018 г. 

_{Источник: расчеты по данным Федерального казначейства.}

_{Зубаревич Наталья
гл. научный сотрудник лаборатории исследований демографии, миграции, рынка труда
ИНСАП РАНХиГС}