Аварец, чеченец или русский: кем по национальности был Шамиль Басаев на самом деле

О Шамиле Басаеве ходит много слухов, касающихся его жизни и деятельности. Некоторые из них вносят путаницу в происхождение полевого командира. По одной из версий, борец за независимость Чечни имел русские корни.

Который «воскреснул»

Шамиль Басаев, пожалуй, самый известный лидер чеченских боевиков, участвовавших в войне с федеральными силами за независимость непризнанной республики Ичкерия. Он стал единственным из чеченских полевых командиров, удостоившихся звания генералиссимуса (посмертно). Как организатор резонансных терактов на территории России он был внесен в списки наиболее опасных террористов не только российским правительством, но и ООН, Госдепартаментом США и Европейским Союзом.

Несмотря на паталогическую ненависть ко всему российскому, которую Басаев возвел в ранг жизненного кредо, многие, знавшие полевого командира лично, называют его предков потомками этнических русских, которые были приняты в «чеченство», а если точнее, в тейп Белгатой – один из наиболее крупных чеченских тейпов, входящий в тукхум Нохчмахкахой.

Любопытно, что легенда о происхождении Белгатой повествует о том, что представители этого тейпа вымерли в не столь отдаленные временна из-за разразившейся эпидемии, но затем восстановили свою численность, во многом за счет пришлых. Легенду подтверждает и этимология названия: «бел» – «умереть», «гатто» – «воскреснуть».

Жизнь Басаева словно подтверждает судьбу родного тейпа: несколько раз его причисляли к погибшим, а он удивительным образом «воскресал». Впрочем, по другим данным, предки Басаева примкнули к тейпу Беной.

С «русским хвостом»

Шамиль Басаев родился 14 января 1965 года в селении Дышне-Ведено на берегу реки Хулхулау. Примечательно, что Басаев появился на свет в месте, не свидетельствующем о клановой принадлежности, наподобие Беной-Ведено, а в поселке, носящем имя «нохчийн орсаш» – «чеченских русских».

По словам писателя Юрия Гаврюченкова, этот хутор когда-то был слободой русских перебежчиков, которые в 40-х годах XIX столетия строили для предводителя горцев периода Кавказских войн имама Шамиля оборонительные укрепления, а также жилой дом, в котором тот позднее и поселился. Существует гипотеза, что один из предков Шамиля Басаева был наибом – помощником и уполномоченным представителем имама Шамиля.

Агентство РИА Новости в материале от 13 октября 2005 года, ссылаясь на свои источники, пишет, что на территории Чечни полевой командир Басаев имел прозвище «чеченец с русским хвостом», которое намекало на его корни. Согласно этим данным, основателем рода Басаевых был русский солдат, дезертировавший в первой половине XIX века из действующей армии и перешедший на сторону восставших горцев.

Распространенная фамилия

Впрочем, даже если допустить, что в роду Басаева были русские, то к моменту его рождения осталось не так много русской крови. Фамилия Басаев довольно распространена не только у чеченцев, но и, к примеру, среди ингушей и осетин. Некоторым это дает поводы причислять полевого командира к другим кавказским народностями.

Есть мнение, что Шамиль Басаев родился от брака чеченца и аварки, что порождает разного рода домыслы, в том числе и насчет «чистоты крови». Для кавказцев «чистота крови» – важная составляющая родословной, именно от нее во многом зависит, какая будет уготована судьба вступающему на жизненный путь горцу.

Магомед Хамбиев, в прошлом дивизионный генерал и министр обороны непризнанной Чеченкой республики Ичкерия, напротив, говорил, что отец Басаева был аварцем. Учитывая, у всех народов Кавказа национальность определяется по отцу, то национальная принадлежность Басаева очевидна. Однако сам Шамиль Басаев в одном из интервью расставил все на места. Полевой командир заявил, что его отец, Салман Басаев, и мать, Нура Басаева, по национальности чеченцы.

При чем здесь казачка?

Несмотря на заявление Басаева версий его происхождения и в дальнейшем всплывало немало. К ним можно причислись и самую экзотическую, называющую мать будущего террориста уроженкой казачьей станицы. Впрочем, возможно эта версия спуталась с устойчивым слухом, распространившимся в 2005 году, согласно которому третьей женой Басаева стала кубанская казачка.

Брак якобы был заключен в одном из отдаленных сел Кубани, где Басаев поправлял здоровье, а сами торжества проходили в день Святого Валентина 14 февраля 2005 года. В прессе даже приводились подробности: невеста дескать потомственная кубанская казачка, сестра одного «русского моджахеда». Список гостей, присутствовавших на свадьбе, пестрил именитыми и влиятельными жителями-мусульманами Адыгеи, Карачаево-Черкесии, Ростовской области, Краснодарского и Ставропольского краев.[С-BLOCK]

Корреспондент «Комсомольской правды» Александр Коц попытался прояснить этот вопрос, обратившись к представителям трех казачьих организациях Краснодара. «Этого не может быть, это гнусная провокация, ставящая задачу срыва курортного сезона», – заверили столичного журналиста.

Член казачьей ассоциации Михаил Зарубин, со слов Александра Коца, убедил его, что потомственная казачка ни при каких условиях не могла выйти замуж за чеченского террориста. Такие женщины сегодня большая редкость, им не то, что мусульманина, но и даже русского жениха из другого района посватать не смогут.