«Н.И. Ашмарин — корифей чувашской филологии»

Эдуард ЛЕБЕДЕВ, Виталий РОДИОНОВ, Ирина СЕМЁНОВА, Евгений КАСИМОВ 

(Серия «Замечательные люди Чувашии»)

Книга представляет собой подробное описание биографии известного чувашеведа и тюрколога с мировым именем. В отдельных главах представлен анализ его основных научных трудов в области чувашского и тюркского языкознания, устного народного творчества и мифологии.

ГЛАВА 2
ГОСТЕПРИИМНЫЙ КАВКАЗ
В октябре 1923 г. ученый вместе с семьей переезжает в г. Ба­ку. По решению руководителей Азербайджанского универ­ситета в нем открывался Восточный факультет, и Н.И. Аш­марин был приглашен для того, чтобы активно участвовать в его становлении. Он был принят на должность профессора, заведующего кафедрой тюркских языков. В архиве ЧГИГН хранится письмо Наркомпроса Азербайджана, написанное в июле 1922 г., подписанное заместителем наркома Шахбази Таги Аббас-оглы и адресован­ное декану Восточного факультета Азербайджанского университета, извест­ному ученому-историку и востоковеду, профессору П.К. Жузе. В нем указывалось, что в ответ на запрос «об условиях профессора Ашмарина, которого предположено пригласить на кафедру Восточного факультета», принято решение о том, что Н.И. Ашмарину будет установлен двойной размер жалования (заработной платы. — Э.Л.) и «будут приняты меры к обеспечению его семьи соответствующим пайком и квартирой».
Через некоторое время после приезда Ашмарины получают трехкомнатную квартиру в Баку по адресу: ул. Карганова, д. 26 (ныне ул. Расула Рзы). Древний восточный город пришелся по душе как Николаю Ивановичу, так и его семье. В свободные минуты он любил вместе с детьми прогуливаться по каменным улицам старых бакинских кварталов, поражающих своей не­обычной архитектурой и шпилями минаретов. Со временем Ашмарины обследовали весь старый Баку, изучив его средневековые памятники.
Бакинский период ознаменовался рядом важных событий в жизни ученого. В эти годы он с головой погрузился в изучение тюркских языков Кавказа, прежде всего говоров азербайджанского языка. В этот период вышло несколько знаковых работ ученого. Ученый сразу вошел в состав президиума тюркологической секции Общества обследования и изучения Азербайджана, которое стало настоящим научным центром республики. Учитывая опыт Николая Ивановича по сбору и обработке материала для «Словаря чувашского языка», его назначили председателем Словарной комиссии. На этой должности он ставит перед собой амбициозную цель — создать словарь живых тюркских народных говоров Азербайджана. Ученый лично совершает несколько экспедиций для сбора необходимого языкового материала, в частности, в том же 1924 г. он съездил в г. Нуху.
***
В 1926 г. на бакинской земле происходит событие, ставшее знаменитым как для Николая Ивановича, так и всей тюркологической научной общественности нашей страны. Здесь с 26 февраля по 5 марта состоялся Первый всесоюзный тюркологический съезд. Одной из главных целей съезда был обмен мнениями в отношении принятия нового унифицированного алфавита тюркских языков. Всего на съезд приехало 111 делегатов, которые представляли научные и общественные организации практически всех тюркоязычных республик и областей Советского Союза. Кроме этого, в работе съезда принимали участие видные ученые из Москвы и Санкт-Петербурга, представляющие Академию Наук СССР и Всесоюзную ассоциацию востоковедения. Среди них были В.В. Бартольд, Н.Н. Поппе, А.Н. Самойлович, С.Е. Малов, С.Ф. Ольденбург, Л.В. Щерба. Из европейских ученых наиболее известным для нас является венгерский этнограф Д. Месарош.
Н.И. Ашмарин выступал на съезде 28 февраля в качестве содокладчика профессора А.Н. Самойловича. Тема его выступления — «Кое-что о прошлом тюркологии и ее настоящем состоянии». Интересно, что в списке участников в программе съезда было указано, что Николай Иванович представляет не Чебоксары, а Баку. В своем докладе ученый дает краткий обзор истории становления и разви­тия тюркологической науки. По его словам, основы этой науки в России были заложены во второй половине XIX в., благодаря, прежде всего, исследованиям немецких ученых.

В тему

Книга «Н.И. Ашмарин — корифей чувашской филологии» вошла в число 50 лучших региональных изданий России по итогам прошлогоднего конкурса АСКИ. Как отмечали эксперты, в книге дается анализ и оценка наиболее значимых трудов Ашмарина, одним из которых является семнадцатитомный словарь чувашского языка. Кстати, согласно последним, самым точным подсчетам, словарь содержит 56633 слова (долгое время эту цифру округляли до 40 тысяч слов).
В ТОП-50 лучших региональных изданий вошла еще одна книга Чувашского книжного издательства. Это — красочное детское издание с наклейками и заданиями «Путешествие по Чувашии. Чаваш ?ершывепе паллашар-и?», рассказывающее самое интересное о городах и районах Чувашии, знакомящее с ее достопримечательностями.

Далее в своем докладе ученый указывает на те недостатки, устранение которых должно стать насущной задачей для всех тюркологов Советского Союза и мира. К ним относятся: недостаточное изучение звукового строя многих тюркских языков, что упирается в неразработанность обозначения звуков на письме (говоря современным языком, неразработанность транскрипции. — Э.Л.); мало исследована морфология тюркских языков, а для большинства из них вообще отсутствуют монографии; не исследованы в полной мере синтаксис и лексический состав этих языков; недостаточно собраны и изучены произведения народного творчества; недостаточно изучена «музыкальная сторона тюркской речи» и законы тюркского стихосложения; отсутствуют работы по сравнительной грамматике тюркских языков и, наконец, совершенно обойден дотюркский (или даже урало-алтайский) пласт подражательных слов в указанных языках.
При перечислении недостатков, Николай Иванович особый упор делает на изучение значений слов, их семасиологии. Он считает, что первоначальное значение слова — это «отражение первобытной мысли, воспоминание о старом обычае, обломок старого быта…», и его открытие «ввело бы нас в мир представления древнего языка, и новая тюркская речь, освещенная светом минувшего, звучала бы для нас как чудная симфония.
Первый съезд тюркологов стал знаковым событием в жизни многих его участников не только с точки зрения его официальной программы. В кулуарах съезда происходили встречи, знакомства и обсуждение насущ­ных проблем между коллегами. И, конечно, такое неформальное общение участников съезда было для них не менее полезным, чем заслушивание докладов с трибун. О некоторых таких встречах Н.И. Ашмарина с представителями других стран пишет в своем письме сын ученого Виктор. По его словам, во время работы съезда Николай Иванович пригласил к себе в гости представителей делегации из Турции. За чашкой чая зашел разговор о возможном переезде семьи Ашмариных в Анкару на постоянное место жительства. Турецкие профессора предлагали Н.И. Ашмарину кафедру тюрк­ских языков в местном университете и высокое жалование. Они во всех красках описывали ему новую столицу Турции, говорили, что столичный университет — это «чудесное творение архитектуры, а квартира — это не просто квартира, а вилла». Но наш ученый ответил на это заманчивое предложение отказом. Он заявил, что «у него есть Родина, которой он должен служить».
Подобные предложения о переезде в другую страну Николай Иванович получал и от других знакомых. Так, еще раньше, в 1915–1916 гг., одна еврейская семья, жившая с Ашмариными по соседству, настойчиво предлагала им уехать вместе в Нью-Йорк, где жили их дети. Но никакие уговоры и обещания финансовой помощи не поколебали позицию Н.И. Ашмарина. Позже, летом 1926 г., его звал в Иерусалим профессор А.Н. Самойлович. Но и на это предложение был дан твердый отказ.

Из досье

Николай Ашмарин родился в Ядрине 4 октября 1870 года в семье купца Ивана Филипповича Ашмарина. Позже Ашмарины переехали в Курмыш, бывший тогда уездным городом Нижегородской губернии. Николай окончил Нижегородскую классическую гимназию, где увлекся разными языками. Более близким был ему язык чувашей, с которыми он познакомился еще в детские годы — бабушка Коли знала их разговорный язык. Все это определило будущее бывшего гимназиста и привело его в Москву — в Лазаревский институт восточных языков. Пятилетняя учеба в институте (1891-1896) окончательно определила выбор Ашмарина «всесторонне изучать жизнь чувашей». Это была непраздная цель. Русские ученые, не зная словарного языка чувашей, определили его «очень бедным».
В 1896 году Николай Ашмарин получил должность преподавателя географии в Казанской «инородческой» учительской семинарии и занялся изучением словарного запаса чувашского языка. Решив составить чувашский словарь, в 1901 году Николай Иванович разослал по всем местностям, где проживали чуваши, программу по сбору материала. На его обращение помочь в сборе языкового материала откликнулись десятки учителей национальных школ и другие грамотные люди. Итогом его многолетней работы стал фундаментальный, 17-томный «Словарь чувашского языка», включающий 40 тысяч слов. Он принес Ашмарину всемирную славу (при его жизни было издано только 5 томов).
Николаем Ивановичем написан также ряд ценных работ о чувашах и их языке: издан сборник «Чувашские народные пословицы» и другие труды. В 1919-1931 годах профессор Н.И. Ашмарин работал в разных вузах — в том числе в Чувашском практическом институте в Симбирске, в Азербайджанском университете, в Чувашском отделении Восточного пединститута в Казани. Его перу принадлежат труды по языку и культуре тюркских народов. Талантливого ученого-чувашоведа и тюрколога, знали во многих странах. Без защиты диссертации ему присвоили ученую степень доктора тюркологии, в 1929 году избран членом-корреспондентом АН СССР. Он состоял членом ЦИК Чувашской АССР. Умер Николай Ашмарин 26 августа 1933 года.

(По данным сайта администрации Ядринского района).