В конце года в России как обычно появляются пропагандистские продукты, оформленные в виде исследования общественного мнения в области рейтингов ведущих политиков и оценки самочувствия населения. Не является исключением и декабрь 2018-го. Выводы не блещут новизной и давно известны, так как основаны на долгосрочных тенденциях. Это прежде всего падение рейтинга власти из-за четырехлетнего экономического спада, где детонатором послужила пенсионная реформа.

Так же не новы предположения, навязываемые криптолиберальным экспертным сообществом о том, что, дескать, Крымский консенсус исчерпан, и о нём все забыли после пенсионной реформы. И что если раньше все консолидировались "вокруг флага", то теперь, дескать, все поменяли мнение, и начались пока вялые, но с перспективой роста протестные акции, и разочарованный народ начинает радикализироваться.

Надо сказать, что эти прогнозы относятся к категории формирующих опросов, когда выводы намеренно искажаются и трактуются в нужном направлении - в ключе убеждения всех в нарастании хаоса. Использование полуправды помогает делать выводы правдоподобными, хотя это довольно простая уловка. Да, в обществе имеется раздражение от экономического спада, но даже Левада-центр признаёт, что это выражается лишь в озабоченности населения ростом закредитованности, падением нормы сбережений и сокращением реальных доходов. Говоря словами Ленина, от недовольства до революционной ситуации - дистанция огромного размера.

На недовольство влияет и усталость от несменяемых элит, особенно в правительстве, где с именами министров экономического блока связывают экономические проблемы страны. Раздражение значительной части общества вызывает стремление президента не менять этих людей, а перемешивать старые кадры. Причина - стремление сохранить баланс внутриэлитных сил. Но если такой баланс не ведёт в экономическому росту, он начинает становиться объектом критики и усиливающим недовольство фактором.

Однако угроза кризиса и сам кризис - далеко не одно и то же. То, что мы называем кризисом, на самом деле циклический спад конъюнктуры рынков, наложенный на кадровый застой. До кризиса ещё очень далеко. Кризис - это когда уже ничего не работает, и система не реагирует на управление. Ничего такого сейчас нет. То, что есть - вещи, безусловно, раздражающие, но не достаточные для массовых беспорядков и тем более переворота. Тут либеральные социологи подгоняют ответ под задачу.

Задача экономического роста России упирается в отсутствие внутренних источников инвестирования. И создать их невозможно. Если в стране функционирует рынок, даже смягчаемый государственным регулированием, то государство не может быть главным инвестором - для этого у него просто нет ни структуры, ни функций. Для способности это делать надо объявить монополию на госсобственность, национализировать всё, запретить частную собственность и начать регулировать цены, себестоимость и прибыль предприятий, забирая сверхнормативную часть в бюджет. Как это делали в Советском Союзе. Но это не помогло решить экономические проблемы СССР.

И потому у рыночного государства для статуса единственного инвестора нет ресурсов. Ресурсы рыночного государства - это деньги на отдельные проекты, пенсии, зарплату бюджетникам, культуру, науку, начальное образование и армию со спецслужбами. Никаких налогов не хватит создать рыночному государству ещё и инвестиционные средства в требуемом количестве. Не тот способ формирования бюджета.

Никакое инвестирование в производство не даст результата, когда в конце цепочки не стоит потребитель, способный всё это купить. Для него весь бизнес и работает. В России самый платёжеспособный сегмент составляет всего 20 с лишним миллионов человек формирующегося среднего класса - при нужде минимум в 300 миллионов. А лучше 500. Это они, эти чахлые 20 миллионов - наш локомотив экономики. Это он перекредитован и балансирует на грани банкротства своего бизнеса или потери своей работы. Все прочие пока или уже и вовсе являются клиентами дисконтных продуктовых магазинов и аптек. Это не база роста. На базе 20 миллионов, чей средний доход составляет от 700 до 3000 долларов в месяц, никакая серьёзная экономика далеко не уедет.

Рост за счёт внутреннего спроса никогда не был в истории основой экономического чуда. Ни в Англии, ни в Европе, ни в США, ни в Китае - нигде опора на внутреннего потребителя не была достаточной для качественного рывка, тем более для лидерства. Повсюду в основе этих чудес лежала внешняя торговля, выход на чужие рынки и привлечение чужих капиталов. На этом вырос Китай на наших глазах, до него на этом выросла Южная Корея. До неё так же на этом выросла Япония, до неё - Германия и другие европейские страны. А до них - США, которые перед Второй мировой войной производили 50% мирового ВВП.

Ни один Русал не смог бы сохранить себя, опирайся он на внутренний спрос на алюминий. Ни один Газпром и ни одна Роснефть не стали бы мировыми корпорациями, опирайся они на внутренний рынок. Внешние рынки - это единственный резерв роста экономики страны. Но тут важна способность нашего бизнеса соответствовать этим задачам.

Все беды от бедности, но бедность российского бизнеса - от жадности и глупости. Оффшорная мотивация, преобладающая в нашем бизнесе, лишает его времени, отпущенного на возможность развития. Простые примеры. Директор промышленного предприятия в Казани едет в Германию и возвращается подавленный увиденным. Его шокирует уровень инженерной культуры, степень продуманности и организации всех аспектов производства. Автоматизировано всё, что можно, и вспомогательные операции избавлены от ручного труда.

Вернувшись домой, директор устроил разнос сотрудникам за то, что у немцев в цеху у станка три человека, а у нас целая толпа, неизвестно что делающая. Это раздувает себестоимость и снижает качество. Потому приказ - подготовить сокращения. Но сотрудники напоминают, что когда эти же немецкие станки заказывали для себя, сам директор убрал из контракта все вспомогательные узлы для автоматизации, заявив, что ему "проще поставить трёх идиотов для подачи сырья и уборки готовой продукции". Станки стали намного дешевле, "идиотов" поставили, но в итоге идиотом оказался сам директор. Склад забит низкокачественной продукцией, которую трудно продать, как ни исхитряются сбытовики, потому что цена высокая, качество плохое, и к тому же отгрузка не происходит в сроки.

Качество организации бизнеса - это на самом деле главная причина нашего кризиса, не умаляя заслуги Центробанка и правительства в этом деле, Приведу ещё один пример вины бизнеса в спаде. Всем известен автосборочный завод в Черкесске Derways, где собирали китайские марки Chery, Lifan, Brilliance, Jac и Geely. С октября завод на грани закрытия, почти все его линии остановлены. Вложения Сбербанка, основного акционера, под угрозой. Почему?

Причина - вовсе не падение спроса на рынке. Нет, рынок нормальный. Lifan уходит из Черкесска в Липецк, где строит свой завод, а Geely готовится через два года открыть завод в Белоруссии. То есть рынок жив и нормально дышит, хотя спад и там себя проявил. Но не это причина ухода китайцев из Черкесска. Причина в том, что налоговые органы предъявили заводу иск на сумму более чем 300 миллионов рублей. Директора завода оказались типичными умниками нашего времени. Предъявляя фальшивые документы к возврату НДС, они выводили разными схемами деньги в офшоры. И когда пришёл фининспектор, они завопили, что бюрократы кошмарят бизнес и тому подобное.

Но номер не пройдёт. Возврат НДС - это кидок не партнёра, а государства. За это раскрутят по полной. Особенно сейчас. Завод, скорее всего, закроют, как обанкротили и закрыли ТАГАЗ в Таганроге. И это в таком трудном регионе, как Карачаево-Черкессия, где вопрос безработицы - это вопрос национальной безопасности и борьбы с терроризмом.

Виноваты не только директора, но и банкиры - они прекрасно знали, как и куда выводятся деньги. Через них они и выводились. Они в этом и участвовали. И теперь все спилили сук, на котором сидели - убили курицу, которая несла золотые яйца. Если бы вместо оффшора, откуда придётся теперь все деньги вернуть для улаживания проблем со следствием, они вкладывались в родной завод, то сейчас они были бы намного богаче и увереннее в будущем. А так они просто выстрелили себе в ногу.

И такие пороки не решаются количественным смягчением, российскую версию которого предлагает Сергей Глазьев. Американцы сделали то, что сказал академик. Но теперь не знают, как выбраться из этого капкана. И роста они не получили, а то, что получили, то это не от эмиссии, а от силовых акций Трампа по возвращению части бизнеса в США. И то вернулись не все и на время. Не будет Трампа - вновь все уйдут. Потому что в США производить дорого и не выгодно. А выгодно в Китае и на Тайване.

Китай же не идёт на накачку кредитами своего населения для стимулирования спроса. Мир уже знает, к чему это приводит и чем это становится. Пирамида долгов рано или поздно хоронит своего строителя - мы в 96-м с облигациями ГКО уже через это прошли, объявив дефолт и получив тяжелый и настоящий кризис. Повторять не стоит. А тотальный контроль за финансовыми операциями бизнеса невозможен на практике и приведёт лишь к маразму и росту коррупции. Всё этим и кончится, как любая благая идея, коими вымощена дорога в ад.

В общем, у проблемы роста есть ряд факторов, которые можно расположить в следующем порядке по степени важности:

1. Доступ на внешние рынки сырья и сбыта.

2. Доступ к временно свободным капиталам инвесторов со всего мира.

3. Важность внешней политики для решения этой проблемы.

4. Важность создания мощных армии и флота для обеспечения внешнеполитических позиций.

5. Важность госбюджета для финансирования всех нужных для ВПК отраслей. Отсюда проблема собираемости налогов и непопулярных мер, направленных на пополнение бюджета.

6. Важность создания своих институтов аккумулирования инвестиционных ресурсов.

Если какая-то страна смогла без армии стать экономическим гигантом, то это страна-вассал, не принадлежащая самой себе и попавшая в лапы мировых финансистов. Если такое возможно в Европе, то в России невозможно. Тут финансисты, прежде чем вложиться в завоёванную Россию, разукрупнят её до анклавов размером в Швецию, Швейцарию и Люксембург, стравят всех со всеми, а потом, разруливая войны аборигенов между собой, станут извлекать из этого прибыль. Украинская мечта стать военнопленным НАТО в надежде получить усиленный паёк, глупа и несостоятельна. И время уже это доказало. Россия тем более не сможет решить проблему достатка капитуляцией перед Западом.

Таким образом, по объективным и не зависящим от социального строя и личности главы государства причинам, Россия может проводить единственно оптимальную политику - ту, которая сейчас и проводится. Разумеется, оптимальная - не значит идеальная. Это важно подчеркнуть. Оптимальная - это лучшая из всех плохих, так как хорошая нереальна. Никто нас просто так на рынки не пустит и дешёвых кредитов не даст. А без рынков нам не окрепнуть. Без рынков нас сомнут, перефразируя Сталина, можно сказать твёрдо.

И когда наш бизнес станет зрелым внешним бойцом, таким, что не проедает своё будущее в оффшорах, а культивирует его по месту прописки, тогда мы сможем сделать так, что рост нашей экономики почувствуют все. Прочие схемы являются прожектами, которые уже отчасти были испробованы на практике, отчасти невозможны по реальным политическим причинам. И чтобы этого не произошло, нам и навязывают мнение, что в России, дескать, Крымский консенсус иссяк, а "холодильник победил телевизор".

Уже сами крики на эту тему говорят о том, что конкуренты озабочены серьезным российским продвижением в необходимом направлении. Крым, Сирия, ЕАЭС, неучастие в войне с Украиной, Северный и Турецкий потоки, освоение Арктики, поднятие внутренних регионов - каждый этот шаг вызывал страшное сопротивление Запада. Сейчас идёт запуск Союзного государства с Белоруссией. Пришло время. И опять будет страшное сопротивление. Запад уже понял, что проспал выход русского джина из бутылки и пытается как-нибудь запихать его обратно. Но уже безрезультатно. И чем больше там подобных криков, тем вернее, что мы в целом действуем в правильном направлении.