«Стены моей мастерской пропитаны потом и кровью» – каргатцы ополчились на художника
– У меня не талант, я беру упорством, вгрызаюсь во все, – признается Петр Шкаруба в начале нашего разговора. – Это как идеальный и неидеальный слух, у меня с пространственным «слухом» хуже, а у жены лучше. Она мне подсказывает, если в композиции плохо ловлю объем или когда просто глаз «замылился». Я лучше понимаю, как сделать техническую часть.
Глядя на работы мастера, трудно поверить в слова об отсутствии дара. Последнее изделие из дерева – светильник, стилизованный под керосиновую лампу. Конечно, без горючей смеси, со светодиодной лампочкой и аккумулятором. Но в остальном лампа выглядит, как настоящая.
Мастер находит идеи для будущих изделий в обычных вещах. Как-то жена попросила сделать разделочную доску. Петр отрезал кусок от березовой чурки – получилась круглая торцевая доска, способная выдержать не одну засолку капусты. Оставшимся кускам тоже нашлось применение: тот, на котором волокна на распиле напоминают взрыв, висит вместо картины в доме у тещи; из второго Петр сделал настенные часы для себя.
Паровоз с мышью-машинистом изготовлен в единственном экземпляре. Изделие трудоемкое и дорогостоящее. Идея родилась на фуршете в администрации, когда Петра и других мастеров чествовали после получения звания «Человека года». Взялся за дело с вдохновением, но в процессе понял, что в поезде много мелких деталей, много и другой трудоемкой работы. А время – это ценный ресурс для мастера, работающего руками.
Петр ценит функциональность своих изделий, поэтому в его коллекции столько резных подносов, столиков, сахарниц, подставок под яйца, ложек, светильников. Эксклюзивные варианты требуют большого терпения.
– Когда смотрю на готовое изделие, думаю: «Господи, как я это вообще сделал?» Сколько пришлось решить маленьких технологических задач! Это время было счастливым. Не думаешь о проблемах, увлекаешься так, что домой неохота идти, пока не выплеснешь вдохновение.
Приходилось делать и древнейшие символы судейской власти – два молотка. Один в шутку подарил знакомому на юбилей. Другой отправился по назначению – в зал судебных заседаний. Покупают его изделия иногородние, двое часов уехали в Германию и Америку, яблоки – в Китай. Постоянные покупатели есть и в Каргате.
Отношение каргатцев к Петру Шкаруба неоднозначное. Кому-то не нравится его словоохотливость, кто-то не прощает смелость заниматься творческим ремеслом, не считая труд в мастерской серьезной работой.
Возможно, раздражает его неравнодушие – то письмо в администрацию напишет с просьбой убрать свалку рядом с главной улицей, то начинает бороться с пивной около детского сада. Сам Петр Шкаруба отзывается о каргатцах спокойно.
– Кто-то ругает меня, кто-то нет. Есть люди, которые ничего никогда не сделают – только критикуют. Пока еще обдумываю, как к этому относиться. Стараюсь на все комментарии отвечать. Люди разные, могут ругаться на меня, но это свои люди. Как в семье, – считает он.
Петр считает себя счастливым человеком. Любимая жена, шестилетний сын Серафим, семилетняя дочь Анна, работа. Работает Петр много. Не раз получал награды в разных конкурсах, ему присваивали звание мастера «Золотые руки», в 2007 году выбирали «Человеком года». Свое мастерство он совершенствует упорным трудом.
– Стены моей мастерской потом и кровью пропитаны, – говорит он.
Слова о крови – не метафора. Станком отрезало фалангу пальца, стамесками резал сосуды под большим пальцем. Мастер говорит о травмах вскользь, как о незначительных деталях. Ему некогда жалеть себя – впереди много работы, много планов.