Связующая память поколений
Говорят, память людская недолговечна, но это не о таком испытании, как Великая Отечественная война. Каждый год мы вспоминаем войну, унесшую миллионы жизней.
Каждый год благодарим тех, кто сражался за нашу Родину. Но наравне со взрослыми военное лихолетье испытали также и дети. Дети войны… Они хлебнули горя полной чашей, может быть, слишком большой для маленького человека. Ведь начало войны совпало для них с началом жизни. А война в сотни раз страшнее, если видеть ее детскими глазами…
На начало Великой Отечественной войны Римме Тихоновне Жигальцовой было 7 лет. Вместе с родителями и тремя братьями проживали в селе Бережок. Мама — домохозяйка, а отец Т.И. Жигальцов работал начальником уголовного розыска в Хотынецком районе (в то время Брянская область входила в состав Орловской). Был он грамотным, эрудированным человеком, поэтому и назвал единственную любимую дочь редким по тем временам именем — Римма. Когда началась война, отца сразу призвали в ряды Красной Армии. А в 1945 году, к счастью, вернулся — живой, с наградами. Ну, а жена с четырьмя детьми оставались дома, в оккупации…
— В 1941 году к нам на Бережок пришли немцы, — рассказывает Римма Тихоновна. – Двое зашли в наш дом. Один высокий, а другой, наоборот, маленького роста. Мама сразу назвала его «финном» за рыжину. А большой немец, я прекрасно помню, звался Курт. Так вот, маленький немец был очень плохой – злой и жестокий, а большой, наоборот, добрый. Вот эти два немца и жили у нас, занимали самую большую комнату, а мы впятером – в соседней, маленькой комнате.
Один раз был случай. Немцев дома не было, и младший брат Леонид без спроса взял у них со стола шоколадку. Такое лакомство было для пятилетнего малыша в диковинку. В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел «финн». Сразу увидел в руках Лени шоколадку. В ярости он схватил мальчика, открыл дверцу топившейся печи и пытался засунуть туда ребенка. Мать закричала, попыталась отнять до смерти перепуганного сына, но фашист хладнокровно делал свое дело. Неизвестно, чем бы все закончилось, но в дом вошел большой немец – Курт и спас мальчика.
Еще у Риммы Тихоновны отчетливо сохранился в памяти теплый и ясный сентябрьский день 1942 года: «С огорода весь урожай собрали. Но несколько ящиков моркови стояли в коридоре. Из немцев дома был только большой Курт. Мать и братья — в поле. Я стояла в коридоре, а дверь была открыта. И вдруг по улице немцы погнали пленных красноармейцев. Они были очень голодные, потому что, увидев ящики с морковью, невзирая на окрики охранников, вбежали в коридор и стали жадно хватать и грызть грязную, всю в земле, морковь. Немцы быстро вернули их обратно в строй и погнали в церковь. Я – за ними. Подбежала к церкви, чтобы посмотреть, где наши солдаты. Вижу, внизу небольшое окно с решеткой, но стекло было разбито…
На другой день восьмилетняя Римма набрала в свои детские маленькие ведерочки моркови и пошла к церкви. И когда часовой завернул за церковь, быстро их высыпала вниз к пленным. На второй день снова понесла. Но только успела высыпать одно ведро, как немец внезапно ее схватил, а ведерки поддал ногой. И под дулом автомата конвоировал девочку домой.
— Когда мать это увидела, то закричала от страха и упала в обморок, — рассказывает Р.Т. Жигальцова. — Хорошо, что дома был большой Курт. Он по — немецки поговорил с охранником, предварительно спрятав меня за свою спину. Снова спас.
Когда началось сражение за освобождение Карачева, то немцы, отступая, сожгли все дома. До единого. Римма с матерью и братьями ушли в деревню Зеленино, где в ямах, накрытых ветками (чтобы было незаметно), пережидали бои.
— Пришли наши освободители, и мы вернулись домой,- вспоминает пожилая женщина. — А дома нет, он сгорел. Тогда братья выкопали большую яму, накрыли кое-какими досками, стали жить. Весной посадили огород. Помню, много народилось тыквы, тем и спасались. А еще на колхозном поле собирали мерзлую картошку – тошнотики. Потихоньку отстроили времянку. Во время оккупации в школу не ходили. В первый класс я пошла только в 10 лет. 7 классов окончила в 1953 году, когда умер Сталин. Помню, что все, в том числе и я, очень плакали…
Началась мирная жизнь. После окончания школы Римма поступила в брянский машиностроительный техникум. 33 года отработала в отделе главного метролога завода «Электродеталь», откуда и ушла на заслуженный отдых со званием «Ветеран труда». К сожалению, ее супруг умер, когда сын Сергей учился в выпускном классе школы им. А.М.Горького. Сейчас он работает директором школы-интерната в Воркуте. Две взрослые внучки живут в Москве, но бабушку часто навещают, звонят. И пока мы разговаривали, сын также позвонил из Воркуты — волнуется о матери, как она там, одна.
Римма Тихоновна еще говорила о том, что войны никогда не должно быть. И что Великая Отечественная – это была не просто война, а битва добра и зла. И современные дети должны как можно больше знать о том времени, чтобы передать эту информацию своим детям и внукам, дабы она никогда не была утеряна. 0+
Е.БАРАНОВА.