В аренду на 99 лет: Фоат Комаров получил-таки первую в России дорожную концессию
Автобан между Алексеевским и Альметьевском достроят за три года и за 83 миллиарда
Татарстан обзаведется первой местной платной дорогой — Алексеевское – Альметьевск. Подмога к прокладывающему ее Фоату Комарову подоспела спустя 18 лет после старта проекта — сегодня с его компанией «Автострада» подпишут концессионное соглашение. Лоббистом проекта можно назвать вице-премьера РФ Марата Хуснуллина — для него это возможность выдать на гора образец государственно-частного партнерства в области строительства дорожной инфраструктуры. Эксперты «БИЗНЕС Online» призывают «вылизывать» не только коммерческие проекты, но и их бесплатную альтернативу.
«Расчетливый авантюрист» и риски возвратности
Спустя 18 лет после старта проект по строительству дороги Алексеевское — Альметьевск (АА) выходит на финишную прямую. Сегодня АО «Автострада» (входит в АО «СМП «Нефтегаз» Фоата Комарова) и правительство Татарстана подпишут концессионное соглашение о достройке этой скоростной магистрали. Об этом «БИЗНЕС Online» рассказал сам Комаров.
По его словам, пока речь идет о 83 млрд рублей: 30 млрд — от Татарстана, 30 млрд — грант федерального бюджета, который он дает республике, и не менее 23 млрд должна вложить сама «Автострада». После достройки дорогу передают государству, а оно на 99 лет отдает ее в аренду компании, построившей трассу. Такой срок согласовали в ходе переговоров с участием вице-премьера правительства РФ Марата Хуснуллина, президента Татарстана Рустама Минниханова и министра транспорта и дорожного хозяйства РТ Фарита Ханифова.
Напомним, АА — это часть проекта по строительству дороги Шали-Бавлы (ШБ), перемычки между трассами М7 и М5 и одновременно один из этапов коридора Европа — Западный Китай (ЕЗК). Но сначала, в ранних 1990-х, первый президент РТ Минтимер Шаймиев решил построить дорогу Шали — Сорочьи Горы (ШСГ). Она виделась обходящим Казань дублером участка федеральной дороги Р-239 «Казань — Оренбург». Тогда же республика возобновила начавшиеся в 1989 году и остановленные в 1991-м работы по возведению там моста (вместо парома). Но в итоге идея трансформировалась до трассы к Бавлам, то есть к границе с Оренбургской областью. 299 км пути разделили на четыре участка: ШСГ (40 км), мостовой переход через Каму (14 км), АА (145 км), Альметьевск — Бавлы (100 км).
Строительство ШСГ начали в 1998 году и первую очередь завершили в 2010-м, вторая ожидалась к 2012-му, но планы так и не реализовались, дорога осталась двухполосной. Первую очередь мостового перехода запустили в 2002 году, вторую завершили в 2016-м.
За АА в 2003 году на свои деньги взялся Комаров. Что заставило его пойти на столь рискованный шаг? Во-первых, впереди маячила идея инвестиционного проекта первой в России платной автомагистрали (Шали — Бавлы). «Я расчетливый авантюрист, просчитываю риски, — говорил он в одном из интервью. — Но стопроцентной гарантии нет, я просто работаю, и уверен, что здесь будет выгода». Во-вторых, вложения в дорогу Комаров считал более надежными, чем банковский вклад. «Это вложение в швейцарский банк. Даже более гарантировано, ведь швейцарские банки тоже лопаются», — говорил он. В третьих, есть своего рода гуманитарный аспект. Как говорит предприниматель, на нынешней дороге между Алексеевским и Альметьевском на каждом километре раз в пять лет — труп, а есть с десяток участков, где жертвы — ежегодно. «Катализатором начала строительства дороги была авария, где погибли 8 человек, четверо из которых — наши работники, — рассказывал он. — В одну секунду 8 человеческих жизней ушло из этого мира! А все из-за того, что дорога не соответствует требованиям безопасности. И мы приступили к строительству, невзирая на то, что оно не было подготовлено экономически». Слова Комарова подтверждает свежая статистика: 7 января на Р-239 в Альметьевском районе произошло сразу два смертельных ДТП.
В приоритете у правительства России
Самое интересное, Комарову удалось подвести под проект геополитическое обоснование: ЕЗК или новый «Шелковый путь» — его идея. Сам он признает, что во многом это было лукавство, но иначе строительству чисто татарстанской трассы никто бы не стал помогать. Эту идею он закинул Шаймиеву, дескать, все перспективные дороги идут мимо республики, и если не пошевелимся, так и будет. В 2005 году президент РТ обратился к президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву, губернатору Санкт-Петербурга Валентине Матвиенко и к главам российских регионов, через которые планировали проложить транспортный коридор в Китай. Они дали согласие. Так и закрутилось.
По словам Комарова, условие бюджетного финансирования в его компании не ставили, «просто вели подготовительные работы». Но на помощь явно надеялись. Постановлением правительства РФ от 2008 года предполагалось выделить на проект 47,3 млрд рублей — в рамках федеральной целевой программы «Развитие транспортной системы России на 2010–2015 годы», но этого так и не произошло. Однако в том же году поступили 200 млн из бюджета РТ, и в течение последующих пяти лет — еще 1,3 миллиарда. Сам «Нефтегаз» (малая нефтяная компания) ежегодно вкладывал в строительство дороги 1-2 млрд рублей, на сегодня это не менее 23 миллиардов.
В 2011 году Минниханов публично взывал к замминистра транспорта РФ Олегу Белозерову: «Наш предприниматель господин Комаров уже выдыхается, но живет какими-то надеждами. Я не знаю, как ему это удается». Для Комарова проект стал делом принципа. «Я хочу просто строить дорогу, — говорил он. — Даже объяснить не могу, почему». И даже минтранс РФ был в ступоре. В 2010-м тогдашний министр Игорь Левитин говорил: «Когда мне три года назад сказали, что у нас будет частный инвестор, я не поверил: не поверил, что кто-то в России захочет с государством вместе строить дороги».
Комаров не раз говорил, что построит АА вне зависимости от того, будет «Шелковый путь» или нет. Бизнесмен признает, что КНР дорога в оперативном смысле безразлична: «Китайцы понимают, что этот путь они контролировать не будут, поэтому у них нет глубокого интереса. Они все силы направили на свой „Шелковый путь“ — через Азербайджан, Грузию, Турцию. Но им интересны любые пути продвижения своих товаров, и по межправительственному соглашению с Китаем и Казахстаном маршрут должен быть реализован. Казахстан постоянно поднимал этот вопрос на высшем уровне. И Росавтодору эта дорога важна, прежде всего, как часть коридора ЕЗК». О том же в беседе с «БИЗНЕС Online» сказал начальник ФКУ «Волго-Вятскуправтодор» Илдар Мингазов.
Уточним, что теперь ШБ рассматривается как часть одного из двух путей между КНР и Старым Светом. Второй — М12: в районе Канаша на автобане появится развязка по направлению Тольятти — Самара — Оренбург — Сагарчин. «Да, сейчас появился широтный ход — М12, и в него встраивается наш — меридианный, — объясняет Комаров. — Это дорожная сеть. Как и должно быть. Один из элементов развитой дорожной системы».
Тезис о приоритетном внимании правительства России подтверждается и тем, что «Росавтодор» решил достроить первый участок ШБ до Сорочьих Гор — через 11 лет после сдачи первой очереди. В ближайшее время 40-километровую республиканскую трассу передадут в оперативное управление федеральному дорожному агентству, а потом — в федеральную собственность, включат в состав М7 и расширят до четырех полос. Ранее, в 2019 году, федералам передали мостовой переход через Каму.
Достроить за 36 месяцев
«Проблема в том, что круг заинтересованных лиц очень мал, все относятся к этой дороге как будто это мое личное, — сетовал некогда Комаров. — Все считают, что я на этом наживаюсь». Рискнем предположить, что сегодня влиятельное заинтересованное лицо появилось. Имеем в виду приход в правительство РФ Хуснуллина. В 2020 году на посвященном М12 совещании в Елабуге он призвал обратить пристальное внимание на дорогу Комарова: «Если мы здесь найдем возможности по финансированию и составлению схемы по государственно-частному партнерству, то фактически получим еще одну мощную связку между двумя федеральными трассами, что, безусловно, даст дополнительный поток на М12». В ответ премьер-министр РФ Михаил Мишустин дал поручение минтрансу РФ и властям РТ проработать вопрос достройки дороги «Шали — Бавлы», а минфину РФ — помочь с решением вопроса по организации государственно-частного партнерства.
«Ну, как пролоббировал… — ответил на наш вопрос Комаров. — Он (Хуснуллин — прим. ред.) же был министром строительства (Татарстана — прим. ред.), прекрасно знает потенциал, понимает, какой объем работ сделан, и осознает, что выполнить социальную задачу — построить дорогу можно с минимальными ресурсами федерального бюджета, а еще — предъявить ее как образец государственно-частного партнерства».
Концессия с частником в области дорожного строительства в России заключается впервые. Вопрос о том, будет ли АА платной, витал в воздухе всегда. Комаров неизменно отвечал в том духе, что его решит государство, но, конечно, «шлагбаум» на въезде неизбежен. При этом предприниматель подчеркивал, что это не его дорога, даже если он будет эксплуатировать ее какой-то промежуток времени, чтобы вернуть деньги. Дескать, после этого ее непременно передадут государству (будет и содержать трассу и сразу после постройки), и уже оно решит, какой она станет дальше — бесплатной или платной. Стоимость проезда пока не просчитана. Когда-то Комаров говорил, что это будет 1,5 рубля за 1 км для легковых авто и 3,5-4 рубля — для грузовых. Сейчас он уверен, что придется платить больше.
Любопытно, что и дорога ШСГ тоже изначально предполагалась платной, более того, она должна была стать первой такой трассой в России. Считается, что это идея бывшего вице-премьера и главы миндортранса республики Владимира Швецова. Половину трассы построил подконтрольный ему «Камдорстрой», но в 2007-м, после отставки Швецова, подрядчика сменили и идея умерла. А сейчас о платности ШСГ и вовсе речи не идет, ведь она станет частью М7…
Сегодня на дороге Алексеевское — Альметьевск проведены почти все земляные работы (обработано 37,5 из 39 млн кубометров грунта), построена часть искусственных сооружений. Это примерно 22% от объема всех строительно-монтажных работ. «Автострада» будет стараться уложить асфальт собственными силами, но поскольку стоит задача достройки в кратчайший срок, прорабатывается вариант привлечения субподрядчиков. При достаточном финансировании трассу удастся завершить за 36 месяцев. Это будет дорога категории 1А: четыре полосы по 3,75 м, 6-метровая разделительная полоса, барьерное ограждение вдоль обочин и разделительной полосы, освещение. Предусмотрены три развязки (на пересечении с региональными дорогами Новошешминск — Черемшан, Чистополь — Нурлат, Кузайкино — Нурлат), 11 поверхностных и 20 тоннельных путепроводов, два скотопрогона и 8 мостов.
Как отметил в беседе с «БИЗНЕС Online» бывший замгендиректора «Каздорстроя» Ренат Шафиков, в данном случае «долгострой» это даже хорошо: «За это время произошла так называемая консолидация грунтов. Когда-то после земляных работ вообще давали 3-4 года на самоуплотнение». Он уверен, что достроить трассу за три года, проблем нет. Комарова Шафиков называет настоящим героем, дескать, «закопал в землю» пару десятков миллиардов, а ведь мог вложить во что-нибудь с быстрой прибылью. Попутно он отметил, что в последние годы начали серьезно приводить в порядок и параллельный участок Р-239, то есть бесплатную альтернативу комаровской трассе.
Отметим, что «СМП-Нефтегаз» в инициативном порядке замахнулся и на строительство следующего отрезка — Альметьевск — Бавлы. «Им занимались на птичьих правах — лоббировали, сделали трассировку, сняли плодородный слой, — говорит Комаров. — Мы готовы строить, но юридических прав на участок у нас нет». Можно предположить, что если строительство АА будет вестись как надо, то и продолжение дороги на условиях той же концессии отдадут «Автостраде». Тогда, вероятно, и этот отрезок будет платным.
Как полагает руководитель татарстанского отделения федерации автолюбителей России Рамиль Хайруллин, платные дороги в России скорее нужны, чем нет, и если стоимость проезда не окажется запредельной, АА будет востребована. «Думаю, должна быть альтернатива, а то те, кому надо побыстрее, сейчас выезжают на встречку, бьются насмерть, — отметил он в беседе с „БИЗНЕС Online“. — Но хотелось бы, чтобы и про бесплатную альтернативу не забывали, не получилось так, что платники будут вылизанными, а все другие дороги — в ямах».