Виталий СТАНЬЯЛ «КТО, ЕСЛИ НЕ ЧУВАШИ?» Статьи, рецензии, очерки

В книгу включены очерки, статьи и рецензии, которые посвящены традиционной религии и философии, национальной школе и литературе, этнической истории и культуре.

ПОЧЕМУ ЛЕНИН ЗАЩИЩАЛ ЯКОВЛЕВА?

2018 год в Чувашии объявлен Годом Ивана Яковлева. Выдающийся сын чувашского народа, видный деятель культуры и просвещения народов Поволжья, классик педагогической мысли И.Я. Яковлев родился 25 апреля 1848 года в селе Кошки-Новотимбаево Буинского уезда Симбирской губернии, умер 23 октября 1930 года в Москве, похоронен на Ваганьковском кладбище. Созданная Иваном Яковлевым Симбирская чувашская учительская школа считается «первой чувашской академией».
С начала года в Чувашской Республике в каждой школе, библиотеке, вузе, клубе и Дворце культуры организуются публичные занятия и выступления, приуроченные к этому большому событию. Проходят яковлевские собрания, концерты, митинги, дни и недели, встречи с чувашскими писателями, артистами и краеведами. Состоялись торжества в Кошки-Новотимбаево, Казани, Уфе, Москве, Питере, Самаре, Красноярске и других городах России.
Прошли торжества и в Ульяновске, где отношение к чувашскому патриарху особо почтительное. Ульяновская областная чувашская национально-культурная автономия (УОЧНКА) при поддержке губернатора области Сергея Морозова провела в Ленинском мемориале юбилейное собрание и научно-практическую конференцию «И.Я. Яковлев и современность». Своим мнением после ульяновских круглых столов поделился председатель Центрального совета чувашских старейшин Виталий Станьял.

ПОД ОБСТРЕЛОМ КЛЕВЕТЫ

Можно подумать, что об Иване Яковлеве известно все, потому что ему посвящены академические издания, выпущено подробное повествование «Моя жизнь», опубликованы письма и воспоминания о нем. Тем не менее нешуточный спор вокруг Ивана Яковлева, возникший 100 лет назад в Симбирске и Казани, через печать и на общенациональных съездах чувашского народа, продолжается.
Самые горькие дни И.Я. Яковлева выпали на 1918 и 1919 годы. Старика допрашивали, угрожали, оставили без пенсии, выгоняли из квартиры и школы. Эту школу он открыл, будучи двадцатилетним гимназистом, в своей наемной квартире и затем всю трудовую жизнь расширял ее и успешно руководил. И вот теперь его бесцеремонно, унизительно лишали своего детища. Ретивых «перестройщиков» утихомирил вождь пролетариата: «Симбирск. Председателю Совдепа… Меня интересует судьба инспектора Ивана Яковлевича Яковлева, 50 лет работавшего над национальным подъемом и претерпевшего ряд гонений от царизма. Думаю, что Яковлева надо не отрывать от дела его жизни. Председатель Совнаркома Ленин». Телеграмма возымела силу.
Увы, Гражданская война разыграла новую трагедию. Гонения возобновились. О том, сколько радостей и огорчений пришлось испытать за свой титанический труд, Яковлев 12 ноября 1919 года написал Ильичу в Кремль: «Больно мне, что в эпоху государственного переворота, совершившегося в России, я, старый, убежденный демократ, родом и образом жизни крестьянин, имеющий за собою значительный педагогический опыт в деле просвещения инородцев, оказался удаленным от дела как раз тогда, когда сбылись мои заветные давнишние мечты об отстранении от живого дела просвещения народа той самой педагогической бюрократии, от которой я, за время пятидесятилетней моей деятельности, вынес столько гонений…» В письме главе государства он говорит о многом важном и в то же время сетует на черную неблагодарность своих воспитанников, «так или иначе мне обязанных своим образованием», подстрекаемых двумя священниками Дормидонтовым и Никифоровым из чувашей.
Поводом для нового обращения к Владимиру Ленину были попытки закрыть школу за то, что там останавливались чехословацкие части. Как будто Яковлев мог их не пустить! Свои же соплеменники, члены Симбирского губкома партии Г.С. Савандеев, В.А. Алексеев, И.С. Караполов, К.Ф. Тарасов, С.М. Абу, С.И. Элифанов, в одночасье превратившиеся в большевистских комиссаров, снова напали на Учителя, объявив его врагом советской власти. Яковлева и Симбирскую школу снова спас Ленин. Потом, когда к педагогу вернулось заслуженное признание, красные командиры, выставляя себя правыми, черной краской мазали учредиловца, временного бургомистра Симбирска Дмитрия Юмана. А ведь Юман к Ленину был намного ближе них и как мог защищал доброе имя и благое дело своего учителя. Об этом свидетельствует отдельный стенд в Музее Симбирской чувашской школы.

МАРИЭТТЕ ШАГИНЯН — ВЫГОВОР ЗА ИСТИНУ

При огромной напряженности военного лихолетья, глава государства находил время и силы вникать в судьбу чувашской школы и ее директора. Знающие историю семьи Ильи Ульянова, некоторые специалисты это внимание объясняют тем, что «Ленин сам чуваш». Конечно, это не так. Но вопрос о «чувашской ветви» в родословной Владимира Ильича интересует многих, и он снова и снова возникает в годы юбилеев Яковлева. Поэтому об этом стоит рассказать чуть подробнее.
Впервые вопрос возник еще до Великой Отечественной войны, когда в журнале «Красная Новь» появилась повесть о семье Ульяновых. Но до чувашского руководства дошло сведение о том, что ЦК ВКП(б) постановлением от 5 августа 1938 года за повесть «Билет по истории» объявил выговор Мариэтте Шагинян, и тема наглухо была закрыта на долгие годы. Между тем, слухи имеют привычку постоянно витать вокруг, и сейчас школьники, студенты и учителя снова задают этот вопрос. Прозвучал он и на юбилейных торжествах в Ульяновске.
В годы перестройки кинорежиссер Сергей Говорухин, снимая в Канаше кадры для фильма «Так жить нельзя!», напомнил о «чувашской ветке» Ильича. Но тогда это было не актуально и вскоре забылось. Теперь же, когда ульяновский скульптор Николай Кондрашкин в своей книге перепечатал из интернета схему «Чувашская ветвь В.И. Ленина», читатели ее сразу заметили.
Первоначально схема появилась в первой книге двухтомника Акима Арутюнова «Ленин: досье без ретуши», изданного в Москве в 2002 году, с пространными разъяснениями еврейской, немецкой, шведской крови по материнской линии, калмыцкой и чувашской — по отцовской. «Наконец, чувашская ветвь. Читателю покажется несколько странным появление в генеалогии Ленина чувашской ветви. Однако должен сказать, что эта версия имеет право на существование, и мы вправе о ней знать. На эту ветвь биографы Ленина никогда не указывали, хотя для этого были все основания. Не указывали потому, что не было распоряжения сверху. А самостоятельно решить этот вопрос исследователи не могли, так как такие выводы привели бы к непредсказуемым последствиям».
Об этом же говорят и другие исследователи. «Проблемная» информация о том, что… мать Ленина вышла замуж за мужчину, в жилах которого текла, с одной стороны, предположительно калмыцкая, а с другой — не то русская, не то чувашская, не то мордовская кровь, после 1991 года не является ни тайной, ни сенсацией, ни платформой для каких-либо умозаключений. Однако «тревога» обывателей относительно происхождения Ленина сохраняется на стабильно высоком уровне: «Не является ли сам химический состав этнической смеси заведомо взрывоопасным?» — пишет Лев Данилкин в книге «Ленин: Пантократор солнечных пылинок».

ГЕНЕАЛОГИЯ ЛЕНИНА. ЧУВАШСКАЯ ВЕТВЬ (ВЕРСИЯ)

Прадед В.И. Ленина Ульянин Василий Никитович и дед Николай Васильевич Ульянинов были крепостными крестьянами помещика — отставного корнета Степана Брехова и проживали в селе Андросово Сергачской округи Нижегородской губернии. Сергачский уезд на протяжении веков принадлежал исключительно чувашам и заселен был именно тюркоязычным народом. «Отпущенный помещиком Бреховым (если это действительно имело место) в 1791 году на волю Николай Ульянин, или Ульянинов, бесспорно, чувашской национальности», — утверждает Аким Арутюнов.
Если иметь в виду, что дети Ульянова играли и ночевали в Чувашской школе, а гимназист Володя готовил чувашского крестьянина Никифора Охотникова к поступлению в гимназию, что когда при аресте старшего сына Александра все знатные люди Симбирска отвернулись от Ульяновых, а Иван Яковлев бесстрашно подставил свое плечо опальной семье и через влиятельных лиц с ходатайством дошел до всесильного Синода, то абсолютно не стоит удивляться особому отношению главы Советского государства В.И. Ленина к И.Я. Яковлеву и братской дружбе с его сыном профессором МГУ Алексеем Яковлевым. Разве вызывает сомнение желание Ленина всемерного добра народам Поволжья? «После революции Ленин с недоумением наблюдал за тем, как руководство советского Симбирска — точнее, чуваши Симбирской губернии, месяц за месяцем упускали возможность выгородить себе автономию, как это сделали татары в Казани и башкиры в Уфе; в июне 1920-го политбюро само приняло резолюцию о создании автономии, но тогда дело забуксовало, а после смерти Ленина и вовсе заглохло: Симбирск — потенциальная столица Чувашии — в состав республики не вошел», — отмечает Лев Данилкин.

Из досье

Виталий СТАНЬЯЛ (Никитин) родился в 1940 году в деревне Малый Сундырь Чебоксарского района. Литературовед, поэт, публицист, общественный деятель, краевед, кандидат филологических наук, член Союза журналистов СССР. Один из организаторов Союза чувашских краеведов, Чувашского национального конгресса. Окончил ЧГПИ имени И.Я. Яковлева, аспирантуру при ЧГУ имени И.Н. Ульянова. Работал в редакциях газет «Молодой коммунист», «Советская Чувашия», «Коммунизм ялаве», учителем в сельских школах Комсомольского, Шемуршинского и Чебоксарского районов, преподавателем в ЧГУ, старшим научным сотрудником в Чувашском НИИ ЯЛИЭ (с 1994 — Чувашский государственный институт гуманитарных наук), доцентом ЧГПУ. Автор более 80 научных трудов, программ, учебников и пособий по чувашской литературе и культуре, а также книг «Чувашский рассказ», «Классик чувашской поэзии К.В. Иванов», «Чувашское литературное краеведение» и других.
Заслуженный работник высшей школы Чувашской Республики (2000).

(По данным Чувашской энциклопедии)