Директор Биологического музея имени Тимирязева Мария Рахчеева: Хорошо, что у нас в метро есть интернет
Директор Биологического музея Мария Рахчеева родилась в 1983 году в маленьком чувашском городе Канаше. С метро она познакомилась двадцать лет назад, когда приехала в Москву учиться в институте. И все эти годы столичная подземка сохраняет для нее очарование новизны.
— Мария Витальевна, какую станцию вы любите больше всего?
— «ВДНХ»! Не за архитектуру, а за то, что с нею связаны первые яркие впечатления. Рядом с этой станцией находился биолого-химический факультет Московского педагогического государственного университета, в котором я училась, и общежитие. Для меня до сих пор метро — символ светлого будущего. Серьезно! Стоишь на перроне, смотришь в темный тоннель. Там сперва в уголочке появляется свет, потом он все ярче и ярче. А затем в глаза ударяет прожектор, останавливается залитый огнями вагон, выходят люди. Я тогда в первый раз подумала: «Как классно, был мрак — стал свет».
— Как вы коротаете время в дороге?
— Я в дороге окончила программу МBA (магистр бизнес-администрирования. — «ВМ»): в вагоне смотрела видеолекции дистанционного курса, и так два года. Как все-таки хорошо, что у нас в метро можно подключиться к интернету! Еще много читаю: и художественную литературу, и научпоп. Дома нет возможности уединиться с книгой, потому что у меня четырехлетняя дочка.
— Дочка уже бывала в метро?
— Я до пандемии специально устраивала ей по выходным экскурсии. Майе очень нравятся поезда: и кататься в них, и смотреть, как они подходят к платформе и отходят от нее. Она даже кричит им: «Привет!» и «Пока». У нее сейчас так называемый игровой период.
— У вас случались необычные встречи в поездках?
— Однажды я с работы ехала на семинар по нейрофизиологии. В 18:30, в час пик, на «Курской»-кольцевой пробиваюсь к двери и вдруг понимаю, что передо мной стоит моя одноклассница, которую я не видела лет десять. Я ее по плечу хлопаю и спрашиваю: «Оля?» А она мне: «А ты что здесь делаешь?» Оказалось, она теперь тоже живет в столице. Вероятность нашей встречи была практически нулевая. Если бы я пробилась в том же вагоне к другой двери, мы бы разминулись.
— Чем вам как биологу интересно метро?
— На срезах мраморных плит, которыми облицованы вестибюли, можно разглядеть останки раковин головоногих моллюсков, живших 200 миллионов лет назад. Когда я об этом узнала, мне стало еще интереснее ездить в музей через «Краснопресненскую» — там эти окаменелости видны на бордовых колоннах. А в 2016 году мы устроили с еще несколькими музеями выставку на эту тему «Осторожно, двери закрываются! Следующая станция — Юрский период». И выпустили одноименный буклет-путеводитель о том, на каких станциях можно эти окаменелости увидеть. Кстати, с сентября 2019-го по сентябрь 2020 года Биологический музей проводил выставку в поезде «Акварель», который ходит по Арбатско-Покровской линии: вагоны были украшены цветными изображениями растений из Красной книги Москвы. Так что нынешней весной Биомузей оказался единственным, где одна выставка работала офлайн.
Читайте также: Пастернак влюблялся мгновенно и неистово