Прощался с жизнью: москвич получил приз за забег на собачьей упряжке по Камчатке
Алексей Иванов – руководитель успешной московской компании, занимающейся торговлей спортивным оборудованием. Он мог бы позволить себе любой отдых где угодно, вместо этого уже несколько лет то и дело испытывает себя различными марафонами. По словам Алексея, самым серьёзным вызовом в его жизни стала гонка-экспедиция "Берингия" на собачьих упряжках, в которой он за 26 дней проехал 1500 километров на диком севере Камчатки.
Как вам пришла идея ввязаться в гонку по бескрайней снежной тундре?
– У меня есть знакомый оператор Дмитрий Панов, который потом выступил режиссёром и оператором фильма "Испытание севера". Дмитрий является официальным оператором ежегодной гонки "Берингия". Он показал мне свой фильм про эту гонку, и я как человек, который постоянно придумывает себе спортивные цели на преодоления, подумал, что тоже хочу вот так. Когда я во всё это ввязался, то понял, что хочу снять, как это было, чтобы потом не рассказывать на словах, а показать наглядно.
Как вы готовились?
– Чтобы участвовать в "Берингии", нужно было выполнить разряд по ездовому спорту и пройти пятидневную гонку "Авача рейс" (её новое название "Берингия. Авача"). Эта квалификационная гонка служит допуском на основную "Берингию" для тех каюров (тот, кто управляет упряжкой собак или оленей. – Прим. ред.), которые ранее не участвовали в больших соревнованиях, были дисквалифицированы или не бежали длительный период. Цель "Берингии. Авача" – проверить физическую и психологическую готовность участников к прохождению более серьёзной дистанции. Этот этап я прошёл за год до основной гонки "Берингия". И уже тогда были мысли: пожалуй, это предел. Но всё-таки подготовку я не бросил. За два месяца до гонки я приехал в питомник на Камчатку, где тренировался на собачьей упряжке – до 80 км. Нужно было сработаться с собаками, привыкнуть друг к другу.
Маршрут самый длительной гонки на собачьих упряжках в России.
предоставлено Алексеем Ивановым
Фото:
Режиссёр и оператор документального фильма "Испытание севером" Дмитрий Панов (слева) и главный герои и подюсер Алексей Иванов.
из архива героя
Фото:
Это были какие-то особые собаки?
– Да, они с хозяйкой Настей Семашкиной многократно участвовали в гонках. Семья Семашкиных – это отдельная история. Сейчас у них уже 9 детей, они живут вдали от цивилизации, организовали этнопоселение, куда теперь приезжают туристы. У них питомник из 120 собак. Это очень верующие, праведные люди, у которых я жил, пока готовился. Отдельно спасибо всей семье Семашкниных, Андрею и Анастасии, без их веры в меня, без их ежедневной помощи и поддержки это приключение в принципе не было бы возможным!
С собаками сложно было найти общий язык?
– Пожалуй, это был один из основных моментов подготовки. Самое главное – это единство с командой, как в спорте. Каюр, как капитан и тренер, должен понимать, на что способна та или иная собака, как она ведёт себя в той или иной ситуации. Условно говоря, нападающего нельзя ставить на позиции вратаря и наоборот. Я должен был добиться к себе уважения, расположить свою команду к себе. Когда я попал в питомник, все собаки для меня были на одно лицо. Я не мог запомнить, как кого зовут и у кого какая роль. Встать в упряжку собак-чемпионов не значит, что ты будешь чемпионом. Тут важно понять, как управлять, как сохранить темп в пути. Очень много особенностей и нюансов во время гонки. Плюс ты можешь быть сам прекрасно готов, могут быть готовы собаки, но есть ещё и дело случая. Собака может оступиться и повредить лапу, как было в моём случае. Я вышел на гонку с упряжкой из 13 собак, в итоге на финише было только 8 собак. Меньше 8 нельзя, иначе меня бы сняли.
Участники "Берингии" ночевали или в селениях по маршруту гонки или в полаточном лагере, разбитом в снегах.
из личного архива Алексея Иванова
Фото:
Гонка "Берингия" стала испытанием для московского топ-менеджера.
из личного архива Алексея Иванова
Фото:
А что случилось с остальными – и куда вы их дели во время гонки?
– Одна возрастная собака отказалась бежать на первом этапе, не выдержав темп. Все бегут, а она лежит. Несколько собак повредили лапы, одна собака простудилась.
Травмированных животных мы передавали ветеринарной службе, у которых были такие огромные ящики для перевозки собак. Если уехали не очень далеко от старта, то их можно было сразу вернуть в питомник. Когда ушли за меридиан гонки, то там уже нет возможности вернуться никому никак, поэтому собаки едут всю дорогу в этих перевозках.
Когда мы приезжали на финиш каждого этапа, то я забирал своих травмированных собак в команду на ночь, чтобы покормить, чтобы они пообщались. Собаки – социальные животные, для них очень важно общение. Когда они слышат лай своих, то очень переживают. Поэтому их нужно забирать, чтобы они могли побыть вместе.
Я их кормил, стелил сено, хотя они могли ночевать и в снегу. Были случаи, когда приходишь, нарты стоят, а собак нет, чистое белое поле. Собак снегом замело, а вылезать они не хотят. Там им в снегу тепло. Ты начинаешь звать их, а они прячутся. Пока самый активный пёс носом корку не пробьёт и ты не поймёшь, где они.
Во время гонки можно было раствориться в красоте сурового Камчатского края.
из личного архива
Фото:
Ветеринары обязательны на этой гонке?
– Да, это экспедиционная история. Нас было 9 участников-каюров, дошло до финиша 5, я финишировал последним. Остальные снялись по ходу гонки в основном из-за того, что не укладывались в лимит времени. Так вот, участников было 9, а группа сопровождения человек 40. Это и те, кто прокладывали трассу (шахму), нужно было сделать наст, по целине собаки не могут бежать, лапы короткие, а снег местами до 5 метров. В сопровождении были ветеринары, повара, операторы, спасители, врачи и журналисты...
ЦИФРЫ
26 дней продлилась гонка, в которой участвовал Алексей Иванов.
Из 22 этапов состояла гонка.
130 км – самый длинный этап в этой гонке. 15 часов собаки бежали практически без остановки, а Алексей управлял нартами.
От -20 до -45 – до таких показателей понижалась температура.
1500 кг красной рыбы съели собаки Алексея за гонку.
Как начинался ваш день в гонке?
– В 6 часов подъём. Проверка собак, готовка похлёбки для них. Покормил их, быстро перехватил сам и идёшь запрягать. Нужно собрать всех собак, построить их в строй, запрячь, одеть всем тапки. У меня только на тапки уходило минут 30. К 9 часам выходили на старт. Потом в зависимости от этапа шли от 17 до 130 км.
А для чего тапки? Чтобы лапы не замёрзли?
– Чтобы они не стирали их. В этой гонке очень большие расстояния. Обычно собаки не ходят на такие дистанции, плюс снег бывает с кристалликами льда, который может растереть лапы. Из-за травм собаки могут начать хромать, медленнее идти. На длинные дистанции собакам всем стараются одеть на все лапы такие специальные тряпичные тапочки с липучкой. Надеваешь последней, а три первые уже стащили свои. Во время движения собакам может попадать в тапки снег, или если они бегут без тапок, то снег может набиваться и намерзать между пальцами – и надо останавливаться вычищать. Самые смышлёные собаки прям оборачиваются и смотрят, давая понять, что нужно помочь, почистить лапы.
Собаки очень чутко чувствуют страх и неуверенность. Каюр не может себе этого позволить. Ты должен быть лидером, которому команда подчиняется и которого уважает.
Алексей Иванов
Погода за 26 дней экспедиционной гонки постоянно менялась. Было и солнце, и пурга, и такой сильный ветер, что приходилось пережидать и не выходить на трассу.
из архива Алексея Иванова
Фото:
Обеденный перерыв во время гонки был?
– Нет. Для каюра – сухой паёк и термос с чаем. Для собак на гонку берётся подкорм. Кусочки мороженой красной рыбы (сёмга, кижуч, горбуша) по 50 грамм и через определённые промежутки времени, как правило, через два часа, даётся прикорм. Остановка должна быть максимально короткой, 40 секунд-минута, потому что собаки не должны остыть. Это как в спорте, если ты остановился отдохнуть, то можешь уже не найти сил продолжить. Поэтому надо быстро пройти по всем собакам, забросить по одному-два кусочка и ехать дальше. Красные сорта рыбы калорийны, плюс так как они замороженные, это ещё и питьё. Хотя собаки на ходу могут хватать снег из сугробов справа-слева, чтобы попить. Собаки исторически едят замороженное мясо и рыбу, но по вечерам мы кормили их тёплой похлёбкой, потому что она быстрее переваривается и экономит собакам силы. Ведь в гонке важно всё. После гонки я каждой собаке делал массаж и смазывал лапы, чтобы они восстанавливались. На это уходило до полутора часов.
Специальные команды есть управления собаками?
– Есть разные школы каюровские, где язык команд может меняться. У нас было просто: вправо, влево, стоп и особые голосовые обозначения или свист для, скажем так, переключения скорости.
Сколько скоростей у собак?
– По сути, три. Спокойный темп, быстрый и максимальное ускорение. Можно крикнуть "домой" или "финиш", и собаки понимают, что скоро покормят и можно отдохнуть, и бегут во весь дух.
Алексей Иванов во время гонки "Берингия".
из архива героя
Фото:
Алексей со своей командой.
из архива героя
Фото:
Был момент, когда хотели сойти с гонки?
– Трижды хотел сойти и один раз даже мысленно прощался с жизнью и роднёй. Самый критичный момент случился на предпоследнем этапе. После того как сняли лидера Тайну, было сложно управлять упряжкой. Все вымотались. 21-й этап, 25-й день гонки, собаки устали, постоянно сбивались без лидера. Я попытался что-то предпринять, решил подкормить кусочками рыбы. Это было ошибкой, они приняли это за кормёжку, поели и легли. Я связываюсь с руководством, мол, что делать, собаки легли. Они мне: не надо было кормить, теперь жди, полежат, встанут. Но этого не произошло. В снаряжении был набор для выживания. Я начал мастерить яму для ночлега, а ещё я не взял максимально тёплую одежду, чтобы собакам было не так тяжело, ведь их было уже мало в упряжке. В результате мне пришлось ночевать в яме и в какой-то момент я решил, что всё, дубу даю. Это стало самым серьёзным испытанием.
Алексей Иванов часть гонки прошёл в национальном чукотском костюме.
из личного архива героя
Фото:
Знаю, что вы для гонки шили себе национальный чукотский костюм. Что удобнее и теплее, традиционная одежда местных жителей или современные экспедиционные костюмы?
– Национальная – удобнее, тело лучше дышит, рукавицы намного теплее, обувь существенно легче. Но есть и минусы. На сегодняшний день, к сожалению, национальная одежда очень дорогая, сшить на заказ практически невозможно, срок изготовления – месяцы… Мой национальный костюм обошёлся в 500 тыс. рублей. Дорогая фирменная экспедиционная одежда в 3 раза дешевле. Простой набор зимней одежды в 5–10 раз дешевле (в чём и идёт большинство каюров).
Кроме того, просушить натуральный мех быстро нельзя, его надо долго вымораживать, а современные костюмы легко высушить у печки. Есть и другие особенности, например, у современной обуви для подобных снежных экспедиций есть специальные железные вставки, усиленные носки и пятки, которыми можно вбивать и выбивать из плотного наста якоря – ими удерживаются нарты. В национальной обуви такого нет.
Зачем вам нужна была эта гонка?
– У нас у всех есть ген первопроходцев. Не зря же в детстве и молодости все хотят познать что-то новое, заглянуть куда-то за горизонт. Жизнь человека – это обретение и наполнение своего бытия какими-то смыслами. На этом периоде жизни я придумал себе вот такое наполнение. И это помогло мне открыть для себя гигантский мир. Мир первозданной Камчатки, прикоснуться к традициям коренных народов Севера, погрузиться в их быт, познакомиться с сильными духом и добрыми душой людьми.