Душа – как горный поток
0
22
Эту Пасху Камчатская епархия встретит во главе с новым архиепископом. Владыка ФЕОДОР вступил в должность в начале этого года, и мы еще не успели представить его читателям «КК». Спасибо что, накануне главного христианского праздника он нашел время для беседы и ответил на все наши вопросы.
Владыка Феодор ведь только на архиепископском посту – новый человек, на Камчатку же он прибыл в 2011-м и в более скромных чинах успел внести весомую лепту в общее дело. Мы познакомились с ним 5 лет назад, в такие же апрельские дни… на стройке. Тогда, будучи наместником мужского Свято-Пантелеимонова монастыря, он руководил строительством Морского собора. Приходилось одновременно быть и священником, и прорабом, и отцом для тех, кто пришел в монастырь искать себя у Бога. Сегодня, невзирая на высокий пост, на ежеминутную занятость, владыка Феодор все так же продолжает оставаться наместником монастыря и лично контролировать завершение возведения собора. Объясняет, что с кадрами – проблема, замену еще предстоит воспитать. Он, кстати, имеет полное право на архиепископскую келью в главном соборе Камчатки, но жить продолжает на монастырской сопке, рядом со стройкой. Это место он называет домом, а епархию – работой. Признается, что за десять минут дороги от дома до работы он успевает отдохнуть.
– Владыко, а как получилось, что вы оказались у нас на полуострове? Было ли время посмотреть Камчатку?
– Когда владыку Артемия переводили в Камчатскую епархию епископом, я спросил благословения духовника, и он сказал – поезжай. До этого я знал полуостров только по книге митрополита Нестора «Моя Камчатка». Мое первое послушание здесь было миссионерским: я путешествовал по всему краю, побывал в каждом районе и практически в каждом поселке. Я ведь не с курорта сюда приехал, а с прежнего места службы – из Новосибирска, и все равно прочувствовал, насколько суровой может быть Камчатка. Первая поездка была через Тиличики, в Манилы и Аянку. На улице – июнь, а я стою в куртке, в которой зимой ходил по сибирскому морозцу, и мне совсем не жарко. Но все трудности преодолевал легко, видя, как люди ждут и радуются, когда приезжает священник, совершаются богослужения, благодать Божия сердца касается. В этом я находил для себя отраду и утешение. Конечно, приобщился ко всем простым камчатским радостям: и рыбу ловил, и в походы ходил, и лыжи осваивал. Самоелюбимое место на Камчатке – монастырская сопка. Люблю скит нашего мужского монастыря. Нам с братией нравится ездить на океан, где можно летом на черном песке в футбол поиграть, или съездить на Синичкино озеро – уху сварить. Мы часто бываем на природе. Это такое безгрешное монашеское утешение.
– Вы родились под Донецком. Сегодня ваша родина переживает очень непростые времена. Кто у вас там остался? Давно ли вы навещали родные места?
– Я родился в Донецкой области в городе Снежное, в 1978 году. По преданию, название городу дала Екатерина Великая, когда в непроходимых сугробах там застрял ее обоз. И, действительно, город географически так расположен, что зимой там всегда много снега. Поэтому для меня здесь есть параллель с Камчаткой. Нас воспитывали в патриотическом духе. Никогда в голову и в самом страшном сне не могло прийти, что что-то может измениться. Одним из самых ярких событий детства было ежегодное посещение Саур-Могилы. Здесь в августе 1943 года шли ожесточенные бои с фашистами. В семье каждого из нас были деды, прадеды, которые участвовали в Великой Отечественной войне. То, что происходит сейчас, – это горькая история. Многие из моих родственников выехали в Россию, некоторые остались. Жить там очень трудно. Один из моих близких умер в результате того, что ему не оказали своевременную медицинскую помощь, когда Луганск был долгое время под артобстрелом. Каждый день за Божественной литургией мы читаем молитву о мире на Украине. Глубоко скорбим и молимся, чтобы прекратилась эта страшная братоубийственная война.
В Снежном я последний раз был еще до войны, а с родными, конечно, общаемся. Я живу с мамой. Когда война началась, она приехала на Камчатку, и я ее отсюда уже не отпустил. С отцом в хороших отношениях, он живет в моем родном городе.
– Людям всегда интересно, как подобный им принимает решение отречься от мирских удовольствий и пойти служить Богу…
–Путь у каждого индивидуален. Я получил православное воспитание. Семена положены были моими благочестивыми родными, в частности моей бабушкой Антониной Павловной, которая по милости божьей дожила до 102 лет. Пережила на своем веку много разного – и времена голода 1933 и 47 годов, и войну… Но она верила и молилась. Скрепляла нашу семью. Бабушка – из тех простых женщин, которые веру свою пронесли через все невзгоды. И без каких-то увещеваний, особо не проповедуя, на ментальном уровне веру эту она передала нам. А затем, когда я оказался в Москве, чужом городе, те испытания и трудности, с которыми приходилось сталкиваться, будучи молодым человеком, приблизили меня к храму. Я был студентом, жил в общежитии, и там много всего разного было, я мог тогда пойти и по другой дороге. Но выбрал этот путь. Думаю, благодаря тому, что родители за меня молились. А родительская молитва – великая сила. Душа как горный поток: чем больше ее теснят обстоятельства, тем она ближе к Богу. В храме я находил духовное утешение. Благодаря общению с духовниками, у меня появилось желание служить Богу, Церкви. Поэтому по окончании вуза я отправился в Троице-Сергиеву лавру, чтобы взять благословение на поступление в Московскую духовную семинарию. У духовника я встретился с отцом Артемием, тогда наместником новосибирского монастыря, и мой духовник отец Наум (Байбородин) посоветовал мне пожить немного в Новосибирске, потрудиться в монастыре, обучаясь сначала заочно, а затем как уж Господь на сердце положит. Вот так и началась моя жизнь в монастыре.
– Вы успешно окончили горный университет в Москве и получили диплом инженера-физика. Как в вас уживаются физик и священник, не мешают ли научные знания?
– Церковь учит, что Бог – начало и конец всех вещей, соответственно, разумно познавать Бога естественным способом – через созерцание Им сотворенного.Нужно понимать, что человек не устанавливает законы природы, а лишь наблюдает и описывает их. Познавая творение, мы приходим ко Творцу, поэтому так много, да практически все физики были глубоко верующими людьми. Например, М. Ломоносов, который написал первый учебник по физике в России.
– Диплом физика вы получили, обучаясь очно, а священника – заочно. Значит ли это, что закон Божий легче законов Ома и Ньютона?
– Когда живешь в монастыре, учиться очно – неправильно. Если очное обучение в семинарии – это теория, то монастырь – практика. Монастырь даже больше, чем семинария, это, можно сказать, академия.
– Когда вы приехали на Камчатку, вам было чуть больше 30 лет. Вы стали одним из самых молодых настоятелей монастыря, и вам поручили курировать возведение Морского собора. Насколько трудно было справиться с этими задачами?
– Когда приехал в Камчатский Свято-Пантелеимонов мужской монастырь, для меня здесь не было ничего нового. Я получил монастырское воспитание в обители отца Артемия в Новосибирске, поэтому знал монастырскую жизнь не понаслышке и не по книжкам. Тот опыт и распорядок, который был у нас в Михаило-Архангельском монастыре с. Козиха, стал прививать здесь. Там все было годами уже выверено, практика была лаврская. Сначала мы ввели ежедневные богослужения. Людям это очень понравилось. Помню, в самое первое воскресенье, когда я только приехал на Камчатку, в монастыре на службе человек 25 стояло. Затемлюдей гораздо больше стало, когда начались регулярные службы. И мысль о том, что на территории монастыря должен быть большой храм, появилась сама собой. Эту идею поддержал владыка Артемий, нашел серьезный проект и, по благословению святейшего патриарха Московского и всея Руси Кирилла, этот храм получил статус Морского собора. Была инициативная группа людей, у которых жизни родных унесла морская стихия. Они помогали нам собрать первые средства.
Строительство храма – процесс очень сложный, трудоемкий. Первые годы мы трудились, выполняя все работы с братией сами. По мере того, как работы становились более сложными и требовали особой квалификации, нам приходилось обращаться к помощи наемных рабочих. Сейчас большую часть работ ведут профессионалы. Уже проводится роспись стен собора. Я очень рад, что этот храм стал народным храмом. Его строительство идет в рамках «Программы 20» при поддержке губернатора и правительства нашего края, а средства привлекаются как рыбопромышленных предприятий, так и моряков, рыбаков и всех неравнодушных людей. Поэтому этот храм будет особо дорог каждому жителю Камчатки и станет достойным украшением нашего города. Мы ждем и надеемся, что, когда окончим все нынешние работы, святейший патриарх прилетит на Камчатку, чтобы освятить Морской собор.
– Было ли для вас удивительным узнать, что вы назначены руководить Камчатской епархией? Какие задачи поставил перед вами патриарх?
– Назначение было неожиданным. Этот вопрос витал в воздухе, владыка Артемий говорил, что, возможно, будут кадровые изменения, но что произойдет это именно так, под праздник Рождества Христова, не ждал никто.
Мы сейчас возрождаем то, что было разрушено. По историческим данным, в 1916 году на Камчатке при населении менее 13 000 человек было около 35 храмов и часовен. Мы сейчас только вышли на этот показатель. Мы не строим, а воссоздаем то, что было утрачено. Создаем условия, чтобы люди могли приходить к Богу. Этим не ограничивается церковная жизнь. Епархия постепенно из миссионерской должна стать приходской с крепкими общинами. И на сегодняшний день в рамках «Программы 20», которая стартовала в 2012 году, уже построено и освящено порядка 12 храмов, но предстоит нам еще возвести около 20 храмовых объектов.
Деятельность епархии разносторонняя. По приглашению священники регулярно посещают воинские части для проведения бесед; епархия активно работает с заключенными. Я сам много ездил по Камчатке с миссионерскими проектами, эта работа продолжается и сегодня. Взрослые прихожане, молодежь, школьники наполнили храмы Камчатки. Только в Петропавловске-Камчатском еженедельно сотни детей причащаются Святых Христовых Таин. Растет число родителей, выбирающих для своих детей модуль «Основы православной культуры» в четвертых классах общеобразовательной школы. Впервые в новейшей истории епархии 3 выпускника школ Петропавловска поступили на очную форму обучения московских духовных семинарий. Родительское движение и общественные организации Камчатки инициируют открытие в крае общеобразовательной православной гимназии. Именно укрепление приходской, общинной жизни на Камчатке – та задача, которую поставил перед нами патриарх.
– Говорят, «новая метла по-новому метет». Что стало в епархии по-новому с вашим приходом?
– Церковь – это традиция, преемство. Я воспитанник владыки Артемия, стараюсь продолжить ту динамику развития, которая намечена за последнее десятилетие. Будут и новые направления: в первую очередь храмы в отдаленных северных поселках. Даже если села малолюдны, церкви нужно строить, как это делали наши высокопреосвященные предшественники, начиная с владыки Нестора. Потому что именно там, в храме, человек обретает спасение души, находит духовные силы для несения своего жизненного креста. Надо уделить внимание воспитанию подрастающего поколения. Если на сегодняшний день есть востребованность в воспитании детей в православном духе – почему бы не пойти по этому пути? Нужно отзываться на те запросы, с которыми обращается наша паства. Если мы сейчас не будем заниматься подрастающим поколением, многое упустим. В Петропавловске работают воскресные школы, духовно-просветительский центр, где действуют различные кружки, секции, проводится работа с детьми из детских домов. Недавно появился замечательный архиерейский детский хор. Ребята очень рады, что могут непосредственно участвовать в качестве певчих на архиерейском богослужении. Песнопения, исполненные детским хором, станут для многих прихожан подарком к празднику Пасхи.
– Мы беседуем накануне этого большого и светлого праздника, у вас есть возможность поздравить православных Камчатки на наших страницах…
– Каждый год все православные люди с трепетом ждут праздника Пасхи. Благодатный огонь, после того, как он сходит в Кувуклии у Гроба Господня,доставляется в столицу нашей Родины, затем мы имеем возможность встретить его в нашей епархии. Так, во всех православных храмах, даже в самых отдаленных, благодаря приезду священников-миссионеров из другой епархии, даже в Тиличиках и Оссоре, в Ивашке и в Тымлате, – везде будет радостно звучать ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!
Всех вас приглашаем на Пасхальное богослужение. Всех праздников Праздник – Пасхальная ночь. Вы можете прикоснуться к нему, ощутить и сказать: действительно, я почувствовал, что такое Пасха. А если немного подготовиться к ней, хоть немного попоститься, человек сможет сказать, что пережил Пасху по-православному. Пожелать хочу того, что принес на Землю Христос. Христос принес мир на нашу Землю. Поэтому желаю вам и вашим семьям мира, благоденствия, единства. Вместе мы преодолеем с Божией помощью все трудности и проблемы.
Беседовала Яна ЩЕГОЛИХИНА.
Интервью публикуется без изменений с сайта газеты «Камчатский край».
Владыка Феодор ведь только на архиепископском посту – новый человек, на Камчатку же он прибыл в 2011-м и в более скромных чинах успел внести весомую лепту в общее дело. Мы познакомились с ним 5 лет назад, в такие же апрельские дни… на стройке. Тогда, будучи наместником мужского Свято-Пантелеимонова монастыря, он руководил строительством Морского собора. Приходилось одновременно быть и священником, и прорабом, и отцом для тех, кто пришел в монастырь искать себя у Бога. Сегодня, невзирая на высокий пост, на ежеминутную занятость, владыка Феодор все так же продолжает оставаться наместником монастыря и лично контролировать завершение возведения собора. Объясняет, что с кадрами – проблема, замену еще предстоит воспитать. Он, кстати, имеет полное право на архиепископскую келью в главном соборе Камчатки, но жить продолжает на монастырской сопке, рядом со стройкой. Это место он называет домом, а епархию – работой. Признается, что за десять минут дороги от дома до работы он успевает отдохнуть.
– Владыко, а как получилось, что вы оказались у нас на полуострове? Было ли время посмотреть Камчатку?
– Когда владыку Артемия переводили в Камчатскую епархию епископом, я спросил благословения духовника, и он сказал – поезжай. До этого я знал полуостров только по книге митрополита Нестора «Моя Камчатка». Мое первое послушание здесь было миссионерским: я путешествовал по всему краю, побывал в каждом районе и практически в каждом поселке. Я ведь не с курорта сюда приехал, а с прежнего места службы – из Новосибирска, и все равно прочувствовал, насколько суровой может быть Камчатка. Первая поездка была через Тиличики, в Манилы и Аянку. На улице – июнь, а я стою в куртке, в которой зимой ходил по сибирскому морозцу, и мне совсем не жарко. Но все трудности преодолевал легко, видя, как люди ждут и радуются, когда приезжает священник, совершаются богослужения, благодать Божия сердца касается. В этом я находил для себя отраду и утешение. Конечно, приобщился ко всем простым камчатским радостям: и рыбу ловил, и в походы ходил, и лыжи осваивал. Самоелюбимое место на Камчатке – монастырская сопка. Люблю скит нашего мужского монастыря. Нам с братией нравится ездить на океан, где можно летом на черном песке в футбол поиграть, или съездить на Синичкино озеро – уху сварить. Мы часто бываем на природе. Это такое безгрешное монашеское утешение.
– Вы родились под Донецком. Сегодня ваша родина переживает очень непростые времена. Кто у вас там остался? Давно ли вы навещали родные места?
– Я родился в Донецкой области в городе Снежное, в 1978 году. По преданию, название городу дала Екатерина Великая, когда в непроходимых сугробах там застрял ее обоз. И, действительно, город географически так расположен, что зимой там всегда много снега. Поэтому для меня здесь есть параллель с Камчаткой. Нас воспитывали в патриотическом духе. Никогда в голову и в самом страшном сне не могло прийти, что что-то может измениться. Одним из самых ярких событий детства было ежегодное посещение Саур-Могилы. Здесь в августе 1943 года шли ожесточенные бои с фашистами. В семье каждого из нас были деды, прадеды, которые участвовали в Великой Отечественной войне. То, что происходит сейчас, – это горькая история. Многие из моих родственников выехали в Россию, некоторые остались. Жить там очень трудно. Один из моих близких умер в результате того, что ему не оказали своевременную медицинскую помощь, когда Луганск был долгое время под артобстрелом. Каждый день за Божественной литургией мы читаем молитву о мире на Украине. Глубоко скорбим и молимся, чтобы прекратилась эта страшная братоубийственная война.
В Снежном я последний раз был еще до войны, а с родными, конечно, общаемся. Я живу с мамой. Когда война началась, она приехала на Камчатку, и я ее отсюда уже не отпустил. С отцом в хороших отношениях, он живет в моем родном городе.
– Людям всегда интересно, как подобный им принимает решение отречься от мирских удовольствий и пойти служить Богу…
–Путь у каждого индивидуален. Я получил православное воспитание. Семена положены были моими благочестивыми родными, в частности моей бабушкой Антониной Павловной, которая по милости божьей дожила до 102 лет. Пережила на своем веку много разного – и времена голода 1933 и 47 годов, и войну… Но она верила и молилась. Скрепляла нашу семью. Бабушка – из тех простых женщин, которые веру свою пронесли через все невзгоды. И без каких-то увещеваний, особо не проповедуя, на ментальном уровне веру эту она передала нам. А затем, когда я оказался в Москве, чужом городе, те испытания и трудности, с которыми приходилось сталкиваться, будучи молодым человеком, приблизили меня к храму. Я был студентом, жил в общежитии, и там много всего разного было, я мог тогда пойти и по другой дороге. Но выбрал этот путь. Думаю, благодаря тому, что родители за меня молились. А родительская молитва – великая сила. Душа как горный поток: чем больше ее теснят обстоятельства, тем она ближе к Богу. В храме я находил духовное утешение. Благодаря общению с духовниками, у меня появилось желание служить Богу, Церкви. Поэтому по окончании вуза я отправился в Троице-Сергиеву лавру, чтобы взять благословение на поступление в Московскую духовную семинарию. У духовника я встретился с отцом Артемием, тогда наместником новосибирского монастыря, и мой духовник отец Наум (Байбородин) посоветовал мне пожить немного в Новосибирске, потрудиться в монастыре, обучаясь сначала заочно, а затем как уж Господь на сердце положит. Вот так и началась моя жизнь в монастыре.
– Вы успешно окончили горный университет в Москве и получили диплом инженера-физика. Как в вас уживаются физик и священник, не мешают ли научные знания?
– Церковь учит, что Бог – начало и конец всех вещей, соответственно, разумно познавать Бога естественным способом – через созерцание Им сотворенного.Нужно понимать, что человек не устанавливает законы природы, а лишь наблюдает и описывает их. Познавая творение, мы приходим ко Творцу, поэтому так много, да практически все физики были глубоко верующими людьми. Например, М. Ломоносов, который написал первый учебник по физике в России.
– Диплом физика вы получили, обучаясь очно, а священника – заочно. Значит ли это, что закон Божий легче законов Ома и Ньютона?
– Когда живешь в монастыре, учиться очно – неправильно. Если очное обучение в семинарии – это теория, то монастырь – практика. Монастырь даже больше, чем семинария, это, можно сказать, академия.
– Когда вы приехали на Камчатку, вам было чуть больше 30 лет. Вы стали одним из самых молодых настоятелей монастыря, и вам поручили курировать возведение Морского собора. Насколько трудно было справиться с этими задачами?
– Когда приехал в Камчатский Свято-Пантелеимонов мужской монастырь, для меня здесь не было ничего нового. Я получил монастырское воспитание в обители отца Артемия в Новосибирске, поэтому знал монастырскую жизнь не понаслышке и не по книжкам. Тот опыт и распорядок, который был у нас в Михаило-Архангельском монастыре с. Козиха, стал прививать здесь. Там все было годами уже выверено, практика была лаврская. Сначала мы ввели ежедневные богослужения. Людям это очень понравилось. Помню, в самое первое воскресенье, когда я только приехал на Камчатку, в монастыре на службе человек 25 стояло. Затемлюдей гораздо больше стало, когда начались регулярные службы. И мысль о том, что на территории монастыря должен быть большой храм, появилась сама собой. Эту идею поддержал владыка Артемий, нашел серьезный проект и, по благословению святейшего патриарха Московского и всея Руси Кирилла, этот храм получил статус Морского собора. Была инициативная группа людей, у которых жизни родных унесла морская стихия. Они помогали нам собрать первые средства.
Строительство храма – процесс очень сложный, трудоемкий. Первые годы мы трудились, выполняя все работы с братией сами. По мере того, как работы становились более сложными и требовали особой квалификации, нам приходилось обращаться к помощи наемных рабочих. Сейчас большую часть работ ведут профессионалы. Уже проводится роспись стен собора. Я очень рад, что этот храм стал народным храмом. Его строительство идет в рамках «Программы 20» при поддержке губернатора и правительства нашего края, а средства привлекаются как рыбопромышленных предприятий, так и моряков, рыбаков и всех неравнодушных людей. Поэтому этот храм будет особо дорог каждому жителю Камчатки и станет достойным украшением нашего города. Мы ждем и надеемся, что, когда окончим все нынешние работы, святейший патриарх прилетит на Камчатку, чтобы освятить Морской собор.
– Было ли для вас удивительным узнать, что вы назначены руководить Камчатской епархией? Какие задачи поставил перед вами патриарх?
– Назначение было неожиданным. Этот вопрос витал в воздухе, владыка Артемий говорил, что, возможно, будут кадровые изменения, но что произойдет это именно так, под праздник Рождества Христова, не ждал никто.
Мы сейчас возрождаем то, что было разрушено. По историческим данным, в 1916 году на Камчатке при населении менее 13 000 человек было около 35 храмов и часовен. Мы сейчас только вышли на этот показатель. Мы не строим, а воссоздаем то, что было утрачено. Создаем условия, чтобы люди могли приходить к Богу. Этим не ограничивается церковная жизнь. Епархия постепенно из миссионерской должна стать приходской с крепкими общинами. И на сегодняшний день в рамках «Программы 20», которая стартовала в 2012 году, уже построено и освящено порядка 12 храмов, но предстоит нам еще возвести около 20 храмовых объектов.
Деятельность епархии разносторонняя. По приглашению священники регулярно посещают воинские части для проведения бесед; епархия активно работает с заключенными. Я сам много ездил по Камчатке с миссионерскими проектами, эта работа продолжается и сегодня. Взрослые прихожане, молодежь, школьники наполнили храмы Камчатки. Только в Петропавловске-Камчатском еженедельно сотни детей причащаются Святых Христовых Таин. Растет число родителей, выбирающих для своих детей модуль «Основы православной культуры» в четвертых классах общеобразовательной школы. Впервые в новейшей истории епархии 3 выпускника школ Петропавловска поступили на очную форму обучения московских духовных семинарий. Родительское движение и общественные организации Камчатки инициируют открытие в крае общеобразовательной православной гимназии. Именно укрепление приходской, общинной жизни на Камчатке – та задача, которую поставил перед нами патриарх.
– Говорят, «новая метла по-новому метет». Что стало в епархии по-новому с вашим приходом?
– Церковь – это традиция, преемство. Я воспитанник владыки Артемия, стараюсь продолжить ту динамику развития, которая намечена за последнее десятилетие. Будут и новые направления: в первую очередь храмы в отдаленных северных поселках. Даже если села малолюдны, церкви нужно строить, как это делали наши высокопреосвященные предшественники, начиная с владыки Нестора. Потому что именно там, в храме, человек обретает спасение души, находит духовные силы для несения своего жизненного креста. Надо уделить внимание воспитанию подрастающего поколения. Если на сегодняшний день есть востребованность в воспитании детей в православном духе – почему бы не пойти по этому пути? Нужно отзываться на те запросы, с которыми обращается наша паства. Если мы сейчас не будем заниматься подрастающим поколением, многое упустим. В Петропавловске работают воскресные школы, духовно-просветительский центр, где действуют различные кружки, секции, проводится работа с детьми из детских домов. Недавно появился замечательный архиерейский детский хор. Ребята очень рады, что могут непосредственно участвовать в качестве певчих на архиерейском богослужении. Песнопения, исполненные детским хором, станут для многих прихожан подарком к празднику Пасхи.
– Мы беседуем накануне этого большого и светлого праздника, у вас есть возможность поздравить православных Камчатки на наших страницах…
– Каждый год все православные люди с трепетом ждут праздника Пасхи. Благодатный огонь, после того, как он сходит в Кувуклии у Гроба Господня,доставляется в столицу нашей Родины, затем мы имеем возможность встретить его в нашей епархии. Так, во всех православных храмах, даже в самых отдаленных, благодаря приезду священников-миссионеров из другой епархии, даже в Тиличиках и Оссоре, в Ивашке и в Тымлате, – везде будет радостно звучать ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!
Всех вас приглашаем на Пасхальное богослужение. Всех праздников Праздник – Пасхальная ночь. Вы можете прикоснуться к нему, ощутить и сказать: действительно, я почувствовал, что такое Пасха. А если немного подготовиться к ней, хоть немного попоститься, человек сможет сказать, что пережил Пасху по-православному. Пожелать хочу того, что принес на Землю Христос. Христос принес мир на нашу Землю. Поэтому желаю вам и вашим семьям мира, благоденствия, единства. Вместе мы преодолеем с Божией помощью все трудности и проблемы.
Беседовала Яна ЩЕГОЛИХИНА.
Интервью публикуется без изменений с сайта газеты «Камчатский край».